Барбара Хазард - Опасные хитрости

Герцог согласился в восторге от того, что он увидит Диану.

А леди Корнелия была очень довольна тем, что ей удалось заманить герцога для ее собственных целей.

Эта пара производила такое счастливое впечатление, наблюдая за катанием на льду озера.

– Как мило забавляются все эти дети, – сказала Корнелия, выглянув из окна кареты. – Там, кстати, с ними и Диана Трэвис. Да она сама еще совсем ребенок.

И Корнелия искоса посмотрела на герцога. Он улыбался, глядя на пары, которые грациозно кружились на льду.

Диана была одета в красное платье и шапочку в тон, а за ее спиной развевался длинный шарф.

Герцог слышал, как в кристально-чистом морозном воздухе раздается ее веселый смех. И вдруг он услышал страшный звук ломающегося льда.

Гарри оставил Диану, чтобы посоревноваться со своим братом, и она, не желая приближаться к тому месту, где стоял герцог, медленно катилась к другому берегу. Конечно, она не знала, что там лед еще очень слабый, потому что со дна всегда бьют не замерзающие даже в лютый мороз ключи. Через день или два лед стал бы и тут достаточно крепкий. Но сейчас он не выдержал ее. Диана не могла ничего сделать, она увидела, что соскальзывает прямо в образовавшуюся перед ней черную дыру.

Очутившись в воде, Диана вскрикнула и попыталась выбраться. В ужасе она поняла, что все ее попытки только усугубляют ее отчаянное положение. Лед еще больше обламывался. И она повернулась, чтобы позвать на помощь.

Роджер Мэйтлэнд, который раньше герцога услышал, как треснул лед, схватил большую ветку, валявшуюся на берегу, и устремился к Диане. Видя это, она перестала паниковать. Роджер протянул ей ветку, осторожно ступая по краю льда. Но Диана не была уверена, что сможет удержать ее замерзшими пальцами. У нее вообще почти не оставалось сил.

К счастью, Роджер Мэйтлэнд был достаточно силен. Уже через минуту он вызволил ее из воды и оттащил на безопасное расстояние от полыньи. Диана вся вздрагивала, слыша, как трещит лед.

Наконец они были в безопасном месте. Как странно, подумала Диана, на воздухе холоднее, чем в воде. И была счастлива, когда Роджер взял ее на руки и отнес на берег.

Герцог вскрикнул, увидев, как ушла под лед Диана, и тоже хотел броситься на помощь. Теперь он остановил коня и расстегнул свой теплый плащ.

– Давайте ее сюда! – приказал герцог властным голосом. – Чем быстрее мы отвезем ее в дом и снимем с нее мокрую одежду, тем лучше.

Роджер Мэтлэнд поспешил выполнить его указание, и одни сильные руки передали Диану в другие. Клэр прижал ее крепко к своей широкой груди, запахнул плащ и помчался галопом к дому.

– Заберите со льда этих двоих! – бросил он через плечо.

Но братья уже снимали с себя коньки на берегу. Грегори выглядел очень испуганным, чувствуя себя виноватым в том, что случилось, и в том, что он не послушался старших.

Подъехав к дому, герцог остановился и слез с коня, по-прежнему держа Диану в своих объятиях. Она вся тряслась от холода, но ей казалось, что находиться в руках герцога и чувствовать его заботу уже достаточно, чтобы быть счастливой.

Он взбежал с ней по ступенькам и громко заколотил в дверь.

– Откройте! – закричал он изо всех сил.

Дворецкий распахнул широко дверь. Герцог оттолкнул его в сторону, не теряя времени на объяснения, и побежал наверх.

– Пришлите к мисс Диане ее горничную и леди Стаффорд. Нам понадобятся одеяла, горячая вода и горячий чай – и побыстрее! Шевелитесь же! – приказывал он, прыгая через две ступеньки. – Где ваша комната, Диана?

Он заметил, что Диана уже почти не дышит, и ей трудно отвечать. Она прохрипела что-то, стуча зубами и показывая на дверь.

Герцог влетел в комнату, посадил Диану на кресло рядом с пылающим камином в гостиной, а затем подбросил в огонь полено. Только после этого он стянул с нее мокрые перчатки. Встав на колени, он снял с нее коньки, ботинки и чулки.

– Встаньте, – скомандовал он и, не дожидаясь, поднял ее и развязал длинный шарф на ее шее, сбросил шапочку.

Затем он стал расстегивать на Диане ее платье.

– Н… нн… нет, – сказала она и подняла одну свою озябшую руку.

Клэр продолжал расстегивать пуговицы на платье, не обращая внимания на ее протесты.

– Не глупите! Если не снять сейчас же мокрую одежду, вы можете очень серьезно заболеть. Не волнуйтесь. Не время смущаться и кокетничать. Стойте смирно!

Диана знала, что он совершенно прав, и все же она была рада, когда в комнату вбежала Бетти. Служанка принесла несколько полотенец и теплое ночное белье.

Герцог немедленно сдал свои позиции и видя, что Диана ни в какую не хочет раздеваться в его присутствии, поспешил выйти, бросив через плечо:

– Разденьте ее и хорошенько разотрите все тело, особенно руки и ноги, для того чтобы восстановить циркуляцию крови, и только потом уложите в постель.

Я позабочусь, чтобы прислали срочно бутылки с горячей водой и горячие напитки… Ах это вы, леди Стаффорд. Мисс Трэвис провалилась под лед, но я думаю, что с ней все будет в порядке.

Бетти уже снимала с Дианы последнюю мокрую одежду. Леди Стаффорд заботливо, по-матерински вытерла ее тело и помогла надеть теплое белье.

Служанки принесли горячий чай, бутылки с горячей водой и подбросили поленьев в камин. Наконец Диана легла под одеяла и, чувствуя, как приятное тепло разливается по всему телу, сразу крепко уснула.

В это время герцог Клэр нетерпеливо шагал по гостиной, ругая про себя весь персонал Стаффорд-Холла, который так беспечно относится к гостям и позволяет им участвовать в столь опасных мероприятиях.

В таком состоянии герцога и нашла леди Корнелия.

– Эй, Клэр, – сказала она, – совсем не обязательно так бегать по комнате. Может быть, вы хотите согреться? О, какой вы мокрый! Но должна вам сказать, что вы вели себя как герой, когда прижали этого ребенка к своей груди, сидя на коне. Прямо сцена из романа! – усмехнулась она. – Я приказала, чтобы вам подали бренди в награду. Сядьте и успокойтесь. Дети никогда не болеют после таких случаев, вы же знаете.

Герцог был вынужден сесть на стул, который ему указала Корнелия.

В это время дворецкий принес бренди на серебряном подносе. А герцог подумал, говорила бы так Корнелия, если бы сама провалилась под лед и чуть не замерзла. Но он тут же сказал себе, что леди Корнелия никогда бы такого не допустила и никогда не попала бы в подобную ситуацию. А даже если бы она и провалилась под лед, с ней бы ничего не случилось, потому что кровь в ее венах такой же, надо полагать, температуры, как и вода в озере. Он, правда, тут же подумал, что вряд ли это справедливо по отношению к ней. Но ему неприятны были ее слова. Она постоянно говорила о Диане как о «ребенке». И улыбнулся, вспомнив, как сам однажды дразнил этим словом Диану – совсем, впрочем, по другой причине.