Марджори Уорби - Любимый варвар

Когда они наконец вышли на улицу, Ева сказала:

— Я бы не стала поощрять эту женщину. Она становится чересчур назойливой.

— Что ты, Ева! — Оливия была разочарована. — Она мне нравится. Мне кажется, она забавная. Такая веселая и беззаботная. Я раньше никогда не встречала писателей.

— Она прежде всего школьная учительница, и потом она пишет не романы, а только маленькие книжонки о травах. Мне не хочется, чтобы она постоянно бегала к нам и надоедала своей болтовней. Она выводит меня из себя.

— Завтра она уезжает в Лондон, так что не волнуйся.

— Она же приедет сюда на летние каникулы, да еще будет приезжать на уик-энды.

Оливия понизила голос:

— Мы приближаемся к саду мисс Смит. Может быть, не будем обсуждать Мелиссу, пока не пройдем его.

Они не заметили никаких признаков мисс Смит у изгороди в саду, но проходя мимо калитки, увидели, что шторы в гостиной быстро задернулись.

— За нами наблюдают, — сказала Оливия.

— Эта деревня начинает действовать мне на нервы, — раздраженно заявила Ева. — Эта глупая слежка! Какими недалекими могут быть люди!

— Не стоит обращать внимания. Это выглядит даже забавным.

— Ну, я думаю, Джейк Хадсон был прав. Мисс Мейбл Смит действительно вмешивается не в свои дела, да и мисс Мелисса Симпсон не лучше. Нужно поставить их на место, Оливия. Мы не хотим иметь дело с этими пожилыми чудачками, поэтому не ходи с Мелиссой за травами. Это глупо.

Оливия попыталась объяснить свои намерения:

— Мне понравилось, что она сказала о пользе огромных просторов моря и неба для человеческой души. Я думаю, она была права. Когда мы были у залива, я поняла, что она имела в виду; моя душа как бы наполнилась умиротворением. — Она смущенно замолчала.

— Хорошо. Тогда мы можем опять поехать туда. Будем часто ездить. Только не надо приглашать эту энергичную классную даму.

— Но мне бы хотелось пойти с ней на поиски редких растений.

— Ты же в них ничего не понимаешь.

— Я могла бы научиться. Это было бы для меня увлекательным занятием.

Ева тут же смягчилась. Она легонько пожала руку Оливии.

— Конечно, тебе нужен какой-то новый интерес в жизни, дорогая, я это понимаю, но лучшее средство от душевных переживаний — другой мужчина, а лазание по болотам со старой девой не принесет никакой пользы.

— Это внесло бы некоторые перемены.

— Во что?

— Ну, я, конечно, люблю детей, а твоих особенно; однако иногда неплохо отдохнуть от них. Ты и сама говорила это.

Но Ева была в скверном настроении в тот день, и слова Оливии больно задели ее. Она помрачнела.

— Значит, тебе надоело помогать мне управляться с детьми, это так надо понимать?

— О Ева, конечно, нет! Я просто подумала, что было бы неплохо, если бы мы обе имели возможность хотя бы один день в неделю использовать как выходной.

— Понятно. Ты уже устала от такой жизни и жалеешь, что приехала сюда.

— Я этого не говорила.

— Но ты это имела в виду. Ну, а каково мне? Ты рассталась со своим парнем, а я — с мужем, что еще хуже. Ты еще не была замужем, поэтому ты не знаешь. Это — как потерять руку или ногу. Ты можешь найти себе нового возлюбленного, а моя жизнь будет пуста, пока не вернется Мартин.

Она так быстро пошла вперед, толкая перед собой коляску, что Оливии пришлось почти бежать, чтобы догнать ее.

— Ева... извини. Я думала, ты здесь совершенно счастлива, ты все время была такая веселая. Я и не представляла, что тебе так грустно. Теперь я понимаю, что ты сильно скучаешь по Мартину. Я эгоистично замкнулась в собственных переживаниях. Но с этого момента все будет по-другому. Я обещаю. Давай не будем ссориться, Ева. Все будет хорошо, вот увидишь.

Ева замедлила шаг. Дети убежали далеко вперед.

— Я веду себя глупо, — сказала она. — Почти все время я в полном порядке, но иногда у меня появляется желание все бросить, вскочить в первый же самолет и лететь к Мартину. Мне трудно жить здесь, где эти глупые старые девы постоянно подглядывают за мной, а в это время Мартин имеет возможность весело развлекаться со своими деловыми партнерами.

— А он, наверное, весь извелся, воображая, что все мужчины в деревне бегают за тобой.

Ева улыбнулась.

— Прости, что я была несправедлива к Мелиссе. Ревность, наверное. Мне было неприятно думать, что ты подружишься с ней, а про меня забудешь.

— Я этого никогда не сделаю, Ева. Я приехала сюда, чтобы составить тебе компанию, и помню об этом.

Оливия ругала себя за то, что не заметила одиночества Евы, и решила в будущем быть более внимательной и заботливой.

Они всегда были такими близкими подругами, что жизнь в одном доме не пугала их. Но теперь Оливия поняла, что не так-то просто жить в согласии даже с лучшей подругой. Здесь всегда надо идти на уступки, иначе твое дурное настроение отражается на тех, кто рядом, и вовсе не потому, что они в чем-то виноваты, а просто они первые подвернулись под руку. Оливия всегда считала, что у Евы в жизни есть все, о чем только можно мечтать. Однако оказалось, что и у нее есть свои надежды и разочарования, свои радости и печали, как у всех. Видимо, никто в этой жизни не может быть счастлив постоянно.

Когда они подошли к дверям Орчардхей, Мэнди и Стивен уже ждали там свою мать и Оливию. Ева стала ставить коляску с малышкой под деревьями, чтобы она могла спокойно поспать; в этот момент на крыльцо вышла Кристина Хадсон, чтобы пригласить их в дом.

Чаепитие началось в довольно приятной обстановке. Старая миссис Хадсон, задремав в кресле в гостиной, казалось, забыла о своем приглашении, но она тут же проснулась, когда они все вошли в комнату. Она велела Оливии сесть рядом с ней, Кристина стала разливать чай из прекрасного старинного чайника, а Ева усадила детей за специально приготовленный для них стол у окна.

— Дети не умеют держать чайные чашки в руках, — сказала Кристина. — Да и мужчины не лучше. Я думаю, поэтому Джейк и отправился в Карчестер, когда узнал, что бабушка пригласила гостей. Он сказал, что ему надо привезти мешок удобрений. Это, конечно, так, но он мог поехать за ним в другое время.

Она подала чашки Еве и Оливии, а третью поставила на маленький столик рядом со старой миссис Хадсон.

— Я положила тебе сахар, бабушка. Будь осторожна, чай горячий.

— Я не ребенок и не сумасшедшая, — обиженно заявила старая дама. И, повернувшись к Еве, сказала: — Я надеюсь, дорогая, когда вы доживете до моего возраста, ваши внуки будут относиться к вам с большим уважением.

Ева улыбнулась:

— Сомневаюсь. Мои дети весьма недисциплинированны, поэтому, я думаю, внуки будут еще хуже. Надеюсь лишь, что им не придется возиться со мной. Они все будут летать в космос и оставят в покое своих дедушек и бабушек.