Пушистая Сырная Мышь - Причуды судьбы

— Мы пройдёмся немного, а то ноги устали, — протараторила она своим и моим родителям.

Судьба иногда играет злые шутки. На выходе я практически нос к носу столкнулась с графом Монтерреем. Слава богу, в ложе царил полумрак, и вошедший не увидел моего жаркого румянца.

— Прошу прощения, леди, — извинился он и отступил в сторону. — Мисс Карстон, добрый вечер.

Не дожидаясь ответа, он завладел моей рукой и коснулся губами тыльной стороны ладони. Я замерла, чувствуя, как сердце забилось испуганной птицей: опять Монтеррей взял правую руку, словно искал там что-то. Выпрямившись, он погладил мои пальцы, и задумчиво обронил тихим голосом:

— Вы не носите колец, мисс Карстон. А они бы вам очень пошли, у вас красивая кисть.

К счастью, Элис очнулась от столбняка, и потянула меня в коридор, поспешно сказав:

— Добрый вечер, милорд, прошу прощения, нам с мисс Лорелин надо выйти.

В коридоре я прислонилась к стене, обмахиваясь веером, ноги не держали.

— Элис, он точно узнает мою тайну! — простонала я, чувствуя отчаяние. — Ещё одна встреча, и мне конец! Ты слышала, что он про кольцо сказал?

— Кстати, где оно? Ты его сняла? — поинтересовалась она.

— Оно на месте, — мрачно ответила я, покрутив печатку на пальце. — Только почему-то опять невидимое ни для кого, кроме меня.

— Хм, — Элис задумчиво прищурилась. — По-моему, оно становится видимым тогда, когда ты берёшь с собой карты, — предложила она неожиданно простой ответ. — То есть, когда ты становишься Катериной.

Я помолчала, обдумывая её слова.

— Знаешь, а может ты и права, — кивнула я. — Надо будет проверить… Но с графом всё-таки лучше встречаться как можно реже. От греха подальше.

— Ну это уж не знаю, как тебе удастся, — Элис с сомнением покачала головой. — Ты его заинтересовала, и он наоборот будет стремиться видеться с тобой как можно чаще.

Я фыркнула.

— Если он переусердствует, ему придётся развестись и просить у папы моей руки, — брякнула я и испугалась собственных слов.

Элис изогнула бровь, окинув меня внимательным взглядом.

— Лори, дорогая, а это мысль, — протянула она.

— Сплюнь, — посоветовала я. — Ещё не хватало всерьёз рассматривать этого господина в качестве возможного жениха.

— Ты не хочешь стать графиней? — непринуждённо поинтересовалась подруга.

— Не горю желанием, — я пожала плечами и решительно шагнула к ложе. — Пошли, антракт сейчас закончится.

К моему беспокойству и ужасу с началом второй части оперы Монтеррей не ушёл к себе, а остался в нашей ложе. Он сидел рядом с папой за моей спиной, и они о чём-то тихо говорили, но я остро чувствовала, как его взгляд медленно скользит по шее и плечам, словно ласкает. Очень хотелось поёжиться, или оглянуться, но я сидела прямо, глядя на сцену и стараясь сосредоточиться на представлении. Благодарение Господу, как только занавес закрылся, он вежливо попрощался и вышел.

— Очень милый джентльмен, — заметила мама. — Жаль, что с его женой такое несчастье.

— Очень жаль, — подтвердил папа. — Он бы подошёл тебе, Лори.

Я закашлялась, усиленно обмахиваясь веером. Опасные мысли, папа, ой опасные.

— Поехали домой, — приложив руку к виску, я добавила. — У меня что-то голова разболелась.

Следующие дни принесли множество событий, и моя жизнь в очередной раз резко изменилась.

В следующий раз Монтеррей пришёл на Грейсчёрч через два дня после нашей встречи в опере, но я благоразумно закрыла дверь на ключ. Кроме всего прочего, я ждала клиентку, и поэтому не могла долго с ним разговаривать. Он постучался, и сразу представился.

— Это Конрад, Катерина. Открой пожалуйста.

— У меня нет времени, милорд. Я же сказала, оставьте меня, — через дверь ответила я. — Если у вас очередные вопросы, оставьте карточку, как делают все, и я назначу вам время.

— Я хочу видеть тебя сейчас. Просто поговорить.

— Невозможно, милорд, — я покачала головой, хотя он и не мог видеть этого.

— Катерина, впусти меня! — требовательно произнёс он, и подёргал дверь.

— Уходите.

Я услышала тихое ругательство, и удаляющиеся шаги. Возвращаясь домой, на всякий случай поменяла экипаж, опасаясь, что настойчивый граф мог остаться и следить за мной. Следующее светское мероприятие, на которое предстояло идти с родителями, должно было состояться через день, и отказаться не представлялось никакой возможности. Папа уведомил за завтраком, что на рождественском балу в Сент-Джеймсе он собирается объявить о помолвке. У меня оставалось два с половиной месяца, чтобы выбрать будущего супруга. Я чуть не выругалась за столом.

— Так что, дорогая моя, если ты не определишься до декабря, то мне придётся самому заняться этим вопросом и подобрать тебе мужа, — спокойно сказал он, словно не замечая моего бледного лица.

— Да, папа, — выдавила я из себя.

Совершенно некстати вспомнился Деймон, и тут же его место занял Учитель. "Даже не смей, Лори", — словно наяву услышала его тихий голос.

— На приёме у лорда Олбани я буду наблюдать за тобой, — предупредил папа. — Там будет много достойных молодых джентльменов.

Не знаю, как я высидела до конца завтрака. Окружающее было как в тумане, а мысли лихорадочно метались в голове. Что делать? У кого просить помощи?

— Да, кстати, я пригласил графа Монтеррея сегодня на обед, — папа решил добить меня окончательно. — Он, конечно, женат, но у него есть связи, и он может дать дельный совет.

Тут я не выдержала.

— Ещё не хватало от него советы выслушивать! — выкрикнув, я поднялась из-за стола и бегом поднялась к себе в комнату.

И пусть думают, что хотят! Слёзы душили, но я стиснула зубы и до боли сжала кулаки. После обеда снова ждали клиенты, и не хотелось предстать перед ними с красными, заплаканными глазами, тем более что кроме них они ничего больше не видели. Едва я захлопнула дверь, как раздался тихий стук.

— Лори, это я, — мама переступила порог и подошла к кровати. — Милая, наверное, это моя вина, я тебя слишком разбаловала. У тебя было больше свободы, чем у других девушек, и ты привыкла, что сама решаешь, как жить и что делать. Это немножко не так, — она ласково погладила меня по голове. — Есть обязательства, которые надо выполнять, если не хочешь стать изгоем в обществе. Например, замужество. Если с нами не дай бог что-нибудь случится, то твоим опекуном станет кто-то из лордов, назначенный королём, и отец очень боится, что этот человек просто подороже продаст тебя какому-нибудь не слишком достойному джентльмену в жёны, и ты всю жизнь будешь несчастна. Поэтому он настаивает на свадьбе. Так для всех будет лучше, Лори, доченька.