Одна ложь на двоих - Шарикова Мария

— Айрин? — невозмутимо произнёс Йен, взяв себя в руки. — Что вы тут делаете, mademoiselle? Разве вы не знаете, что находясь здесь, подвергаете риску свою репутацию?

— Я… Я хотела вас поблагодарить, — робко произнесла княжна, выйдя из тени, — вы спасли меня, а я не имела возможности выразить вам мою признательность!

— Ну а теперь, когда вы это сделали, полагаю, вам следует поторопиться, и вернуться в зал, mademoiselle — отвернувшись, произнёс герцог сдавленным голосом. Он чувствовал присутствие девушки каждой клеточкой тела.

Mademoiselle Болховская не сдвинулась с места, хотя в голове назойливой мухой мелькала мысль о безрассудстве подобного поведения.

Уставший бороться с собой, Йен обернулся и стремительно приблизившись, коснулся длинными пальцами её подбородка, заставляя заглянуть себе в глаза. То, что он увидел в бездонных ореховых очах, стало последней каплей.

Одним стремительным движением герцог привлёк Ирину к себе, а уже в следующий миг он коснулся чуть приоткрытых губ поцелуем, от которого у обоих перехватило дыхание. Его рот прижимался к девичьим устам, дерзко исследуя сладостные глубины, а руки лихорадочно метались по спине, бёдрами, прижимая всё ближе.

— Господи, что ты со мной делаешь?! — оторвавшись от манящих губ, прошептал Йен, пораженный пылким ответом девушки. Его одновременно интриговала и пугала такая отзывчивость к его ласкам, но сейчас он не был способен мыслить здраво, поэтому решил не заострять внимание на мелочах.

— Я люблю вас! — прошептала княжна, вызвав у герцога циничную усмешку. Девушка принимает за любовь обычную похоть, и Йен собирался ей это доказать.

Вновь протянув её к себе, он яростно впился в доверчиво распахнутые уста, а правая ладонь легла на грудь, вызывая не то всхлип, не то стон.

Ирина понимала, что переступает дозволенную черту, но ноги стали ватными, и если бы не сильная рука герцога, удерживающая её за талию, то она бы рухнула на землю.

— Шлюха! — послышался разъяренный голос маркиза совсем близко. — Князь, думаете, я женюсь на той, что открыто предлагает себя всем и каждому?

Джеймс в несколько шагов приблизился к ним и, смерив княжну презренным взглядом размахнулся, и ударил герцога в челюсть.

Потеряв опору, Ирина обхватила себя руками, ощутив, как сотни пар глаз обратились в их сторону.

Глава 20

Первый удар застал его врасплох. «Всё-таки возраст в драке имеет значение!» — невесело подумал Йен, сумев увернуться от кулака Джеймса, направленное в глаз. Герцог мог понять ярость сына, но впервые в жизни осознал, что желает нести вину за свой проступок. Цена сей ошибки будет очень велика, но, значит, так тому и быть! Ведь в итоге он всё равно получит княжну в свою постель, пусть и в роли законной супруги. При подобном количестве зрителей, собравшихся понаблюдать за ними через остекление веранды, ничего иного не оставалось, разве что позволить злым языкам уничтожить репутацию mademoiselle Болховской.

— Милорд, думаю вы понимаете, что я обязан защитить честь сестры и вызвать вас… — начал Алексей, приблизившись к застывшей, словно соленой столб Ирине, но Йен прервал его жестом руки.

— В этом нет необходимости, князь, — кратко произнёс герцог, заметив искаженное гневом лицо молодого человека, — я достану специальное разрешение на брак и как можно скорее женюсь на вашей сестре! А ты, Джеймс впредь выбирай выражения, говоря о будущей герцогине Хартлесс.

Маркиз ошеломленно посмотрел на родителя. Устроив подобную сцену, он ожидал чего угодно, только не такого поворота событий. Ему хотелось предстать перед князем и его семьёй благодетелем, который, несмотря на явные промахи Айрин, будет по-прежнему готов на ней жениться. И что же он получил в итоге?!

— Прошу прощения, ваша светлость, князь, mademoiselle, — произнес Джеймс, наигранно поклонившись, — у меня и в мыслях не было кого-то оскорблять.

Последний раз смерив бывшую невесту тяжелым взглядом, юноша поспешил прочь, не желая больше участвовать в подобном спектакле.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Милорд, вы меня успокоили, — сурово произнёс князь, дергая сестру за руку, как только маркиз скрылся из виду, — но это не значит, что у меня нет к вам вопросов. Жду вас завтра утром в особняке наших родственников.

— Очень хорошо, — поморщившись, отозвался герцог, потирая ударенный подбородок. У Джеймса был сильный удар, впрочем как и у самого Йена.

Он понимал, что должен подойти к княжне, успокоить её, но не стал этого делать, не давая той повод думать, что их связывает что-то большее, чем та самая похоть, о которой он думает с самого начала!

Толпа любопытных гостей Эштонов уже успела разойтись, но он не сомневался, что о случившемся ещё долго будут говорить в гостиных Лондона да и не только.

Полчаса спустя, сидя в тёмном экипаже, княжна нервно комкала складки своего наряда, боясь лишний раз пошевелиться. Ирина с трудом понимала реальность происходящего, и единственное, что подобно колокольному набату звенело в голове — Алексей очень рассержен, и лучше уж ей молчать, пока брат сам не пожелает заговорить с ней.

— Renie, что ты можешь сказать в своё оправдание? — отрывисто спросил Болховский, глядя на заплаканное личико сестры.

Он подозревал, что впечатлительная Ирина запуталась в сетях такого опытного соблазнителя, как герцог Хартлесс. Иного объяснения её поведению князь просто не видел!

— Я… Я не любила маркиза и думаю, ты прекрасно об этом знал, Алёша, — наконец заговорила княжна, — я собиралась попросить тебя расторгнуть помолвку, но разве теперь это имеет значение?

— Тебе повезло, что герцог согласен на тебе жениться, chere, — уже мягче произнёс Алексей, вспомнив о своём общении во всем поддерживать сестру, — а если бы он отказался, чтобы случилось с тобой тогда?

— Мы бы вернулись в Россию… — неуверенно начала Ирина.

— О, Господи, ты ещё совсем дитя, милая, — взяв ладони сестры в свои, промолвил князь, — думаешь, слухи о твоём падении не дошли бы до Петербурга?!

Алексей отметил, что даже во мраке экипажа, щёки Ирины запылали огнём.

— Прошу, Алекс, давай закончим этот разговор, — с мольбой произнесла mademoiselle Болховская, поспешно отняв ладони, — я поняла, что поступила опрометчиво…

— В том, что случилось, не только твоя вина, Renie, — нахмурившись, сказал Алексей, — твой будущий супруг тоже приложил к этому руку, но… Chere, неужели ты не знала о репутации герцога, оставаясь с ним наедине?

Ответить Ирина не успела. Экипаж резко остановился, и услужливый лакей распахнул перед девушкой дверцу, помогая выбраться наружу.

Алексей смотрел вслед сестре, которая постаралась поскорее войти в дом, чтобы избежать дальнейших вопросов.

— Сэр, — слегка покашливая, к нему приблизился паренёк лет пятнадцати, — меня просили передать вам это.

Мальчик вручил ему записку. Заинтригованный князь развернул бумагу и прочитал написанные изящным женским почерком слова.

«Приходите, я буду вас ждать. Оксфорд стрит 19.»

Молодой человек практически сразу догадался, кто прислал ему таинственное послание. Спасительница Ирины на балу у Блакфордов пленила его с первого взгляда, и последние несколько недель он оказывал молодой вдове знаки внимания, не ожидая, что их чувства окажутся взаимными.

Уже скоро он сидел в уютной гостиной леди Херст, ожидая прихода хозяйки. Вивиан не заставила себя долго ждать.

— Князь, вы пришли! — воскликнула молодая женщина с порога.

На вдове было довольно милое домашнее платье, что так разительно отличалось от её прежних бальных нарядов, делая её более юной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Я ваш покорный слуга, миледи, — вставая со своего места, произнёс Алексей, приблизившись.

— Наверное, вы находите мой поступок очень дерзким, но я должна вам сказать… — подняв на него небесно-голубые глаза, обромленые огромными ресницами, начала леди Херст, — то, что случилось с вашей сестрой… Вы не должны позволять ей становиться женой герцога. О нём ходят ужасные слухи, и я… Я лично была знакома с его светлостью и могу подтвердить, что слухи не лгут. А ваша сестра… Я полюбила её и желаю ей только добра!