Наталия Вронская - Загадочный незнакомец

— Я так перепугалась, когда услышала… Хорошо, что ваша дверь была не заперта.

— Да? Разве? А мне казалось, что я ее заперла на ключ… — слабо удивилась девушка. — Впрочем…

— И хорошо, что не заперли. А то я бы с ума сошла, если бы не смогла к вам войти, когда услышала ваши стоны. Вы подниметесь? — Сильвия наклонилась к расслабленно лежавшей на подушках Елизавете. — Ой, а что это у вас? — испуганно спросила служанка.

— Где? — вяло спросила девушка.

— Да вот, на шее. — Сильвия протянула дрожащий палец к шее госпожи.

Лиза подняла руку и с трудом коснулась шеи. Та болела и саднила, будто на ней была рана. На пальцах у Лизы оказалась уже несколько подсохшая кровь.

— Откуда это? Как вы поранились? — зачастила служанка. — У вас на шее запеклась кровь!

— Не знаю… — У девушки не было сил ни на ответы, ни на расспросы.

— А это что? Булавка? Зачем же вы взяли ее с собой в кровать! Вы же ею и поранились! — воскликнула Сильвия.

— Булавка? — Лизе было довольно безразлично все происходящее, она хотела спать, но, наконец, почувствовала, что в ее руке что-то зажато.

Елизавета поднесла руку к глазам и увидела перепачканную кровью булавку с небольшим желтым топазом. С тихим стоном Лиза закатила глаза и впала в беспамятство.

14

— Да что же это за напасть! — причитала Анна Александровна. — Только все поправилось, только я уж понадеялась… Что за недуг такой? А, главное, ведь ничто же не предвещало…

— Дорогая княгиня, — синьора Лоренца Виченца сидела рядом с нею и держала страдалицу за руку. — Может быть, это все не стоит такого внимания? Приснился кошмар, ваша дочь поранилась во сне… Конечно, крайне неразумно было брать с собою в постель такое украшение, но ведь ничего страшного не произошло.

— А эта слабость? Эта бледность? Она целый день пролежала в постели не в силах подняться!

— Просто от испуга, — принялась заверять княгиню синьора Лоренца. — Так бывает. Тем более с молодыми девушками. Вы же знаете, такая чувствительность и слабость свойственны этому возрасту!

— Но Лиза никогда не бывала такой. Разве только перед нашим отъездом, но мы полагали, что это хвороба. И думали, что здешний климат ее излечит.

Между тем за дверью стояли Сильвия и служанка синьоры Виченца — Клара. Они подслушивали, что говорят хозяйки. Потом, когда хозяйки примолкли, девицы отошли немного в сторону, и Клара сказала:

— Не наша ли это лихорадка?

— Да, сдается мне, что синьорина крепко больна, — поддакнула Сильвия.

— Она так же бледна, как и князь Гвидо? — спросила Клара.

— Да, совершенно так же. Как белый лист бумаги.

— Что у нас тут за напасть? — протянула Клара. — А ты помнишь синьорину де Гандольфини? Ведь она так же была больна и бледна.

— И умерла… — Девушки переглянулись.

— Боже сохрани… — перекрестилась Клара.

То же сделала вслед за нею и Сильвия.

— Вам не надобно сидеть взаперти, — продолжила синьора Виченца. — Приезжайте к нам нынче вечером. Вашей дочери полезно будет общество ее сверстников. Тем более что они с Марией такие подруги.

— Если моей Лизе будет лучше, и она этого захочет, то, конечно, мы приедем. Благодарю за столь любезное приглашение, — кивнула княгиня.

Вскоре синьора Лоренца откланялась и уехала домой. А Лизе к вечеру стало лучше. Она уже днем поднялась с постели и вышла к обеду. Слабость и томность не оставили ее и было даже странно видеть ее, обычно такую живую и бойкую, столь расслабленной и вялой.

— А князь Гвидо приходил? — вдруг спросила она у маменьки.

— Князь Гвидо? — изумилась Анна Александровна. — Да ведь он в отъезде. Разве ты позабыла?

— В отъезде? — Лиза подняла голову. — А мне показалось, право… — Она замолчала.

— Да что?

— Это был сон… — пробормотала Лиза.

— Что, милая? Я не разобрала, — сказала княгиня.

— Мне приснилось, что он приехал, маменька, — ответила девушка. — Но сон был такой… яркий… И я подумала… Да, я ошиблась. — Лиза улыбнулась.

Анна Александровна озабоченно посмотрела на дочь, но ничего к этому не прибавила.

— А вот, кстати, Лизок, нынче вечером нас звали к себе Виченца. Не хочешь ли ты пойти?

— Хочу, — оживилась Лиза.

— А станет ли в тебе силы?

— Конечно, — уверенно ответила девушка.

— Впрочем, поедем на коляске, да и недалеко это… — задумчиво произнесла княгиня.

— Да, — согласилась Лиза.

Силы, вдруг вспыхнувшие в ней, оставили ее, и она вновь почувствовала слабость.

Но вечером обе дамы все же покинули palazzo и отправились в гости.

Лиза сидела за столом рядом с Марией, которая заботливо расспрашивала ее о самочувствии и о причине такой внезапной бледности. Лиза не могла ничего ответить. Она сама толком не понимала, что произошло с нею. Что это было? Сон? Видение? Быль? И откуда взялась та булавка?..

Нет, это вовсе было не ее украшение. Это была та булавка, что носила на себе женщина-призрак, Лиза ясно разглядела все подробности ее наряда. Два желтых топаза — определенно два желтых топаза, большой и малый! И этой булавкой была сколота бархотка на шее, а под бархоткой…

Что означали эти царапины? И как она, Лиза, умудрилась поцарапать себе шею? Несомненно, тот кошмар, что ей привиделся, был следствием укола неведомой булавкой. Да, она оцарапалась, и ей приснилось бог весть что. Шея Лизы была завязана платочком, ей не хотелось, чтобы все обращали внимание на царапины, портившие ее нежную кожу.

Однако ей оказывали внимание весь вечер, и все ее расспрашивали о том, как она себя чувствует и что с нею приключилось. Наконец, Лизе это наскучило. Она решила выйти в сад и побыть в одиночестве на вольном воздухе. Улучив момент, когда все были заняты каким-то разговором в другом конце комнаты, Лиза выскользнула в сад.

Она пошла вдаль по освещенной тропинке, углубляясь в заросли и желая посидеть в беседке близ фонтана. Было довольно прохладно, но Лиза решила не возвращаться за шалью. Она решила посидеть немного в одиночестве и скоро вернуться в дом. Дойдя до беседки, Лиза увидела, что та уже занята. На скамье, лицом ко входу, сидел Манчини. Он будто ждал Лизу, потому что совершенно не удивился ее приходу, а напротив — улыбнулся.

— Вы? — поразилась девушка. — Отчего вы здесь, а не в доме?

— Я дышу свежим воздухом, — ответил Массимо.

— Не буду вам мешать, — сказала Лиза, и уже было отвернулась, но тот живо вскочил на ноги и удержал ее за руку.

— Останьтесь, — произнес он тихо. — Вы ведь тоже не зря сюда пришли?

Лиза помолчала, но вырываться и убегать не стала. Она покорилась молодому человеку, который подвел ее к скамье и усадил рядом с собою.