Ширли Грин - С первого взгляда

— Послушай, парень, — убирая голову из-под струи воды, сказал Селби. Брось эти свои смешки. Запомни: самый большой и самый главный человек в этом доме — я.

— Может, ты действительно самый большой, да вдобавок и самый мокрый человек в этом доме, — не переставая хихикать, заметил его сын. — Но тебе следует быть осторожным, так как эта леди тоже довольно крупная женщина.

Это уж точно, подумал Селби, рукой нащупывая полотенце. Крупная и красивая женщина. Ну что ж, надо дать мальчику возможность самому определить, что самое главное в этой жизни.

— Она тебе нравится? — спросил он.

— Очень приятная женщина. А тебе она как?

— Ты прав, Гарри. Симпатичная и приятная.

— Да уж лучше, чем та тощая, с которой ты когда-то встречался.

— Быстро в ванну, — скомандовал его отец. — Я не нуждаюсь в критиках!

Плеск воды, смех и игры продолжались в течение двадцати минут, после чего Селби, тщательно вытерев сына полотенцем, заставил того натянуть на себя пижаму.

— Ну, сэр, как вам нравится эта идея каждый день мыться в ванне? спросил он Гарри.

— Что? — негодующе перебросил мальчик.

— Каждый день — ванна, — повторил Селби. — Мисс Спенсер считает, что ванну необходимо принимать ежедневно.

Чуть склонив набок голову, Гарри посмотрел на отца снизу вверх.

— Ты все это делаешь, чтобы понравиться ей, — проворчал он. — Почему бы нам просто не купить собаку?

— Сейчас ты у меня получишь. — Селби притворно замахнулся, словно желая отшлепать маленького человечка.

— Все, я уже иду!

Смеясь, Гарри стремглав понесся в свою комнату. Не спеша подняв полотенца и повесив их на место, отец отправился вслед за ним. Абби ждала его у двери в комнату мальчика.

— Сто лет не видел его таким счастливым. При виде всего этого у меня даже потеплело на сердце, — сказал ей Селби.

— А сказку? — позвал из комнаты Гарри. Он уже забрался под одеяло, для удобства слегка подоткнув его под подбородок.

— Я совсем не знаю сказок, — с горечью признался Селби. — Может, рассказать тебе «Златовласку»? Только я не помню, чем там все кончается…

— Нет, расскажи что-нибудь новенькое.

Абби присела на край кровати.

— В Египте, среди огромной пустыни, — начала она, стоит большая фигура из камня, которая называется Сфинкс. Я расскажу тебе, почему ее так назвали, хорошо?

— Рассказывай, — согласился Гарри, — но только, чур, без всякой там любви.

— Однажды весной, четыре тысячи шестьдесят три года тому назад… я думаю, это случилось в мае, один маленький и тощий кролик по имени Питер Поподополис…

— Кролик? — недоверчиво переспросил мальчик.

— Не перебивай, — ответила Абби. — Я рассказываю тебе сказку. Лежи тихо и слушай.

— Слушаю. — Мальчик придвинулся чуть ближе.

— Это был необыкновенный кролик, — объяснила Абигейл. — Семья Поподополис была хорошо известна в Египте. Она славилась не красотой и не обаянием, а своей необычайной стойкостью и умением выжить в любой ситуации. Но к сожалению, к тому времени в живых остался только Питер.

Сделав паузу, Абби обняла мальчика за плечи. Гарри еще ближе прильнул к ней. В полумраке комнаты ей было видно, что Селби слегка раздосадован тем обстоятельством, что внимание ребенка теперь полностью переключилось на нее.

— Ну так вот. Кролик Питер жил в Египте, в городе Мемфисе. А поскольку он был круглым сиротой, ему приходилось самому зарабатывать себе на хлеб. Питер стал учеником резчика по камню. Целых два года провел он в старой и пыльной мастерской, где готовили камень для строительства пирамид. Учеба с трудом давалась кролику, но вот наконец настал ее последний день. Главный мастер вручил Питеру диплом резчика и, пожелав удачи, простился с ним. «Я хочу только одного, — сказал напоследок главный мастер. — Чтобы этот новый странствующий резчик никогда бы больше не работал у меня». Получив такое напутствие, Питер отправился в дорогу и через какое-то время пришел во дворец фараона, где попросился на строительство пирамид. Ты, конечно, знаешь, что в те далекие времена королей Египта называли фараонами. Так вот жрец, руководивший строительством пирамид, внимательно выслушал Питера и сказал: «В настоящий момент у меня нет для тебя никакой работы, но мне хочется проверить твои способности. У одной из пирамид лежит огромная, никому не нужная каменная глыба. Попробуй вырезать из нее какую-нибудь фигуру. Ты согласен?» «Согласен, — ответил Питер. — Я отправлюсь туда прямо сейчас». «Не забудьте взять с собой инструменты, — заметил жрец. — Этот камень очень твердый». И тогда Питер Поподополис…

— Он уснул, — прошептал Селби.

— Бедный малыш, он ужасно устал сегодня.

— Ты очень интересно рассказываешь сказки, — выйдя вслед за Абби в коридор, сказал Селби.

— Сказывается большая практика. У тебя не хватит пальцев на руках и на ногах, чтобы пересчитать всех моих племянников и племянниц. И всем подавай вечерние сказки.

— Не оставляй меня в неведении. Что же все-таки случилось с кроликом Питером?

— Вам, сэр, — с улыбкой ответила Абби, — придется подождать завтрашнего дня.

— Почему? — спросила Селби, когда они подошли к лестнице.

— Хотя бы потому, что я еще не придумала, что будет дальше.

— О Боже, — промолвил Селби и направился следом за ней вниз.

Не сговариваясь, они молча повернули к входной двери. В тишине и спокойствии сумерек изредка раздавались далекие пароходные гудки. Сияющие звезды своим светом, словно шпагами, пронзали бархатную темноту ночного неба. На душе у Абби было тепло и покойно.

— Обрати внимание на мерцающие огоньки, — заметила она. — Это рыболовные суда заходят в гавань Нью-Бедфорда. Море полно сокровищ, но труд моряка — тяжелый способ зарабатывать на жизнь…

Она прильнула к Селби, и он заключил ее в объятия. Еще мгновение назад Абби дрожала от холода, но теперь тепло могучего мужского тела приятно согрело ее. Он слегка взъерошил ей волосы.

— Самое ценное из сокровищ, — прошептал он.

— Ты имеешь в виду мои волосы?

— Тебя всю. — И его губы слегка прикоснулись к основанию ее шеи.

Но вот Селби медленно развернул Абби к себе. Снова мягкие, легкие, словно крылья бабочки, прикосновения ищущих губ — упругих, теплых, нежных. Охваченная негой, Абби забыла об окружающем мире…

Наконец Селби откинулся назад и с довольным видом сказал:

— Ну вот, я же тебе говорил.

— Что? — еле слышно спросила она, когда ее волнение немного улеглось и голова перестала кружиться.

— Я же тебе сказал. Или еще нет? Извини, тогда я повторю. — Он снова прижал ее к себе, и Абби опять мгновенно позабыла обо всем на свете. — Ну, уж теперь я тебе точно обо всем сказал.