Элизабет Торнтон - Погоня за призраком

И она указала кивком головы на троих джентльменов, стоявших возле застекленных дверей аудитории. Гвинет присмотрелась и узнала в них мужей своих подруг по библиотеке.

— Не правда ли, они выглядят внушительно с полицейскими дубинками у пояса? — сказала Джуди.

— Весьма внушительно.

— На то и расчет. Вряд ли какому-нибудь юнцу придет в голову связываться с ними.

Джуди выглядела совершенно спокойной, и Гвинет решила, что у нее тоже нет причин нервничать, во всяком случае, по поводу каких-то хулиганов. У нее для беспокойства были другие, куда более серьезные основания. Из головы у нее не шла позавчерашняя вечеринка в доме Сэквилла. В сегодняшней утренней газете было маленькое сообщение о том, что мистер Альберт Сэквилл обвиняется в том, что устроил в своем доме оргию. Полный отчет о происшествии должен появиться в следующем номере.

Из заметки Гвинет поняла, что в доме Сэквилла была полицейская облава, и порадовалась тому, что ей посчастливилось покинуть его буквально в последнюю минуту. Однако ее имя было упомянуто в списке гостей, и если он будет опубликован, это станет концом ее карьеры. Кто после этого приведет своих детей учиться музыке у женщины легкого поведения?

Женщина легкого поведения. Да, именно так ее и будут называть.

Она настолько погрузилась в свои мысли, что вздрогнула, когда Джуди коснулась ее руки.

— Я говорю, — повторила Джуди, — что мистер Ральф Уитли буквально не сводит с тебя глаз.

— Кто?

— Мистер Уитли, один из самых известных в городе адвокатов.

Гвинет посмотрела в ту сторону, куда указала глазами Джуди, и увидела человека, на вид которому можно было дать лет сорок. Он возился со своим зонтом. Их взгляды встретились, и он поспешно отвел глаза.

— Я никогда не видела его… — начала было Гвинет, и тут у нее перехватило дыхание при мысли о том, что он-то как раз мог видеть ее на той проклятой оргии.

— Что с тобой, Гвин? — спросила Джуди.

Гвинет посмотрела подруге прямо в лицо, обрамленное кудряшками. Оно было если и не красивым, то по крайней мере привлекательным. А вот глаза у Джуди были хороши — темно-синие, с огромными пушистыми ресницами. Глаза, в которых можно было читать, как в книге. Но сейчас они были озабоченными.

Джуди то и дело шокировала ее своими разговорами. Она отличалась необычным и, скажем прямо, несносным характером, постоянно насмехалась над всеми, кто слишком серьезно относился к чему-нибудь, и удивить ее чем-либо казалось просто невозможным. Но при этом у Джуди было доброе сердце, и Гвинет не могла припомнить случая, чтобы та отказала в помощи попавшему в беду человеку.

Гвинет только собиралась заговорить, тщательно подыскивая для этого слова, как из аудитории раздался гром аплодисментов. Это означало, что лекция закончилась и пришло время подавать чай.

— Расскажу позже, — сказала Гвинет.

Первым у стола, за которым разливала чай Гвинет, оказался именно тот человек, на которого указала ей Джуди, мистер Ральф Уитли. Он как-то странно посмотрел на Гвинет, и на душе у нее снова стало тревожно. Быть может, он и впрямь заметил ее на той оргии. А может быть, многие из пришедших сегодня в библиотеку узнали ее. Ведь Джесон ее узнал. Могли узнать и другие.

Джесон. О чем только она думала, когда позволила ему так целовать и так трогать себя? Правда, тогда ей казалось, что так и должно быть — объятия сильных рук, губы, прильнувшие к губам, тела, тянущиеся друг к другу…

От этих мыслей она отвлеклась только после того, как услышала свое имя. Это оказалась леди Октавия, прокладывавшая себе дорогу сквозь густую толпу. Статная, хорошо сохранившаяся в свои пятьдесят, леди Октавия признавала в одежде только два цвета — белый и черный. Сегодня она была в белом — счастливом, как она считала, платье. И то сказать, ведь буквально на днях ее дочь подарила ей внука, уже третьего по счету!

— Одна из наших посетительниц упала в обморок, — сказала леди Октавия, пробившись наконец к столику Гвинет. — Ее отвели в контору, и с ней сейчас Нора Холлидей. Однако Норе нужно идти. У нее, понимаешь ли… Впрочем, неважно. Скажи, Гвин, ты не могла бы помочь?

— Разумеется.

И Гвинет пошла в контору вслед за леди Октавией. Войдя внутрь и увидев бледную как мел молодую женщину, сидящую с закрытыми глазами в кресле, она тут же позабыла и о Джесоне, и о том злосчастном вечере в доме Сэквилла. Голова женщины была откинута назад, на спинку кресла, а все ее тело била дрожь.

— Она не хочет, чтобы вызвали доктора, — сказала Нора Холлидей. — Говорит, что сейчас это у нее пройдет. Я не могла оставить ее одну в таком состоянии.

— Да, да, конечно, — быстро ответила Гвинет. — Ты можешь идти, Нора, я присмотрю за этой леди, а если будет нужно, позову на помощь Джуди.

Леди Октавия с облегчением вздохнула.

— Спасибо тебе, Гвин. Я всегда знала, что на тебя можно положиться. Жены военных всегда мастерицы на все руки, — сказала она и добавила, обратившись к незнакомке: — Гвинет присмотрит за вами, пока я не вернусь, хорошо? Гвин, если понадобится бренди, бутылка здесь, в этом шкафу.

Когда они остались вдвоем, незнакомка сделала попытку подняться с кресла, но Гвинет удержала ее.

— Не делайте резких движений, дорогая. От этого вы можете снова потерять сознание. К тому же вы насквозь промокли! И наверняка промерзли до костей! Ничего, сейчас мы это поправим. Для начала давайте снимем пальто.

Женщина запахнула полы своего пальто и нерешительно проговорила:

— Нет-нет, не стоит.

— Как это не стоит, — мягко возразила Гвинет, так, словно разговаривала с ребенком. — Вот увидите, вам станет лучше.

После этого незнакомка покорно дала снять с себя промокшее насквозь пальто, которое Гвинет повесила на вешалку рядом со своим. Шляпка и зонтик гостьи остались лежать на стуле.

— Меня зовут Гвинет, а вас?

Незнакомка ответила так тихо, что ее пришлось переспросить.

— Скажите, Грейс, вы пришли одна или с кем-нибудь? С сестрой, например, или подругой? Есть здесь кто-нибудь, кто мог бы проводить вас до дома?

Грейс прикрыла глаза и отрицательно покачала головой.

Гвинет начала волноваться. Грейс по-прежнему била дрожь, а огонь в камине не был разведен, поскольку пользоваться конторой сегодня не собирались. Как же обогреть гостью?

Гвинет пощупала свое пальто. Она пришла в библиотеку давно, самой первой, и ее одежда уже успела просохнуть.

— Наденьте, вам сразу станет теплей, — сказала Гвинет, помогая Грейс надеть свое пальто. Затем она открыла шкаф, достала из него бутылку бренди и налила немного в стакан. — Выпейте, — приказала она и, опустившись возле кресла, буквально влила бренди в рот Грейс.