Гейл Бак - Любовь к Люсинде

– Тибби, неужели ты можешь быть такой неразумной? Конечно, тебе необходимо лечь.

– Я не хочу раскисать. Это дурная привычка, к которой можно привыкнуть, – сказала мисс Блайт. Но эта суровая фраза потеряла всякий смысл, как только она разразилась чиханием.

– В таком случае я сама уложу тебя в постель. – Люсинда взяла бокал из рук мисс Блайт и отдала его горничной.

– Нельзя баловать себя! – чихая, протестовала мисс Блайт.

– Ты и не будешь. Но спорить со мной бесполезно, я уложу тебя в постель. Тебе станет лучше. – Люсинда беспощадно отбросила плед с колен мисс Блайт, затем подсунула свою руку под ее локоть, и приподняла подругу. – Пошли, Тибби. И не возражай.

Мисс Блайт рассмеялась.

– Ну хорошо. Вижу, что ты настроена решительно. – Она позволила довести себя до спальни и уложить в постель. – Завтра утром я буду совершенно здоровой, – пообещала компаньонка.

– Очень на это надеюсь, – ответила Люсинда. – Спокойной ночи, Тибби.

Мисс Блайт пробормотала что-то на прощанье, уже засыпая.

На следующее утро Люсинда поинтересовалась, как чувствует себя мисс Блайт. Ей ответили, что она еще не вставала. Люсинда решила навестить компаньонку. У мисс Блайт был жар и болела голова.

– Ты должна оставаться сегодня в постели, Тибби.

– Но мне нужно встать, Люсинда. Как ты сможешь принимать посетителей без компаньонки? И у меня есть дела. – Мисс Блайт раздраженно указала на одеяло. – Я хотела вернуть в Общественную библиотеку книги, а также купить ленты для вышивания.

Сидя рядом на краешке постели, Люсинда взяла ладони мисс Блайт в свои руки:

– Дорогая Тибби, я смогу сама принять посетителей, уверяю тебя! Я просто откажу тем, кого, я знаю, ты бы не одобрила. Что касается ленты, я сама закажу ее. Тебе нужно только дать мне образец.

– С какой стати я стану поручать тебе свои дела? – шмыгая носом, проговорила мисс Блайт.

– Надеюсь, что я не настолько высокомерна, чтобы мне нельзя было ничего поручить! Кроме того, мне полезно немного проветриться, – сказала Люсинда. – Я не позволю тебе выйти из дому, пока ты не выздоровеешь.

Мисс Блайт согласилась, но не хотела обременять Люсинду своими делами.

– Я не хочу тебя утруждать.

– У меня тоже есть дела в городе, так что я все равно поеду. Куда ты положила книги для обмена в библиотеке и нитки для вышивания? – улыбаясь, спросила Люсинда. Мисс Блайт опять пыталась было возразить, но Люсинда прервала ее:

– Ну полно, Тибби, я все равно поступлю по-своему.

Наконец-то мисс Блайт улыбнулась.

– Ты как упрямый ослик.

Мисс Блайт не могла не засмеяться, но снова сильно закашлялась. Она показала, где находятся книги и мотки для вышивания и проговорила:

– Благодарю тебя, дорогая.

– А теперь я оставляю тебя, чтобы ты отдохнула, Тибби, – проговорила Люсинда, направляясь к выходу.

Горничная открыла ей дверь. Люсинда остановилась в дверях, тихо обратившись к ней: – Немедленно сообщите мне, если состояние мисс Блайт ухудшится.

– Да, миледи. Я буду внимательно наблюдать, – пообещала горничная.

Люсинда вышла из комнаты, собираясь переодеться для поездки по магазинам. Ей стало грустно.

Люсинда впервые подумала о том, что ее дорогая мисс Блайт стареет, что она не сможет работать гувернанткой всю свою жизнь. Люсинда не желала, чтобы мисс Блайт пришлось бедствовать в старости.

Компаньонка наслаждалась жизнью в Лондоне. Казалось слишком жестоким вынуждать ее возвращаться к своей прежней работе, которая не могла обеспечить ей благополучную жизнь. Необходимо было найти какой-то выход из создавшейся для мисс Блайт ситуации. Однако Люсинде было хорошо известно, что ее подруга решительно отвергнет открытое предложение о помощи. Необходимо было все обдумать.

Люсинда пошла в спальню. Как только горничная узнала, что хозяйка едет в город, она предложила сопровождать ее. Но Люсинда отказалась от ее услуги.

– Я предоставила тебе свободный день, Мэдисон, и не собираюсь теперь это отменять.

– Но миледи, вам же нужен кто-то, кто носил бы покупки, – сказала Мэдисон, застегивая пуговицы дорожного платья Люсинды.

– Это может сделать Джон Коачмен, Мэдисон, к тому же покупок будет немного. Не стоит хмуриться: я уезжаю ненадолго, – улыбнулась Люсинда, вдевая руки в рукава теплой ротонды и застегивая ее. Она надела на голову бархатный капор и завязала ленты.

– Негоже выезжать одной, миледи, – попеняла напоследок Мэдисон, вручая хозяйке пару мягких лайковых перчаток.

Отвернувшись от зеркала, Люсинда рассмеялась и натянула перчатки.

– Ты теперь говоришь совсем как мисс Блайт. Кажется, сегодня утром я совершаю сплошь неподобающие поступки.

– Мисс Блайт – леди с отменным вкусом, и она хорошо знает, что подобает и что не подобает вам, миледи, – сурово отвечала Мэдисон.

– Кажется, ты намекаешь, что мне изменяет вкус и чувство приличия, Мэдисон? – проговорила Люсинда. Но горничная лишь фыркнула. Люсинда улыбнулась и вышла.

Одетая в модную ротонду и капор, в лайковых ботинках, с теплой муфтой и ридикюлем, Люсинда остановилась у парадной двери. Она приказала подать экипаж и стала спускаться по ступеням. За ней следовал лакей, неся книги для библиотеки и моток ниток мисс Блайт.

Кучер стоял, ожидая ее.

– Мне следует подождать вашу горничную, миледи? – спросил он.

Люсинда покачала годовой.

– Сегодня я буду одна. Я полностью полагаюсь на вашу помощь, Джон.

– Прекрасно, миледи.

Люсинда вышла яз Общественной библиотеки, неся две большие связки книг и одновременно пытаясь распутать завязки своего ридикюля.

Покидая сегодня дом, она была уверена, что справится со всем без помощи горничной. Ей нужно было только перенести несколько свертков из магазина в экипаж. Она не хотела, чтобы лакей ожидал ее, пока она была в библиотеке, поэтому она временно отпустила его.

Но теперь, когда у нее в руке была связка книг для мисс Блайт, и меньшая связка – для нее самой, она пожалела, что не взяла горничную. Кучер не желал оставлять лошадей на холодном ветру и предпринял небольшую прогулку. Она не увидела экипажа поблизости – значит, кучер отъехал на некоторое расстояние и нужно подождать, пока он вернется.

Одна из связок начала сползать, и Люсинда поспешно перехватила ее. Но как только она сделала это, завязки ридикюля вновь запутались, врезавшись ей в запястье.

– Вот досада!

Спускаясь по ступеням библиотеки, Люсинда сосредоточилась на завязках. Она не обращала внимания на прохожих. Налетевший пронзительный ветер загнул широкие поля ее капора. Люсинда инстинктивно схватилась за них, и тут меньшая из связок книг выпала. Люсинда вскрикнула и остановилась, намереваясь поднять книги.