Барбара Картленд - Мелодия сердца

Но поскольку Илуку очень заботила судьба мистера Арчера, она продолжила:

— Он не попросит за себя, но я знаю, вы очень влиятельный человек в обществе и могли бы помочь ему.

Граф скептически усмехнулся и сказал:

— Большинство молодых женщин в вашем положении хотят, чтобы я помогал им. Принял участие в их судьбе.

— Мне помощь не нужна, — заторопилась Илука.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Вы сейчас говорите как богиня или как молодая танцовщица, которую я пока еще не видел на сцене «Ковент-Гарден»? Кстати, очень престижное место, и вы могли бы выступать там. Оно куда завиднее, чем сцена королевского театра «Опимпик».

Илука молча подыскивала ответ.

Но граф не стал ждать:

— Я полагаю, в следующем сезоне вы намерены оставаться с мадам Вестрис. По, на мой взгляд, вы напрасно тратите время в качестве ее дублерши. Могу пообещать вам найти роль в более престижном театре, без сомнения, я вполне мог бы организовать вам ведущую роль.

— Вы очень добры, — ответила Илука. — По я не прощу вас помочь мне. А прошу помочь мистеру Арчеру.

— А почему это для вас настолько важно? Или поставлю вопрос иначе: почему вы так печетесь о нем?

В голове Илукй промелькнула мысль: он думает, что мистер Арчер ее родственник и она чем-то ему обязана.

Девушка не собиралась лгать, но и не хотела, чтобы Лэвенхэм понял, какую роль она играет в судьбе старика. Поколебавшись, она сказала:

— Я уверена, вам скучно говорить на эту тему, милорд давайте побеседуем о чем-нибудь поинтереснее.

— Поговорим о вас, — предложил он.

— А я бы предпочла о лошадях, особенно об Аполло. Каковы сейчас его успехи?

— А что вам известно о моих лошадях? Вы уже второй раз вспоминаете о них.

— Я знаю, как вам везет на скачках, — ответила Илука. — Помню вашу победу в дерби, когда Аполло оказался лучше всех, опередив соперника буквально на нос.

Отец очень подробно рассказал ей об этих замечательных скачках, самых потрясающих из тех, на которых ему довелось быть, говорил он.

— Мне было даже не жаль потерять свои деньги, хотя вряд ли я вправе себе такое позволить, — признался он матери. — Я хотел, чтобы выиграла самая лучшая лошадь. Но до последней секунды никто не знал, что произойдет.

— А я против того, чтобы ты терял деньги, дорогой, — ответила мать, — мы не можем позволить себе бросать их на ветер, проигрывать даже самую малость.

— А знаешь, сколько я потерял за день на скачках? — спросил отец. Мать покачала головой, и Илука увидела тревогу в ее красивых глазах.

— Нисколько! — расхохотался отец. — Я даже выиграл.

Он вынул пригоршню банкнот и монет и высыпал их на колени жене.

— Ты, конечно, не ожидала, — сказал он, — но на этот раз я вернулся к тебе победителем.

— О, дорогой, я так рада, — ответила миссис Кэмптон.

Отец рассмеялся, привлек ее к себе и обнял, забыв, что у нее на коленях деньги.

Монеты посыпались на пол, и Илука принялась их собирать.

Занимаясь этим, она думала: как здорово, когда отец выигрывает, как все они счастливы. И как несчастливы, когда проигрывает.

А вот граф — вечный победитель — наверняка не понимает, как тяжело проигравшим.

— Если вы не уедете завтра слишком рано, — сказан он, — а я бы просил вас этого не делать, — я , покажу вам Аполло.

— Так он здесь?

— Да, он здесь. Сегодня он снова участвовал в скачках с препятствиями и выиграл.

— О, я так рада; — воскликнула Илука. — Я бы очень хотела его увидеть!

Она говорила так взволнованно, что Лэвенхэм с любопытством посмотрел на нее.

Ей показалось, увидев Аполло, она как будто снова приблизится к отцу. Как в былые дни, когда он рассказывал ей о скачках.

— Вы согласились приехать сюда только потому, что у меня есть лошадь, которая вас интересует? — спросил граф. — Честно признаюсь, не ожидал увидеть столь талантливую и красивую актрису.

Он говорил так сухо и холодно, что его слова не воспринимались как комплимент.

Но вопрос был задан прямо, поэтому Илука искренне ответила на него.

— Соглашаясь поехать к вам с мистером Арчером, — объяснила девушка, — я еще не знала, что вы владелец Аполло. Когда он выиграл дерби, вас звали Хэмптон.

— Мне льстит, что вы интересовались моей персоной, — заметил граф. — Но не могу поверить, что вы так стары, чтобы помнить именно те скачки. И также не могу поверить, что я не заметил бы вас, если бы вы выступали хотя бы в одном лондонском театре.

— Да…

— Так сколько вам лет?

Илука не видела причин скрывать свой возраст и ответила:

— Мне только восемнадцать.

— А когда вы присоединились к труппе мадам Вестрис в «Олимпике»?

Илука стала быстро соображать, что ответить, но их беседу прервал один из гостей графа.

Гость был явно старше самого хозяина, Илука подумала: он, вероятно, средних лет. Лицо его покраснело, под глазами набухли мешки, весь вид его напоминал о разврате и показался Илуке отвратительным.

— Ты нечестно себя ведешь, Винсент, — заявил он, вставая рядом. — Как собака на сене. И если не исправишься, тебя ждет настоящая революция.

Граф улыбнулся.

— Сожалею, Жорж, но, думаю, меня нетрудно понять: я нахожу мадемуазель Илуку захватывающе интересной, и у меня нет никакого желания сдавать свои позиции и уступать место кому-то еще.

— Ну что ж, печально, очень печально, — покачал головой Жорж.

— Итак, — вздохнул граф, — мадемуазель, могу ли я представить вам лорда Марлоу, джентльмена, который примется так безудержно хвалить вас и осыпать комплиментами, что я советую вам все его сладкие речи посыпать солью.

Произнося это, граф встал с дивана, но, поскольку Илука не хотела разговаривать с совершенно пьяным, на ее взгляд, лордом Марлоу, она тоже поднялась:

— Надеюсь, милорд, вы не сочтетеза грубость, если я вас покину. Я действительно очень устала.

— А я не разрешаю, — заявил лорд Марлоу. — Я хочу говорить с вами, милая леди. И много-много всяких слов желаю прошептать в ваши миленькие маленькие ушки, и вы захотите их услышать.

Он потянулся к Илуке, желая прикоснуться к ней, но девушка, взглянув на графа, сказала:

— Я сейчас пожелаю спокойной ночи мистеру Арчеру, а потом пойду спать.

Она не стала дожидаться согласия графа или дальнейших слов лорда Марлоу, а быстро пошла через комнату, и ее походка была настолько грациозна, что все, мимо кого она проходила, провожали ее взглядом. Она подошла к роялю и остановилась. Д'Арси Арчер взглянул на девушку и убрал руки с клавиатуры.

— Я хочу пойти спать, — тихо сообщила Илука.

— Мне очень жаль, но они так настаивали, чтобы вы спустились, я ничего не мог поделать.