Кэролайн Линден - Что нужно женщине

– Нет-нет, я о другом. – Сьюзен облизала пересохшие губы. – Можно мне взглянуть на нее?

Шарлотта замялась.

– Что ж, пожалуйста.

Сьюзен словно бы была не в себе. Тетя неохотно протянула ей флягу. Сьюзен тут же вырвала ее из рук Шарлотты, перевернула и еще раз тихонько ахнула. Затем обернула флягу салфеткой и вскочила на ноги.

– Прошу меня извинить, – сказала она и тут же направилась к двери.

Шарлотта нахмурилась.

– Но мне нужна эта фляга, Сьюзен. Я сейчас же должна обратиться к судье. Он наверняка захочет взглянуть на нее, чтобы узнать, кому она принадлежит.

– Нет-нет, – замотала головой Сьюзен, прижимая флягу к груди. – Я уверена, что она не имеет никакого отношения к взломщику. Потому что это… это просто невозможно!

– Сьюзен, – медленно проговорила Шарлотта, – отдай се мне, пожалуйста.

Тетушка протянула руку, чтобы забрать флягу, но Сьюзен в испуге попятилась:

– Нет-нет, тетушка. Мне… Мне кажется, это моя фляга. Папа как-то раз подарил мне флягу, очень похожую на эту.

– Тогда дай я на нее взгляну.

Шарлотта поднялась из-за стола и забрала флягу из рук племянницы.

«Обычная, ничем не примечательная вещь», – недоумевала Шарлотта, вертя в руках флягу.

Почему Сьюзен так в нее вцепилась?

И тут Шарлотта замерла. На одной стороне предмета был выгравирован изящный вензель буквы «Д» – вместе с оскалившимся драконом. Туловище дракона почти совсем стерлось, и только по языкам пламени, вырывавшимся из его пасти, можно определить, чья была эта вещь. Шарлотта вопросительно посмотрела на племянницу:

– Чья это фляга, Сьюзен?

Девушка в испуге захлопала ресницами.

– Говорю тебе, мне ее подарил папа.

– А может, она принадлежит мистеру Дрейку? – Шарлотта с трудом сдерживалась, стараясь говорить спокойно. Сьюзен покачала головой и тихонько заплакала. – Тогда чья же она, Сьюзен? Нет, это не фляга твоего отца.

Сьюзен облизала пересохшие губы. У нее был взгляд затравленного зверя. Шарлотту охватило негодование. Этот так называемый джентльмен вломился к ней в дом и перебирал ее интимные предметы туалета? Да как он посмел дотрагиваться до ее нижнего белья? Попадись он ей, она разделается с этим мерзавцем!

– Он бы не забрался в чужой дом, тетя Шарлотта, – с мольбой в голосе проговорила Сьюзен, стоя перед тетушкой с несчастным видом. – Мистер Дрейк – джентльмен!

– После того как ты вчера пошла спать, я обнаружила, что пропало кое-что из моих драгоценностей. А мистеру Дрейку, как известно, позарез нужны деньги.

– Он бы никогда этого не сделал! – крикнула Сьюзен.

– Сделал бы. Если бы потерял надежду жениться на тебе и прибрать к рукам твое приданое, – Девушка судорожно всхлипнула, и Шарлотта пожалела о своих словах.

Открыв дверь, Сьюзен пулей вылетела из комнаты, а Шарлотта снова стала разглядывать флягу, и ее охватывал гнев. Девочка не могла поверить, что ее драгоценный мистер Дрейк оказался вором, но, в сущности, именно этого и следовало ожидать. Каждый охотник за богатой невестой – в душе вор. Этот ужасный человек даже не понял ее намека и не покинул город. Более того, этот мерзкий субъект опустился до мелкого воровства. Вероятно, решил, что имеет право забрать ее ожерелье в качестве компенсации за понесенный в результате несостоявшейся помолвки урон.

Ей следует пойти с этой флягой к местным властям и потребовать его ареста. И нужно сейчас отправиться к нему домой и сказать ему все, что она думает о его низком поступке. И еще… неплохо бы заставить Дрейка вернуться на место преступления и встретить его с оружием в руках. Может быть, следует самой к нему наведаться? Да, именно так и надо поступить. Скорее всего это – наилучшее решение.

Глава 4

Шарлотта удивилась, что ей с такой легкостью удалось проникнуть в комнаты Дрейка. Вскарабкавшись на высокую развесистую яблоню, она влезла в незапертое окно.

«Для вора-взломщика он слишком халатно относится к безопасности собственного жилища», – подумала Шарлотта, отряхиваясь.

Комната, в которую она забралась, оказалась гостиной, весьма скромной. Меблировку, очевидно, подбирала сама хозяйка дома. Шарлотта усмехнулась, представив, как высоченный мускулистый Стюарт Дрейк сидит, развалившись в мягком кресле с обивкой из цветастого ситца, – сидит, весь обложенный кружевными подушечками. Должно быть, этот мужчина и в самом деле находился в отчаянном положении, раз согласился жить в такой комнате.

«Да, он, несомненно, в отчаянном положении, раз вломился в мой дом», – напомнила себе Шарлотта, а затем, не мешкая, принялась задело.

Она намеревалась отыскать свои драгоценности, оставить на их месте записочку со злорадными словами, а потом, если позволит время, устроить погром в его жилище, как он устроил у нее. Шарлотта надеялась, что у нее хватит времени на то, чтобы изорвать и изрезать весь его гардероб.

Когда поиски ожерелья были в самом разгаре, она с ужасом услышала, как в замочной скважине поворачивается ключ. Шарлотта похолодела от страха. Мысленно молясь, чтобы это оказалась служанка, которая явилась, чтобы заправить постель, она притаилась в самом темном углу. Через несколько секунд в комнату вошел мужчина, на ходу снимая перчатки.

Шарлотта на мгновение закрыла глаза. О Боже, это был Стюарт Дрейк!

Закрыв за собой дверь, он снял сюртук и зажег свечу. Потом, осмотревшись, покачал головой, как бы удивляясь своей забывчивости, и подошел к окну, которое Шарлотта оставила открытым. Закрыв окно, постоял у него некоторое время, словно задумавшись о чем-то, а затем, пожав плечами, направился к камину.

Шарлотту охватила паника. Что же делать? Как незаметно улизнуть отсюда? Не поднимая шума, невозможно открыть окно и спуститься вниз. Но если Дрейк уйдет в другую комнату, то она в это время сможет прошмыгнуть за дверь. Но что Дрейк делает дома вечером? Как и любой нормальный распутник, он должен играть в карты, пьянствовать в тавернах и ходить по шлюхам, а вовсе не сидеть дома!

Стюарт разжег огонь в камине и подбросил дров. Вздохнув, сел на краешек стула, почти напротив Шарлотты, и помассировал шею. С минуту он сидел неподвижно, задумчиво глядя на пламя в камине. Вся его поза выражала крайнее отчаяние, и Шарлотта невольно прониклась к нему сочувствием. Разумеется, она не сомневалась в том, что он – законченный негодяй, однако у него был вид человека, замученного жизнью и заботами, находившегося в безвыходном положении. К тому же при свете камина он был необыкновенно красив – глаз не оторвать!

Шарлотта постаралась отогнать столь неуместные мысли. Красив?! «Настоящая красота – в поступках человека, а не в его внешности», – говорила она себе, прикрыв глаза, – Надо думать лишь о тех ужасных поступках, которые он совершил».