Софи Джордан - Грешные ночи с любовником (перевод Ladys Club)

Жена. Слово оставило плохой привкус на его языке.

 Он никогда не думал жениться. В сущности, даже поклялся не делать этого. Его самые ранние воспоминания были о том, как ругались его родители, о том, как они раз за разом терроризировали и мучили друг друга, пока, наконец, не преуспели в этом, погубив друг друга.

 Что до его сестры, то она была жертвой их маленькой войны. Не будь они столь одержимы гневом друг к другу, то могли бы заметить, что их дочь ускользает от них, страдая от рахита и постепенно умирая. Если бы они заметили, если бы это волновало их, то могли бы обеспечить ей должное питание, в котором она нуждалась, и могли бы спасти ее.

 Эш избавился от неприятных воспоминаний и обратился к реальности. Накинуть хомут себе на шею - последнее, чего он желал, но его брак не будет таким, как у его родителей. Он не повторит их ошибки. Его никогда не охватит такая убийственная ненависть к женщине, что сидит столь неподвижно и безмолвно. Это невозможно. Чтобы питать такого рода ненависть, человек сперва должен чувствовать любовь. И эта любовь должна быть такой, какую испытывали его родители в начале.

 Украдкой он посмотрел на ее неподвижную фигуру. Дочь Джека – его будущая жена. При этой мысли внутри все снова сжалось.

 Ему лишь нужно напоминать себе, что этот брак поможет сохранить все, что он создал, и покажет Джеку то, что ему не следовало упускать из виду.

 - Как вас зовут?

 Ответом ему была тишина.

 Теперь она собирается играть в молчанку? Еще недавно ее переполняли колкие слова.

 - В итоге я его узнаю, - он пожал плечами, - что-то же должно быть вписано в журнал бракосочетаний, в конце концов.

 - Вы не можете говорить это всерьез, – хриплый звук ее голоса расцарапал воздух.

 Он согнул пальцы на бедре:

 - Еще как могу.

 - Почему вы хотите жениться на мне? Вы ведь даже не знаете меня.

 - Не на вас конкретно. – Эш твердо решил быть откровенным с ней. Наипростейший способ избежать неловкости и разочарования. – Я решил жениться на одной из дочерей Джека Хадли.

 - Тогда выберете другую. Разверните экипаж. Одна из моих сводных сестер, в сущности, может ответить вам согласием. Даже сейчас они готовятся на какой-то званный вечер, где встретят своих будущих поклонников…

 - Кем меня явно не считают, - прорычал он, сжав руку в кулак. – Джек не одобряет меня как мужа ни для одной из своих драгоценных дочурок.

 - Тогда в чем дело? Какая-то черная злоба, что вы питаете к моему отцу? – еле слышно пробормотала она нечто, что он не смог разобрать, на языке, который, как Эш подозревал, не был английским. Возможно, французский? Ее слова были слишком тихими, чтобы он мог определить. – Мир сошел с ума?

 - А он когда-нибудь был в своем уме? – спросил Эш. Он решил, что мир уже очень давно далек от места, где царит логика, еще когда заблудился на улицах в нежном возрасте восьми лет. – Когда вы поразмышляете над этим, наша с вами свадьба едва ли покажется нелепой. Подходящей, возможно? Согласитесь, ни у одного из нас в жилах не течет голубая кровь аристократа.

 Он уловил движение ее несогласно мотающейся головы.

 – Я не выйду за вас замуж.

 Эш втянул воздух, собирая воедино все свое терпение. Было справедливо ожидать, что ей понадобится небольшое убеждение, но как только она поймет преимущества, все ее протесты прекратятся, в этом он был уверен. Эш был деловым человеком и знал, как достигнуть благоприятного соглашения.

 – Ваше согласие желательно, конечно же. Убежден, что вы будете…

 - Желательно? – засмеялась она. Голос прозвучал судорожно и отрывисто в закрытом пространстве. – Думаете, я могу желать такой судьбы? У меня есть планы, и вам, сэр, не следует разрушать их.

 - И какие же у вас планы? – Он был уверен, что на любой из ее планов сможет ответить куда лучшим предложением. Ему только нужно объяснить, что ей удалось подцепить завидного жениха, и что его карманы туго набиты деньгами, чтобы видеть ее в драгоценностях и атласе всю оставшуюся жизнь. – Я не без средств. Вы будете жить в комфорте. У меня великолепный дом в Сити, ждущий женского внимания и заботы.

 Она фыркнула.

 Эш нахмурился, видя перед собой лишь ее тень.

 – Подумайте над моими словами. Положению, что я предлагаю вам, могли бы позавидовать многие женщины. Дом, безопасность, образ жизни, который, без сомнения, значительно превышает ваше настоящие положение. – От его внимания не ускользнула грубая шерсть ее платья, когда он держал ее. Едва ли самое изысканное или элегантное из гардероба.

 – И я не такой уж и противный. Мне говорили, что я даже привлекательный.

 - Есть ли предел вашей заносчивости?

 Его лицо обожгло – совершенно новое и неприятное ощущение. Он ненавидел это, эту… мольбу. Никогда прежде ему не приходилось просить о женской благосклонности.

 - Я только лишь обращаю ваше внимание на качества, что могли бы быть привлекательны для женщины, ищущей мужа.

 - Вы не в состоянии понять меня. Я не ищу мужа. А вы разрушаете все! Завтра я уезжаю в Испанию. – В ее голосе звучало отчаяние. Даже несмотря на всю ее злость, голос был нежным. Ее стремительные гласные стали более заметными с досады, возможно, свидетельство французского происхождения. Вероятно, ее мать была эмигранткой. – Все приготовления сделаны. Прошу вас, отпустите меня.

 Эш насупился. Все шло не так, как планировалось. Она нисколько не была любезной. Поверить только, он собирается взять в жены ту дочь, что не заинтересована в замужестве.

 – Завтра мы будем на пути в Шотландию, - резко произнес он, все еще отказываясь отступить от своих намерений, уверенный в том, что сможет убедить ее, дайте лишь время.

 - Шотландия, - сдавленно произнесла она так, как если бы это было лишение ей навязанное, словно он пугал ее Ньюгейтской долговой тюрьмой.

 - Да. Это страна к северу от нас.

 На его насмешку негодующий шипящий вздох слетел с ее губ.

 – Вы не можете насильно увезти меня, тащить через всю страну и вынудить выйти за вас замуж. Сейчас не Средневековье.

 - На самом деле, я мог бы… но в этом нет необходимости. – Деньги, как узнал Эш, в сочетании со значительной долей обаяния могут завоевать практически все, что угодно.

 Он был уверен, что мог бы убедить ее выйти за него замуж. Ему никогда бы не удалось купить прииск в Уэльсе без своей силы убеждения. Продавцы были очень даже против, чтобы шахту приобрел чужак со стороны. Он преодолел ту проблему, так же преодолеет и эту тоже.

 - Мой отец…

 - Как только дело будет сделано, его это волновать не будет, - закончил он. - Он довольно старомоден и решит, что вы всецело и искренне моя, как только мы поженимся. Я его знаю. Этим все и закончится.