Стефани Блэйк - Греховные поцелуи

– Даже еврей? – лукаво спросил продюсер.

В фиалковых глазах Джильберты появился холодный блеск.

– Вы, наверное, знаете, что были времена, когда католик не мог стать президентом Соединенных Штатов. Но пришел Джон Кеннеди. Я абсолютно уверена, что еще до конца этого столетия в Овальном кабинете Белого дома будет сидеть еврей, а может, и негр.

Продюсер-еврей с победной улыбкой посмотрел на собеседников и спросил:

– Джентльмены, вы согласны с миссис Киллингтон? Сенатор, который, по слухам, был скрытым антисемитом, казался невозмутимым и без колебаний ответил:

– На все сто. Как известно, я сторонник сенатора Джавица. Будь этот энергичный еврей помоложе, думаю, он имел бы отличные шансы на выдвижение своей кандидатуры.

Продюсер улыбнулся еще шире и воскликнул:

– Черта с два вы так думаете!

Дискуссия была прервана появлением одного из помощников мэра.

– Извините меня, миссис Киллингтон, я хотел бы узнать, не пройдете ли вы со мной в кабинет мэра. Там ждут двое джентльменов, говорят, что им крайне необходимо переговорить с вами.

Джильберта нахмурилась:

– Кто они?

Помощник мэра, старательно избегая ее взгляда, ответил:

– Я полагаю, это полицейские, миссис Киллингтон.

– Полицейские? – в унисон отозвались Джильберта, Анита и Дженет.

У Джильберты бешено заколотилось сердце. Неужели они так скоро обнаружили Джулса? Нет, это невозможно! Тем не менее, она почувствовала, как на лбу выступили бисеринки холодного пота.

– Хорошо, – заставив себя улыбнуться, сказала она. – Я признаю, что сегодня утром я неосторожно переходила Пятую авеню. – Джильберта шутливо подняла руки. – Я послушно иду. Ведите меня, сэр... Извините, друзья. Надеюсь, это ненадолго.

Вслед за помощником мэра Джильберта вышла из гостиной и поинтересовалась:

– Серьезно, неужели вы не имеете ни малейшего представления о том, что им от меня нужно?

– Нет, мэм. Эти люди были не особенно разговорчивы. Ну, вот мы и пришли. – Он открыл дверь и пропустил ее вперед.

Когда Джильберта вошла, двое полицейских, куривших у окна, как по команде обернулись и пристально посмотрели на нее. Тот, что повыше ростом, был довольно интересным мужчиной: у него были темные густые волосы, карие глаза и строгие черты лица; под костюмом в полоску из льняной индийской ткани угадывалась атлетическая фигура. Он подошел к Джильберте:

– Миссис Киллингтон... Я – капитан Джордж Лаурентис из Нью-Йоркского городского департамента полиции. Отдел по расследованию убийств. – И протянул ей удостоверение личности.

«Отдел по расследованию убийств!» – молнией пронеслось в голове. Итак, она просчиталась, предполагая, что тело Джулса не обнаружат раньше чем в понедельник утром.

– Чем могу быть полезна, капитан?

– Вы знаете некоего Джулса Марстона, миссис Киллингтон?

«Вот оно, случилось, Джилли. Дело подходит к развязке. Настало время поставить на кон свою судьбу. Ну же, дерзай, игрок!»

Прижав руку к горлу и широко раскрыв глаза, Джильберта изумленно посмотрела на капитана.

– Подождите! Вы сказали, что вы из отдела по расследованию убийств?

– Мне повторить вопрос, миссис Киллингтон?

– Джулс Марстон? Конечно, я знаю его. Наш близкий друг – мой и моего мужа. А что такое? Что случилось? С ним произошло какое-то несчастье?

– Почему вы думаете, что с ним произошло несчастье? – Капитан Лаурентис не отрывал взгляда от ее лица.

Только сейчас Джильберта заметила, что второй полицейский, приземистый парень с невыразительной внешностью, встал слева от нее. Джильберта уже не старалась скрыть свою неподдельную тревогу.

– Джулс говорил моему мужу, что на этой неделе у него какие-то дела в Нью-Йорке. Он, правда, обещал во что бы то ни стало быть сегодня в ратуше на торжествах, но я его не видела, – объяснила Джильберта. Затем, проявив актерские способности, достойные Джоан Кроуфорд, она отшатнулась и с ужасом воскликнула: – Убийство!.. О нет, не может быть! Он не...

– К сожалению, это так. Мистер Марстон умер, и это не было несчастным случаем.

– Тогда как же это произошло? – задыхаясь, спросила Джильберта.

– Создается впечатление, что он покончил жизнь самоубийством.

Ее реакция была искренней и молниеносной, но не по той причине, о которой могли бы подумать полицейские.

– Самоубийство? – У Джильберты подкосились ноги, и она бы упала, если бы капитан Лаурентис не поддержал ее.

– Я думаю, вам лучше сесть, миссис Киллингтон. – С этими словами он подвел потрясенную женщину к креслу.

Все это время Джильберта продолжала качать головой и бормотать:

– Самоубийство... самоубийство... Джулс? Нет-нет, невозможно... невозможно...

И это было совершенно верно. Более того, подобная версия казалась абсолютно абсурдной! Мертвый человек с размозженным затылком! Или эти полицейские были законченными идиотами, или играли с ней в кошки-мышки.

Лаурентис прищурил глаза.

– Вы говорите с такой убежденностью, миссис Киллингтон.

– С абсолютной уверенностью! Джулс никогда бы не покончил жизнь самоубийством, – решительно отрезала Джильберта.

– Однако факты говорят сами за себя, – возразил капитан.

– Создается впечатление, что он разбился насмерть, прыгнув с крыши роскошной квартиры, находящейся на последнем этаже небоскреба, – ответил Лаурентис.

– Это пентхаус Милоша Алански, – объяснила Джильберта.

– Да. Вы знали, что он останавливался там? – спросил ее Лаурентис.

– Он обычно так и делал, когда приезжал в Нью-Йорк. Мой личный секретарь Анита Тэтчер передала мне, что вчера он звонил из квартиры Милоша и просил перезвонить. Я звонила ему сегодня днем по возвращении в город, но мне никто не ответил.

– Вернулись в город? – удивленно переспросил Лаурентис.

– Видите ли, я провела субботу в нашем летнем доме около Онеонты. Я работала над окончательным вариантом той самой речи, которую произнесла здесь несколько минут назад.

– Почему мистер Марстон не позвонил вам туда? – спросил Лаурентис.

– Мы с мужем не устанавливали там телефон. Это тихое место, куда мы удаляемся, когда хотим побыть в одиночестве. Там мы можем полностью изолироваться от внешнего мира и расслабиться, – объяснила Джильберта, умолчав о том, что Анита не имела ни малейшего представления о ее местонахождении.

Если повезет, эта деталь останется не известной благодаря более важному свидетельству.

– Что еще мистер Марстон сказал миссис Тэтчер, когда звонил? – невозмутимо продолжал свой допрос капитан.

– Спросите у самой миссис Тэтчер, она находится здесь, на приеме.

– Хорошо, я именно так и поступлю. – Он кивнул в сторону своего коллеги: – Это лейтенант Кавелли, миссис Киллингтон... Билл, пожалуйста, попроси мисс Тэтчер присоединиться к нам.