Линн Робертс - Превратности любви

— Я переставлю сюда своего коня… и объявляю вам мат. Ага, попались! Вы потерпели поражение, сэр. — Джорджи была в восторге — впервые ей удалось обыграть Седжа в шахматы. — А вообще-то я и сама толком не понимаю, как мне удалось «съесть» вашего короля, — добавила она. — Вы не можете не признать, что я делаю успехи, Гас.

— Это все потому, что у вас очень опытный учитель, — ответил ей Седж. Он вертел в руках своего поверженного короля. — Однако вам еще предстоит многому научиться. Вы познали лишь самые начатки шахматной игры.

— Начатки! Мне кажется, я приобрела огромный опыт за эти дни. Правда, мне понадобилась вся моя смекалка, чтобы выиграть эту партию. Я заранее продумала каждый ход и подстроила вам хитрую ловушку. И вы попались, Гас!

Седж усмехнулся. Джорджи действительно удалось перехитрить его, но все дело было, наверное, в том, что он был не совсем здоров и соображал не так быстро, как обычно. Она же воспользовалась всем тем опытом, который переняла у него во время предыдущих партий. У Джорджи был очень живой ум, и она оказалась на редкость способной ученицей.

— Если вы будете регулярно практиковаться, то через несколько месяцев станете достойной партнершей для любого шахматиста.

Он протянул руку и отбросил со лба рыжий локон, выбившийся из ее прически. Его пальцы скользнули в мимолетной ласке по ее щеке.

— О, Гас, неужели вы думаете, что в ближайшие месяцы у меня будет время на то, чтобы играть в шахматы? — Джорджи тряхнула головой и скорчила комичную гримасу. — Как будто я еду в Лондон для того, чтобы оттачивать свои способности шахматистки! Да у меня не будет и свободной минуты! Сначала надо будет подготовиться к выезду в свет — посетить портних, парикмахера и так далее, ну, а потом начнутся балы и приемы…

Седж слушал ее восторженные планы, скептически приподняв бровь. Джорджи была так полна энтузиазма, что, вероятно, будет глубоко разочарована впоследствии. Она ждала слишком многого от этой поездки в Лондон, думая, наверное, что в кругах высшего света встретит только милых, дружелюбных людей, таких же открытых и бесхитростных, как она сама. Он же знал на собственном опыте, что лондонское общество состоит в большинстве своем из интриганов, из людей коварных и лживых. Кто знает, как оно примет Джорджи! Ее простота и открытый нрав могут стать предметом насмешек, а ее дружелюбие будет встречено холодностью со стороны знатных дам и вельмож, которые не привыкли к фамильярному обращению. Ему захотелось предостеречь девушку, чтобы разочарование не было для нее слишком горьким.

— Я могу лишь надеяться, что Лондон не разочарует ваши ожидания, — осторожно сказал он. — Кстати, позвольте предупредить вас, что в высшем свете энтузиазм сейчас не в моде. Вы ни в коем случае не должны восторгаться всем и всеми. Напротив, вы должны разыгрывать скуку, безразличие, тогда в глазах окружающих вы будете выглядеть как настоящая леди.

Джорджи презрительно фыркнула.

— Разве настоящие леди должны всегда скучать? Что ж, в таком случае я не хочу быть настоящей леди! Я еду в Лондон не для того, чтобы изнывать там от тоски, я еду туда, чтобы развлекаться, покупать себе новые платья, заводить новых друзей. Я намерена веселиться от всей души, и мне совершенно наплевать на светскую моду, на этикет и тому подобные глупости.

Седж пожал плечами. В глубине души он восхищался ее независимым характером, ее нежеланием притворяться, и ему нравился ее энтузиазм. Только что станется с этим энтузиазмом, когда Джорджи обнаружит, что все на самом деле вовсе не так, как она себе это представляет? Она и оглянуться не успеет, как о ней станут ходить разного рода сплетни, если она не умерит свой слишком живой темперамент и будет спешить завязывать дружбу с каждым, кто попадается на ее пути. Знатные матроны, правящие кругами высшего света и неукоснительно следующие этикету, никогда не примут в свою среду такую девушку, как Джорджи. Эти женщины с их злыми языками могут испортить ее репутацию, и тогда ее дебют в свете закончится полным провалом. К счастью, ему не придется наблюдать за тем, как Джорджи пытается покорить лондонское общество. Он пробудет в своем поместье в Глочестершире до тех пор, пока нога окончательно не придет в норму. Доктор предупредил его, что он будет хромать еще несколько месяцев. Седж решил, что не станет выезжать в свет, пока хромота не пройдет. Его друзья и знакомые, заметив, что он хромает, станут расспрашивать, что стряслось с его ногой, и эти вопросы будут приводить его в ярость, напоминая ему всякий раз об идиотском происшествии, случившемся с ним по его же вине.

Седж подавил вздох. Несколько месяцев уединенной сельской жизни будут тяжким испытанием для него, привыкшего к обществу красивых женщин. Кто знает, сколько времени пройдет, прежде чем он сможет лечь в постель с какой-нибудь красивой дамой, не боясь выглядеть в ее глазах инвалидом.

5

Элегантный черный фаэтон с фамильным гербом Седжемуров на дверце въехал в ворота маленькой фермы Торпов. Миссис Торп удивленно вытаращила глаза, когда кучер, подойдя к двери, спросил, здесь ли находится виконт Седжемур. Виконт? Но такой знатный вельможа никогда не жил в их скромном коттедже!

Джорджи, услышав стук копыт, вскочила на ноги и бросилась к окну, перевернув шахматную доску. Перед крыльцом стоял роскошный экипаж с золотым гербом, поблескивающим в лучах заходящего

солнца.

— Ваш экипаж прибыл, Гасл — сообщила она Седжу и выбежала из комнаты прежде, чем он успел что-либо ей сказать.

Миссис Торп пыталась объяснить кучеру и камердинеру Седжа, что здесь нет никакого виконта и они, вероятно, ошиблись адресом, когда Джорджи возникла за ее спиной.

— Все в порядке, миссис Торп! — дружелюбно воскликнула она, тут же оценив ситуацию. — Просто вы неправильно друг друга поняли. Эти люди действительно приехали за нами, и их послал сюда виконт Седжемур. Виконт приходится кузеном моему мужу. Он прислал за нами свой экипаж, чтобы мистер Мур мог отдохнуть в его поместье и набраться сил.

Кучер и камердинер недоуменно переглянулись. Но, прежде чем они успели что-либо возразить, Джорджи взяла миссис Торп под локоть и повела ее в дом.

— Вы можете идти, миссис Торп, я займусь этими людьми сама, — мягко сказала она. — Я сначала провожу их наверх к мистеру Муру, а потом отправлю в гостиницу, где они проведут ночь. Мы уедем отсюда завтра утром.

Оставив миссис Торп на кухне, Джорджи вернулась за двумя слугами и провела их в комнату Седжа. Когда тот закончил разговаривать с ними, она с улыбкой осведомилась:

— Может, Пипу стоит съездить в гостиницу вместе с вашим кучером? Мне бы хотелось, чтобы он купил там кое-что для нас. Думаю, сегодня вечером мы с вами должны отпраздновать одно радостное событие, вы со мной согласны?