Аманда Квик - Двое в лунном свете

Конкордии подумалось, что она смогла бы быстро привыкнуть к роскоши такого рода.

Едва женщина взялась за ручку двери в ванную, как та резко распахнулась. Опешив, она замерла на месте, оглянувшись через плечо на приоткрытую дверь своей спальни, прикидывая, далеко ли бежать до нее.

Впрочем, на побег времени у нее не было. Из белокафельной ванной вышел Эмброуз. На нем был черный шелковый халате затейливой вышивкой. Его влажные волосы были взъерошены.

– Мистер Уэллс, – смущаясь, прошептала она.

Одной рукой Конкордия судорожно сжимала на груди полы халата, в другой она держала туалетные принадлежности. Ей было не по себе при мысли о том, что она, должно быть, выглядит как человек, только что вставший с постели.

Конечно, на самом деле так и было, но от этого она чувствовала себя еще хуже. К тому же ее до головокружения смущал тот факт, что под халатом на Эмброузе ничего не было. Правда, и на ней под халатом была всего лишь ночная сорочка.

Эмброуз наградил Конкордию медленной улыбкой, от которой по ее телу побежали мурашки.

– Вижу, вы ранняя пташка, мисс Глейд, – сказал он.

– М-да… Я думала, в доме еще все спят. Мне и в голову не пришло, что вы уже встали и пошли в ванную.

– Я тоже привык вставать рано, – заметил Эмброуз. – Похоже, у нас с вами есть кое-что общее.

Конкордия в замешательстве попятилась назад.

– Я вернусь попозже, – пролепетала она.

– Зачем же попозже? – удивился Эмброуз. – Ванная в вашем распоряжении.

– Ох, благодарю вас. – Конкордия заглянула через плечо Эмброуза в ванную, все еще наполненную паром, от нее шло приятное тепло. – Знаете, должна сказать, у вас очень хорошая ванная.

У Эмброуза дернулся уголок рта.

– Вы так считаете?

– Да, она мне очень нравится. – Конкордия не могла скрыть своего воодушевления. – Подумать только, такая современная, так хорошо оборудована. Даже душ с горячей водой есть!

Сунув руки в карманы, Эмброуз серьезно кивнул.

– Да-да, душ я тоже заметил, когда стоял под ним несколько минут назад, – с невозмутимым видом проговорил он.

Конкордия не просто покраснела – ее лицо стало пунцовым от смущения. Если бы только можно было спрятаться в каком-нибудь чулане! Она была готова отдать все на свете, чтобы исчезнуть с его глаз в этот момент.

– Вы, должно быть, принимаете меня за полную дурочку, – промолвила она. – Но все дело в том, что мне никогда не доводилось работать в доме со столь современным оборудованием.

– А вы здесь не работаете, мисс Глейд. – Взгляд Эмброуза ожесточился, морщинки в уголках глаз стали резче.

Казалось, его внезапно охватило раздражение.

– Вы гостья в этом доме.

– Что ж, с вашей стороны очень любезно говорить мне такие вещи, но мы с вами оба знаем, что ситуация весьма сомнительна, не говоря уже о том, что сейчас, когда хозяина в доме нет…

– Вовсе я не принимаю вас за дурочку, – перебил ее Эмброуз, словно не слыша последних слов. – Кстати, если вам вздумается принять душ, будьте осторожнее. Эта чертова штука вовсю плюется горячей и холодной водой. Я считаю, что вся эта душевая штуковина нуждается в существенном усовершенствовании, если уж вообще говорить о том, что душ может каким-то образом заменить хорошую ванну.

Конкордия откашлялась.

– Буду иметь в виду ваше предостережение, – сказала она. Повернувшись, Эмброуз направился к своей спальне.

– Как только покончите с мытьем в этой сверхсовременной ванной – чуде сантехнической мысли, спускайтесь вниз, – пригласил он. – Я буду ждать вас к завтраку, мне надо задать вам несколько вопросов.

– Что же вы хотели бы у меня узнать? – осторожно поинтересовалась Конкордия.

– Среди многих прочих вещей я был бы не против узнать кое-что и о вас самой, мисс Глейд, – ответил Уэллс. – Пока что вы представляете для меня загадку.

Сердце у нее упало.

– Какое отношение подробности о моей скромной персоне имеют к розыскам Александра Ларкина?

– Может быть, никакого. – Остановившись в дверях спальни, Эмброуз оглянулся на Конкордию. – Но среди моих многочисленных пороков есть и такой: если меня донимают какие-то вопросы, я не успокоюсь, пока не получу на них ответы.

Конкордия наградила его таким мрачным взглядом, какой мог бы угомонить целый класс расшалившихся девочек-подростков.

– Боюсь, вам теперь придется провести немало бессонных ночей, мистер Уэллс.

– Возможно, но это не представляется мне серьезной проблемой. – Эмброуз посмотрел на Конкордию с многозначительной улыбкой. – У меня почти никогда не возникало проблем с тем, чем бы, кроме сна, заняться ночью.

Уж в этом-то Конкордия не сомневалась ни на йоту. Чувствуя, что краска на ее лице стала еще гуще, она вошла в ванную и захлопнула за собой дверь.

Глава 9

Внизу, в комнате для завтраков, наслаждаясь тихим уединением, Эмброуз пил чай и, по обыкновению, читал газеты. При этом он с нетерпением и почему-то с некоторым раздражением ожидал Конкордию.

Мелочь, нелепость! Но почему-то Уэллса раздражало, что мисс Глейд чувствовала себя неловко в качестве гостьи в этом доме. Словно она вознамерилась как можно дольше сохранять дистанцию между ним и собой. Эмброуз стал вспоминать Конкордию такой, какой увидел всего несколько минут назад – в уютном халате, с растрепанными волосами и все еще розовыми после сна щеками. Его воображение не на шутку разыгралось – Эмброуз живо представил себе, как заключает ее в объятия и несет на руках в свою спальню.

Не трудно представить, как она отреагирует на предложение сыграть страстную интерлюдию в его комнате, усмехнувшись, подумал Эмброуз. Без сомнения, Конкордия и так чрезмерно осторожна с ним, и даже винить ее в этом нельзя.

Он не оставил мысли как следует надавить на Конкордию, чтобы выведать все ее секреты, когда через несколько минут она спустится вниз. Разумеется, она будет сопротивляться и постарается не посвящать его в свою частную жизнь, отчего их отношения станут еще более напряженными. Однако выхода у Эмброуза не было.

Конкордия немало времени провела в стенах замка, общаясь с работниками Ларкина. Так что, понимает мисс Глейд это или нет, но она является для него неоценимым источником информации, подумал Эмброуз, рассеянно листая страницы газет.

Собственно, эти слова он говорил себе с того самого мгновения, когда уселся на лошадь позади нее и вывел девочек из конюшни. Но уже тогда Уэллс знал, что лжет самому себе. Даже когда Эмброуз понял, что его план рухнул из-за Конкордии, он знал, что хочет получить от нее не только информацию.

К тому же ему было бы весьма приятно, если бы Конкордия рвалась к общению с ним с таким же энтузиазмом, с каким она мечтала попасть в эту чертову ванную.