Элен Бронтэ - Леди в зеркале

Мэриан не знала, как отнестись к этой новости. Если отец будет счастливее в новом браке – пусть так. Она чувствовала, что при отношениях, бывших в их семье, нет смысла ожидать от отца верности памяти жене, как поступил его собственный отец в свое время. Но чем это обернется для нее самой? Неужели ко всем ее несчастьям добавится еще и мачеха?

– Я огорчила тебя, милая, но мой долг – предостеречь тебя, чтобы, если это действительно случится, ты не была подавлена неожиданной новостью. – Миссис Лоу так искренне переживала за девушку, что Мэриан оставалось только поблагодарить добрую женщину за заботу и уповать на то, что слухи возникли на пустом месте.

Отец встретил возвращение Мэриан так же равнодушно, как ее отъезд. Только поинтересовался, не нужны ли ей деньги, и указал на обязанности по ведению дома, которые она должна теперь исполнять как хозяйка.

Оставшись одна в комнате матери, Мэриан наконец-то открыла секретер ключиком, который с того самого дня, как получила его, носила на шее на тонкой цепочке.

Все бумаги покойной леди Лестер были аккуратно разложены по соответствующим пачкам: счета, письма родителей, приглашения, театральные программки и так далее.

В отдельном ящике девушка обнаружила большой лист картона, завернутый в тонкую бумагу, материнские дневники и пожелтевшую от времени записку. Сначала Мэриан, повинуясь любопытству, развернула картон и увидела портрет матери в молодые годы, выглядевший удивительно жизнерадостно – особенно если сравнить с выражением лица, которое Мэриан привыкла наблюдать у нее. После этого девушка прочла записку, из которой с изумлением узнала о наличии у леди Лестер сестры, чей портрет, как оказалось, она до:›того держала в руках. Новость ошеломила1 Мэриан, и она торопливо принялась листать самый старый из дневников матери – за годы их накопилось несколько толстых тетрадей, так скрупулезно леди Лестер записывала все моменты своей жизни.

Чтение заняло у Мэриан много часов, и еще несколько дней, постепенно приходя в себя от'шока, она пыталась осмыслить прочитанное.

– Подумать только, мою маму на самом деле звали Энн! И где-то живет моя тетушка Джун. Как интересно было бы увидеть ее, наверное, у нее есть дети, мои кузены и кузины, и у меня могла бы быть семья! Теперь я понимаю, почему отец ожесточился против матушки. Но как же она была несчастна все эти годы, любя его и не надеясь даже на дружеское отношение!

Мэриан стала лучше понимать состояние родителей, тоску, царившую в их семье, но не могла простить собственную обиду на отца – ее вины в случившемся не было, как мог он переносить отношение к обманувшей его женщине на своего же ребенка?

Внимательнее рассмотрев портрет, Мэриан согласилась, что ее сходство с тетей Джун очень велико. В выражении лица ее был тот же молодой задор, которого не имелось у леди Лестер и который так тщательно подавляла в Мэриан тягостная атмосфера ее дома.

Девушка не стала обсуждать с отцом прочитанное. Смысла в этом не было никакого. Если бы у леди Лестер родился сын, все могло бы пойти по-другому, а теперь у Мэриан не было надежды завоевать его любовь.

Она сожгла дневники матери, как и обещала, а портрет и письмо тети Джун спрятала подальше, не переставая раздумывать, как можно попытаться разыскать ее. Размышления навели ее на мысль перечитать письма бабушки Олдберри, которая наверняка должна была знать что-то, и эти письма расстроили ее еще больше. Бабушка также прожила всю жизнь, испытывая вину за содеянное, ведь это она уговорила дочь обмануть джентльмена, любившего ее сестру. К тому же, как с грустью узнала Мэриан, бабушка получила от Джун несколько писем, на которые были отправлены гневные ответы с требованием недостойной дочери никогда более не беспокоить семью. В старости миссис Олдберри горько сожалела об этом, но писем больше не приходило, и где искать Джун, она не представляла. Несколько раз старая леди писала по адресу, указанному в письмах, в Марсель, но оттуда отвечали, что указанный адресат здесь никому не известен. Счастье мистера Олдберри состояло в том, что он никогда не узнал о побеге одной своей дочери. Однако он был немало огорчен потерей другой – будучи уверен, что Энн пропала на Ямайке, он пытался найти ее с помощью властей, но тщетно. В результате он оплакивал Энн, вместо того чтобы искать Джун.

Мэриан поняла, почему ее родители почти никогда не бывали в Марсденли, а дедушка с бабушкой не навещали их в Лондоне. Воистину один неверный поступок испортил жизнь многим людям, и ничего уже нельзя было исправить.

Шли месяцы, которые Мэриан проводила в раздумье обо всем этом, поскольку иных занятий у нее почти не было. Ее семья последние годы находилась в постоянном трауре, и девушке не удалось повидать свет, хотя ее приятная внешность наверняка произвела бы впечатление. И кто знает, может, в ее жизнь вошло бы то сильное чувство, которое погубило ее мать и тетю…

Отец по-прежнему редко бывал дома, и, хотя Мэриан несколько раз просила его поехать в Марсденли – ей хотелось побродить по тем местам, где прошло детство ее матери и тетки, он неизменно отвечал отказом.

Через семь месяцев после смерти жены он, сидя с дочерью за завтраком, который обычно проходил в молчании^ внезапно сообщил ей, что сделал предложение мисс Брокенли и намерен жениться в самом скором времени.

За эти месяцы Мэриан успела уговорить себя, что разговор с миссис Лоу был бессмысленным, а светские сплетни – безосновательными, и это известие поразило и огорчило ее, хотя она и была к нему отчасти подготовлена.

– Как? Еще не прошло и года с той поры, как матушка…

– Я достаточно долго носил траур, учитывая обстоятельства моего брака. Мне нужен наследник, и прелестная леди, согласившаяся стать моей женой, подарит мне его. К тому же вам уже пора искать жениха, и связи мисс Брокенли помогут нам решить эту проблему.

Тон лорда был решителен и холоден, и Мэриан поняла, что ее возражения только рассердят отца, но ни в коем случае не свернут с избранного пути.

Мисс Брокенли и впрямь оказалась красивой черноволосой и темноглазой леди двадцати семи лет от роду. Ее внешность не помогла ей выйти замуж в раннем возрасте из-за скудости приданого, так как отец мисс, покойный мистер Брокенли, был слишком склонен к азартным играм. Дедушка обещал оставить ей в наследство свой шикарный лондонский дом, все остальное его имущество отходило к младшему брату, женатому на Маделин Фицривер, тетушке лорда Лестера. Таким образом, состояние оставалось в семье, и этот брак устраивал всех в наибольшей мере.

Свадьба не была пышной, учитывая немалый возраст невесты и недавний траур жениха, и хотя бы за это Мэриан чувствовала благодарность к отцу. А также за то, что новоявленная леди Лестер не стала занимать комнаты ее матери, куда переселилась сама Мэриан.