Шеннон Дрейк - Изумрудные объятия

— Эти цветы для могилы, — тихо подсказал он.

Мартиса кивнула. Они с Брюсом вышли из часовни первыми, почти как только что обвенчанная пара. Брюс открыл дверь в склеп. Мартиса последовала за ним. Остальные не вошли с ними, но Мартиса знала, что отец Мартин идет следом. Она положила цветы и снова встала на колени.

— Нам пора идти; в зале сервированы столы с прохладительными напиткам и для гостей, но пока я не появлюсь, ничто не начнется.

— В таком случае вам следует поторопиться, — холодно сказала Мартиса. — А я пока еще не готова уйти.

Он посмотрел на нее так, словно собирался возразить, потребовать, чтобы она пошла с ним, и она засомневалась, сможет ли воспротивиться прямому приказу с его стороны. Но Брюс не стал возражать. Он только мрачно улыбнулся и поднял руки.

— В таком случае, миледи, оставляю вас с нашей дорогой почившей.

И он ушел. Мартиса проводила его взглядом.

Как только Брюс ушел, пламя свечи вдруг задрожало. «Нелепость», — подумала Мартиса. Она снова опустилась на колени перед гробом, у нее вдруг пропало желание молиться, но она все-таки попыталась.

— О, Мэри, позволь мне сделать все правильно… Отец небесный…

Послышался какой-то шорох, шелест и звук дыхания. Мартиса вскочила и резко повернулась, стараясь сохранять спокойствие. Однажды она уже испугалась здесь, но оказалось, что это всего лишь Элайна, которая молилась по другую сторону от гроба. А сейчас она не пожелала подчиняться Кригэну и осталась одна в склепе.

Нет, не одна, а со всеми этими покойниками.

— Элайна? — резко окрикнула Мартиса.

Но ответа не последовало. Однако ей казалось, что она по-прежнему слышит звук чьего-то дыхания.

А потом она услышала смех.

И металлический лязг — дверь склепа с шумом захлопнулась.

— Элайна, это ты? — закричала Мартиса.

Она не собиралась снова поддаваться панике. Над ней явно кто-то издевался, кто-то хотел, чтобы она испугалась.

Но она не доставит никому такого удовольствия.

— Элайна, Брюс!

Мартиса старалась, чтобы ее голос не дрожал. Она твердой походкой прошла по холодному каменному полу к воротам. Но подойдя к ним, обнаружила, что они закрыты на засов. Она действительно заперта в склепе с мертвыми!

Мартиса мысленно сказала себе, что ничего страшного нет, мертвецы благополучно закрыты в своих гробах, совсем не так, как в старых захоронениях, про которые рассказывала Элайна, где кости мертвецов прикрыты лишь полуистлевшими остатками саванов. У нее нет повода для паники.

— Эй, кто-нибудь! — крикнула она. — Помогите! В конце концов, это нелепо!

Мартиса услышала, что к ней кто-то идет со стороны ворот в старую часть склепа. Свечи постепенно догорали, становилось все темнее. По коридору кто-то шел. Этот кто-то подходил все ближе, но по дороге останавливался и гасил свечи.

«Без паники, спокойствие!» — мысленно приказала себе Мартиса. Она вдруг вспомнила, что Элайна шепотом говорила брату что-то про новый гроб в старой части склепа. Элайна его видела. Новый гроб.

Но с какой стати бояться нового, когда по коридору все ближе и ближе к ней, нацелив на нее костлявый палец, мог приближаться какой-нибудь древний мертвец в остатках рассыпающегося савана?

— Кто?..

Несмотря на всю ее решимость, голос ее дрогнул, и ей пришлось сделать паузу, Прежде чем она смогла заговорить снова.

— Кто вы? Что вы делаете? Сейчас же отоприте ворота.

Она снова услышала смех. И когда паника уже почти захлестнула ее, она увидела, что это та девушка, на которую она обратила внимание в часовне.

— Леди Сент-Джеймс! — прошептала она елейным голоском. — Ой, я очень извиняюсь, хотя, может, и не стоило извиняться, вы же хотели побыть со своей дорогой сестрицей, разве нет?

— Да, я действительно хотела, — сказала Мартиса осторожно. Она боялась чем-нибудь разозлить девушку, пока та не открыла ворота. — Но теперь, я думаю, нам пора подниматься наверх — нас уже, наверное, хватились.

— Ах да, конечно, пора. — Глаза девушки были невинно распахнуты, но в них притаилась ненависть. — И правда пора, а то вы, миледи, что-то очень бледная. Небось подумали, что призраки мертвых Кригэнов идут прижать вас к своей груди? Да ладно. Я не хотела так сильно вас пугать.

Это была ложь, наглая откровенная ложь. Девушка определенно хотела ее испугать.

— Призраки приходят только по ночам. Я-то их видела, слышала, как они воют. Так много, мертвых, так много убийств… да, убийств, леди Сент-Джеймс. И вот эти самые жертвы убийств, говорят, и ходят по коридорам. Может, среди них и наша дорогая Мэри.

— Лэрд Кригэн очень скоро меня хватится и придет искать, — резко сказала Мартиса.

Улыбка сбежала с лица девушки, она помрачнела.

— Я не собиралась вас запирать, я не видела, что вы тут стоите на коленях. Конечно, сидеть взаперти здесь совсем не то, что в старом склепе, знаете, где мертвецы лежат открыто и пялятся на тебя, а их мясо медленно гниет на костях, и повсюду стоит вонь.

— Нет, здесь совсем не так, как там, — сказала Мартиса ровным голосом. — А теперь не будете ли вы так добры открыть засов?

Девушка так и сделала. В ту же секунду, когда Мартиса оказалась на свободе, девушка повернулась и бросилась наутек. Мартисе хотелось сделать то же самое — бежать как можно быстрее. Теперь она знала, что осталась действительно одна в склепе. Она быстро пошла к выходу, стуча каблучками по каменному полу. Но потом, не удержавшись, бросилась бежать. Не остановилась она и когда добежала до лестницы — все так же бегом бросилась вверх по ступеням… пока на кого-то не налетела. С ее губ готов был сорваться крик, она быстро поднесла руку ко рту.

— Мартиса! — Это был улыбающийся, элегантно одетый Йен. — Мы уже гадали, что могло вас задержать. Знаю, что вы хотели вознести молитвы, но… Брюс по вас соскучился.

— Неужели? — пробормотала Мартиса медовым голосом. — Мне очень жаль. Я… гм… попала в западню.

— В западню?

Йен взял ее под локоть и помог подняться по узкой лестнице. Мартиса посмотрела вниз. Если на этой лестнице споткнуться и упасть с такой высоты вниз, смерть неминуема. Но Йен поддерживал ее, поднимаясь чуть ниже, позади нее. И вот они уже достигли верхней площадки. Мартисе стали слышны голоса, доносившиеся из зала. Когда Йен тоже поднялся на площадку, она повернулась к нему и пояснила:

— Да, некая юная леди «случайно» заперла меня в склепе.

На красивом лице Йена мелькнула мрачная улыбка.

— Должно быть, это была Кларисса, — сказал он. — Полагаю, она страшно ревновала к вашей сестре. Вряд ли она в восторге оттого, что в замке появилась еще одна красавица из рода Сент-Джеймс.