Флора Спир - Дурман любви

– Так оно и есть, – ответила Сара, отбивая колотушкой куски мяса и выкладывая их на второй противень.

– Я не хочу вас обидеть, – сказала Клари, – но не могу не спросить: вы рабыня? И Мозес с Люком тоже?

– Мы были рабами.

– А теперь нет?

– Нет, потому что мистер Джек купил нас.

– Купил вас? – повторила Клари, плюхаясь на ближайший табурет. – Значит, он пришел на рынок и купил живых людей?

– Так было всегда. Многие и не считают черных людьми.

Клари прикусила язык. Ей хотелось задать еще много вопросов, но она вспомнила, что в начале девятнадцатого века рабство было в порядке вещей. И даже такой просвещенный, благородный человек, как Джек Мартин, не считал зазорным иметь рабов. И ему в голову не приходило, как это ужасно.

– Сара, вы не расскажете мне об этом? Как вас купили и каким образом вы получили свободу?

– Это произошло пять лет назад. Мистер Джек приехал в Каролину, чтобы присмотреть себе крепких работников. Здесь никто не стал бы работать на ферме, потому что землекопам платят гораздо больше. Сначала на продажу выставили Дэнси. Вы его видели. Он рослый и на вид очень сильный. Но у него голова кружится на солнце, поэтому в поле он работать не может. А мистер Джек этого не знал. Торговец же, даже если и знал, никому говорить не собирался. Вот так мистер Джек купил Дэнси. Потом на помост вывели Мозеса.

– Одного Мозеса? – с ужасом спросила Клари. – Вас продавали раздельно? Я читала о подобных вещах. Господи, какая мука для вас!

– Люк был тогда совсем маленький и стал плакать в голос… боялся, что никогда больше не увидит своего папку, – продолжала Сара прежним ровным тоном, как если бы речь шла о самой обыденной житейской истории. – Мистер Джек заметил это и подошел к нам узнать, в чем дело и не обидел ли нас кто. Когда мы ему сказали, что нас четверо, он задал мне только один вопрос: «Сара, ты умеешь готовить и убирать дом?» Я ему сказала: «Лучшей кухарки, чем я, вам не сыскать». Тогда он купил нас всех и привез сюда. И уже во время поездки обращался с нами очень хорошо.

– Когда же вы получили свободу? – спросила Клари, потрясенная услышанным.

– Як этому и подхожу. Ага, печенье готово. Пальцы берегите, противень горячий. Накройте это блюдо салфеткой и выкладывайте печенье. Потом налейте молока в синий кувшин. Так вот, когда мы оказались на ферме, мистер Джек нам все показал и отдал те два коттеджа, что стоят на склоне холма. Потом мы заключили с ним нечто вроде сделки. Он объяснил, что ферма очень запущенная и придется много поработать, чтобы привести ее в порядок. Он сказал, что рабу на все наплевать, а свободный человек трудится для себя – поэтому он хочет освободить нас и предоставить участок земли. Взамен мужчины должны будут работать в поле и ухаживать за скотиной, а я – заниматься стряпней и уборкой. Каждый год после уборки урожая мы все будем получать свою долю наличными.

– Он ведь не обязан был этого делать, правда?

Клари мысленно подивилась прогрессивным воззрениям Джека Мартина. В его эпоху подобное великодушие по отношению к рабам было вещью неслыханной.

– Нет, он не обязан был так поступать, – согласилась Сара. – Вскоре выяснилось, что Дэнси болеет от работы на солнце, и мистер Джек подыскал ему место в заведении мадам Розы, где можно почти не выходить на улицу. Мистер Джек часто бывает в Богемия-вилидж и присматривает за Дэнси. На вид наш Дэнси сильный и крепкий, а на самом деле голова у него слабая. Зато сильнее моего Мозеса нет никого! – с широкой улыбкой воскликнула Сара в тот самый момент, когда Мозес открыл дверь на кухню.

– Может, я и сильный, – вскричал он с хохотом, – но почти подыхаю от голода. Шутка ли, мы за утро сделали дневную работу!

Вслед за Мозесом появился Люк, а еще через минуту вошел Джек и снял шляпу, едва ступив за порог. Все трое мужчин были одеты совершенно одинаково – комбинезон из грубой ткани, голубая ковбойка, высокие сапоги.

– Вы умылись? – спросила Сара. – За мой стол никто не сядет с грязными руками. Люк, покажи руки. И ты тоже, Мозес.

– А на мои не хочешь взглянуть? – с улыбкой осведомился Джек и, подобно Мозесу с Люком, сунул ладони под нос кухарке.

– Да уж вы-то наверняка умылись, – одобрительно хмыкнула Сара. – Можно завтракать. Уже почти все готово.

Джек покосился на Клари. В глазах его угадывался вопрос. Она знала, что он думает о вчерашнем поцелуе, поскольку сама постоянно об этом вспоминала. Но смотрела она теперь на Джека Мартина совершенно иными глазами. Какую бы тайну он ни скрывал, у него было великодушное сердце, и он был способен на сострадание. Это проявилось по отношению к несчастным рабам. И по отношению к ней самой. Возможно, он обладал особым даром – помогать людям, попавшим в беду. И она ответила на его взгляд ослепительной улыбкой. Ей показалось, что он вздохнул с облегчением.

– С незапамятных времен, – шутливо обратился он к Саре, – кухарки правят на кухне железной рукой.

– Руки, может, и железные, но всегда мытые, – ответила Сара, разбивая над сковородкой с беконом одно яйцо за другим. И, быстро взглянув на Клари, добавила:

– А порой кухарки заводят учениц. Мисс Клари, переверните мясо, не то оно подгорит. У меня ведь только две руки. И не забудьте разлить кофе.

Они позавтракали все вместе, сидя за кухонным столом. Ничто не разделяло хозяина и работников, слишком занятых, чтобы думать о социальных условностях. Расовых предубеждений также не было и в помине: хотя Клари знала, что белые плантаторы того времени никогда не садились за один стол с черными слугами, Джек Мартин, очевидно, не желал считаться с подобными предрассудками.

– Ну, управитесь вы с персиками к послезавтрему? – спросила Сара.

– Нужно еще полных три дня, чтобы собрать все ранние сорта, – ответил Мозес. – А уж потом можно будет работать только до обеда… поздних сортов у нас поменьше. Может, выйдешь вместе с нами, Сара?

– Как только приберусь на кухне.

– Слушайте, – вмешалась в разговор Клари, – если все здесь будут собирать в саду персики, то и я хочу в этом участвовать.

– Это тяжелая работа, – остерегла ее Сара.

– Если вам четверым она под силу, то и я справлюсь, – упрямо сказала она.

– Вам нужна шляпа с широкими полями, – произнес Джек.

Он смотрел на нее очень пристально, но оспаривать ее предложение не стал.

– И рабочая одежда, – добавила Клари. – Сара, в доме не найдется какого-нибудь комбинезона? Или любых старых штанов? Главное, чтобы можно было свободно двигаться. В этой юбке повернуться нельзя.

– Нет, – твердо заявил Джек, которого явно возмутило намерения Клари облачиться в мужскую одежду.