Кейт Донован - Навстречу любви

– Не стану с этим спорить. Вполне возможно.

Она снова вспыхнула под его насмешливым взглядом:

– Я не имею в виду, что останусь нетронутой, зато останусь чистой.

– Разве это не одно и то же?

Ноэль нахмурилась, затем сжала руку Адама и потащила его по лестнице в свою комнату. Ее отец ужаснулся бы, став свидетелем подобного поведения, но ей неожиданно понадобилось доказательство того, что интерес жениха к ней объясняется не только ее «невинностью» и молодостью. Ей почему-то подумалось, что его реакция на коллекцию кукол покажет, имеет ли этот ее глупый страх хоть какое-то реальное основание.

– Дорогая, ты уверена…

– Войди внутрь, пожалуйста, – кивнула она. – Я хочу, чтобы ты увидел комнату, в которой я выросла.

– Ну, тогда… – Нервно оглянувшись, Адам перешагнул порог спальни и внезапно рассмеялся. – Я удивлен. Послушай, это самое нелепое зрелище, которое мне доводилось когда-либо видеть.

– Нелепое? – Глаза Ноэль сверкнули. – Что может быть нелепого в коллекции кукол?

Его улыбка осталась такой же насмешливой.

– Ты собираешься перевезти все это в дом матери? Да она сразу же отправит тебя в сумасшедший дом.

– Дом матери? Раньше ты никогда его так не называл.

– Не пытайся морочить меня. Раньше мы говорили о твоем отце, а не о моей матери.

– Об отце?

– Я всегда знал, что он потакает тебе, но такое… – Адам обвел комнату рукой, начиная от подоконника и кровати и кончая полками от пола до потолка, которые служили местом обитания для двух сотен симпатичных кукол. – Если требуется доказательство, что он хочет удержать при себе навсегда свою маленькую девочку, то вот оно.

– А теперь ты хочешь, чтобы я была твоей маленькой девочкой?

– Прошу прощения?

– Я вдвое моложе тебя. Ты уже мог бы иметь дочь примерно моего возраста, если бы вовремя женился.

Адам недоумевающе посмотрел на Ноэль.

– О чем это ты? – Не давая ей ответить, он шагнул к ней и произнес низким голосом: – Если тебя так беспокоит мой возраст, могла бы сказать раньше.

– Проблема не в твоем возрасте. Меня волнует мой.

– Ну что ж, мы этому не в состоянии помочь, не так ли, если, конечно, ты не хочешь ждать еще пять или десять лет. К тому времени я тоже стану старше, так что вряд ли такое решение разумно.

– Я знаю, что говорю глупости…

– Все объяснимо. Дело в Дейне, не так ли, а совсем не в годах рождения или в куклах. Мы никогда не ссорились до его появления, а сейчас только это и делаем.

– Лейтенант тут ни при чем, – заявила Ноэль не без доли лукавства. Теперь ей было с кем сравнивать жениха. Зак молод – Адам в годах; Зак прост – Адам умудрен и лишен простоты; от Зака пахнет так, словно он только что искупался в прохладном, журчащем ручье, – от Адама бренди, сигарами и одеколоном. Зак казался отцу сыном, которого он всегда хотел иметь, в то время как Адам – негодяем, намеревавшимся увести от него дочь…

– Выбор очень простой, – резюмировал Адам. – Ты хочешь порадовать своего отца или же порадовать себя?

– Себя, – не слишком твердо ответила Ноэль.

– В таком случае я мужчина, которого ты выбрала. Это мудрый выбор по любым меркам. Если откровенно, то Дейн – фигляр, у которого нет ни ума, ни средств, чтобы думать о женитьбе на такой красавице, как ты.

– Ни слова о Заке, – упрямо повторила Ноэль.

– Согласен, но почему же ты тогда пререкаешься? Оттого, что я поддразнил тебя, увидев целую комнату кукол?

Ноэль вздохнула. Она боялась, что Адам восхитится куклами, как символом детскости своей невесты, однако его реакция оказалась иной – и тем не менее она чувствовала себя обиженной. Уж не искала ли она причину, чтобы расторгнуть их помолвку?

– Прости, что веду себя неразумно. Возможно, я больше расстроена реакцией отца на наш брак, чем хотела бы.

– Вот-вот! – энергично кивнул Адам. – Именно это нам и следует обсудить, не так ли?

– Что же здесь обсуждать?

– Дорогая… – Он обнял невесту, прижал к груди и стал баюкать. – Я не прошу тебя выбирать между мной и твоим отцом. Потерпи еще несколько дней. Когда мы поженимся, он станет уважать меня так же, как я уважаю его. Надеюсь, ты понимаешь?

– Пожалуй, но… все так запутано. Я полностью согласна, что нам надо покончить с этими ужасными ссорами. – Подняв глаза, Ноэль осторожно спросила: – Надеюсь, ты не станешь ненавидеть отца?

– Что ты! Я так высоко ценю его за успехи в деловом мире и благодарен ему за то, что он вырастил такую замечательную дочь. – Адам хитро улыбнулся: – А ты можешь то же сказать о моей матери?

– О, уверена, она может быть очаровательной, когда захочет, – со вздохом сказала Ноэль. – Но пока она этого не захотела.

– В таком случае мы оба должны смотреть вперед. Возможно, когда мы преподнесем ей первого внука, она забудет о своих предрассудках.

– Это славная мысль, но боюсь, что твоя мать всегда будет смотреть на меня как на дочь «мужчины-свахи».

Адам пожал плечами:

– Предрассудки есть и у твоего отца. Подозреваю, что его пугает богатство моей семьи. На самом деле он достиг положения сам, и ему некого стыдиться.

– Этот спор может продолжаться всю жизнь, так что оставим его. Сейчас самое время познакомиться с девочками.

– О нет! – Адам отпрянул в притворном ужасе. – Со всеми?

– С каждой. Я ожидаю, что вы будете с ними любезны, мистер Престли.

– Мне остается лишь молиться, чтобы твой отец обнаружил меня здесь и побыстрее вытолкал отсюда.

– Ничего, мы успеем. – Ноэль лукаво улыбнулась и взяла в руки одну из фарфоровых кукол.

– Вчерашний день прошел неплохо, но будь я проклят, если нынешний не лучше. – Зак взял щетку и начал энергично водить ею по каштановой шерсти Меркурия. – Она продолжает говорить мне, что этого не случится, а я еще никогда в жизни не был так уверен. Я женюсь на этой девушке, Мерк. Ты бы видел, как она целуется. Этого достаточно, чтобы человек мог поверить в чудеса.

Зак хмыкнул, вспомнив, как Ноэль бросила его в саду. Не то чтобы она не хотела целоваться с ним, однако стеснялась делать это при дневном свете. А вообще все выглядело так, как будто он учил ее, а не наоборот. Вот только не надо бы называть ее «моя сладость» слишком часто, по крайней мере до того момента, пока они не поженятся. А если ей нужно встречаться в темноте в ее спальне на короткое время, это тоже чудесно. Ему она понравилась, вместе со всеми симпатичными куклами, которые с любопытством смотрели на них.

Затем он нахмурился, вспомнив, какую ревность испытал, когда она повела по лестнице этого Престли. Ей не следовало так доверяться ему, однако Зак поборол в себе желание ворваться в комнату. Зато Рассел Брэддок взял дело в свои руки и твердо, не повышая голоса, заявил помолвленным, что ожидает их внизу. После этого Престли уехал, не оставшись на ужин. Следовательно, ситуация ничуть не ухудшилась, а, возможно, даже улучшилась.