Хейди Беттс - Обещание розы

– Джентльмен? Ха! – Меган в гневе вскинула свои глаза цвета кленового сиропа. – Советую вам держать один глаз открытым, когда будете спать, джентльмен. Иначе вы можете проснуться мертвым, Лукас Маккейн.

Он чертыхнулся и укутал ее снизу до шеи.

– Держите. – Лукас вложил ей в руку свободный конец и, не отпуская ее пальцев, достал ключ от наручников. Поднял вверх и подержал в воздухе в знак предложения о перемирии.

Он нагнулся к ванне отстегнуть наручник от ножки. Меган, стиснув зубы, ждала, когда ей освободят руки. Наконец она выпрямилась, но, вместо того чтобы растереть затекшие запястья, собрала вокруг себя покрывало и царственно прошествовала мимо него к постели.

Лукас наблюдал, как она с оскорбленным видом усаживается на матрас, пристраиваясь спиной к горе подушек.

– Мне очень жаль, – сказал он. – Я имею в виду наручники. Но вы могли убежать, а я не хотел давать вам такой шанс.

– Почему вы думаете, что я убежала бы? – Лукас опустился в кресло.

– По опыту знаю. Преступники почти всегда что-нибудь предпринимают, чтобы избежать тюрьмы.

– Я не преступница.

– Забавно, – усмехнулся он, – но большинство из них тоже так говорят.

– Вы понимаете, к чему ведет ваша философия? Вы не верите преступникам, потому что все они отпираются. Но вы не верите и честным людям, которые отвергают ваши ложные обвинения.

– Кто виновен – решает суд.

– Гм… Выходит, я уже считаюсь виновной, хотя еще ничего не доказано?

– Да. Но не забывайте, что я видел вас с теми грабителями.

– Как и я видела вас с ними.

– Я уже объяснял вам. Мне нужно было выявить преступников, поэтому я маскировался.

Меган поняла, что спор ни к чему не приводит. Лукас Маккейн видел за всеми ограблениями разработанный ею хитроумный план и, похоже, мнения своего менять не собирался. Придется испробовать другую тактику.

– Все верно, вы маскировались, – сказала она, пожимая плечами. – И поймали меня с поличным.

Лукас встретился с ней глазами. Ну что ж, неплохо, подумала Меган. По крайней мере она завладела его вниманием.

– Вы уличили меня, Лукас Маккейн. Я виновата. – Она ожидала увидеть всплеск изумления в глубине синих глаз. Однако лицо его сохраняло полнейшее бесстрастие. – Я признаюсь, – продолжала Меган. – Да, я все заранее спланировала. И если бы не вы, уехала бы вместе с деньгами.

Она выкладывала свою версию, не веря своим ушам. Но из его самонадеянных утверждений по принципу «я прав, а ты преступница» в конце концов можно извлечь пользу. Если в подкрепление слов признания сочинить какую-нибудь историю – настолько абсурдную, что в нее будет трудно поверить, – может, она тогда его образумит?

– Хотите знать, как все задумывалось? План, надо сказать, казался блестящим, – говорила она, не дожидаясь ответа. – Однажды вечером, возвращаясь домой, я встретила на дороге Эвана. У его лошади сломалась подкова. Было уже поздно, поэтому я предложила ему переночевать у меня. Мы спокойно поужинали, потом разговорились, и как-то незаметно между нами возникло желание. Так что в какой-то момент ни он, ни я не могли с собой совладать. Мы даже не успели подняться наверх, как упали прямо у лестницы. Так и лежали на ступеньках – в поту, разгоряченные и задыхающиеся от страсти.

Она подняла взгляд на Лукаса. Его глаза ничего не выражали, только дергалась мышца на челюсти.

– На следующий день я не пошла в «Экспресс». Эван тоже не повел свою лошадь в город, как собирался. Несколько часов мы не вылезали из постели, все услаждали друг друга, пока не уснули. В конце дня нас разбудили. Дуги с Томом углядели в загоне его лошадь и решили выяснить, чья она. В тот вечер я узнала, что они добывают на жизнь грабежами.

Разговор пришелся как нельзя ко времени. Я как раз подумала, не отстраниться ли мне от дел, и собиралась идти в железнодорожную компанию. А тут подвернулись эти парни. Они могли мне помочь. Вы совершенно верно сказали, что, даже если бы «Адамс экспресс» обанкротился, награбленные деньги позволили бы мне жить безбедно.

Я поделилась своим планом с Эваном, и он убедил ребят принять меня в команду как полноправного партнера. Конечно, я не собиралась постоянно участвовать в грабежах. В конце концов, от меня и так зависело многое. Они не украли бы ни пенни, если бы я им не сообщала, когда я повезу деньги. Я убедила их подыскать надежное убежище, где можно хранить деньги, чтобы потом поделить добычу и разойтись в разные стороны.

Конечно, мне будет их недоставать, – с грустью продолжала Меган, показывая, как она глубоко несчастна. – У Дуги с Томми до меня вообще никого не было. Я была у них первой, понимаете? Такие вещи не забываются. А Фрэнк – тот совершенно необузданный, даже более страстный, чем Эван.

– Так вы позволяли пускать себя по кругу? – Голос Лукаса был полон презрения.

– Нет, конечно. Я же сказала, я была у них главной. Я выбирала, кого и когда хотела.

– И куда вы свозили деньги? – Меган дернула плечом.

– Вы и впрямь думаете, что я вам скажу?

Лукас поднялся с кресла и начал отстегивать кобуру.

– Вы, кажется, жаждали посвятить Эвана в свой маленький план, – сказал он, роняя на пол кожаный чехол с «кольтом». – Держу пари, если я пощекочу вас в одном укромном местечке, вы расскажете мне, где лежат деньги.

О ужас! Как ее осенило наговорить на себя? Только теперь до нее дошло, какие могут быть последствия ее признания в преступлении, которого она не совершала.

– Нет, нет! – завизжала она, видя, как Лукас расстегивает рубашку. – Я не могу вам сказать.

Рубашка в мгновение ока упала на пол; обнажив бронзовую кожу, а его пальцы двинулись к верхней пуговице брюк.

– Вы на службе, – сказала Меган, действительно запаниковав. – Вам запрещено вступать в любые отношения с вашими узниками. Вы не имеете права даже пальцем меня тронуть.

– На мне нет фуражки с кокардой. Я, если помните, просто делаю одолжение своему другу. А насчет пальцев он ничего не говорил.

– Ну тогда я вам говорю! Не прикасайтесь ко мне. – Лукас разразился долгим звучным хохотом.

– В данном случае у вас нет выбора.

Меган подтянула покрывало повыше и отползла в изголовье кровати. Лукас подошел сбоку. Теперь его брюки были полностью расстегнуты.

– Идите сюда, красавица. То, что я вам предложу, будет не похоже на то, чем вы занимались раньше. – Он легонько дернул за угол покрывала.

Меган попыталась вернуть покрывало назад. Он дернул сильнее. Чем упорнее она сопротивлялась, тем жестче становились его действия. Оставалось либо позволить притянуть себя ближе, либо расстаться с покрывалом, и ей почему-то подумалось, что, бегая по комнате нагишом, она поставит себя в безвыходное положение.