Ронда Томпсон - Голубые фиалки

Грегори вздохнул. Виолетта нашла новую возможность сбить погоню со следа.

— Поклянись, что если мы дадим тебе денег, ты вернешься в Бунвилл и заплатишь той женщине!

— Вы кто — члены общества защиты шлюх? — удивился мужчина, но, поймав мрачный взгляд Виолетты, торопливо заверил: — Само собой, клянусь… Я не считаю, что совершил что-то дурное — подумаешь, поучил бабенку… Но раз вы говорите, я расплачусь с ней. Вообще-то я поначалу рассчитывал найти работу в Бунвилле…

Грегори спешился и подошел к незнакомцу.

— Я заберу твое оружие, — заявил он. — И запомни на будущее: не стоит обижать женщин. Если ты не доедешь до Бунвилла и не уладишь недоразумение со своей дамой, я сам за тебя возьмусь. Слово шерифа.

— Клянусь, я сделаю, как вы сказали. — Человечек перепугался. Его маленькие глазки моргали, и он явно чувствовал себя неуютно под пристальным взглядом того, кого считал представителем власти.

Тем временем Виолетта быстро приторочила сумки с деньгами к седлу Блейза, а пустые взяла себе. Грегори видел, что она чуть не плачет, глядя на жеребца. «Что ж, — подумал он, — мы знаем, где он, и попытаемся забрать его, когда будем возвращаться в Сент-Луис. Если когда-нибудь это произойдет». Клайн достал несколько банкнот и протянул бродяге:

— Здесь достаточно, чтобы уладить твою проблему с дамой, и еще останется на выпивку. Езжай и не забудь, что я тебе сказал.

Мужчина сел на Блейза и направил его в сторону Бунвилла. Грегори представил себе лицо шерифа, когда он услышит историю о двух представителях закона, наделивших бродягу деньгами, чтобы он мог расплатиться с проституткой… Но шериф получит деньги, украденные из банка, а для него это главное. Грегори испытывал досаду и разочарование, видя, как Блейз уносит на себе сумки с деньгами. Столько денег! И опять они уплыли из его рук! Потом он ощутил голодный спазм в желудке и вспомнил, что они собирались пообедать и, что более важно, Виолетта обещала рассказать ему о причинах своего не совсем обычного поведения.

Они доехали до ближайшей рощицы, свернули под сень деревьев и спешились. Виолетта достала из седельной сумки черствый хлеб и вяленое мясо.

— Теперь, когда мы решили проблему с деньгами, расскажи мне, за кого ты хотела заплатить выкуп? — осторожно поинтересовался Грегори, принимая из рук Виолетты нехитрую еду.

— За моего возлюбленного, — покраснев, ответила она.

— За кого? — Грегори чуть не подавился мясом.

— Я собиралась за него замуж. — Виолетта глубоко и печально вздохнула.

Та-ак. Это уже интересно. Денег у них нет. Значит, если она обручена, у него не будет возможности жениться на ней и войти в семью Трафтена. По правилам он и ухаживать за ней теперь не должен… Хотя когда это он соблюдал правила?

Грегори отмахнулся от неприятных мыслей и решил узнать у Виолетты, что представляет собой этот человек.

— А почему за него надо платить выкуп?

Она опустила голову и прикусила губу. Грегори не мог оторвать от нее взгляд. Он бы сам с удовольствием покусал эти губки — очень-очень нежно.

Вздохнув, Виолетта начала рассказывать:

— Майлз не одобрил моего выбора. Поэтому, когда дело дошло до выкупа, я не могла попросить у него денег. Он с готовностью предоставил бы беднягу его несчастной судьбе и только радовался бы, что он… Тип навсегда исчез из моей жизни.

Тип? От Грегори не ускользнуло, что она споткнулась на этом имени. И что это за имя такое? Скорее похоже на кличку собаки или лошади.

— А у кого ты собралась выкупать… Типа?

— У преступников.

— У кого? — Грегори не верил своим ушам. — Ты хотела договориться с людьми, объявленными вне закона?

— До того как мы встретились в Сент-Луисе, Тип водился с дурной компанией, — продолжала Виолетта не моргнув глазом. — Но он очень хотел начать новую жизнь. Он поехал в Канзас, чтобы сказать членам своей банды, что собирается уйти от них и жить честно. Он рассказал им обо мне, но сделал ошибку, упомянув, что мой дядя — богатый человек. Они схватили его и теперь угрожают убить, если я не соглашусь заплатить выкуп.

Может, это и есть то неблагополучное прошлое, о котором упоминал Майлз? Помнится, он говорил, что девушку видели в компании сомнительного человека. Может, это и был Тип? Неужели он, Грегори Клайн, рисковал своей жизнью и свободой ради спасения какого-то отщепенца, который задумал жениться на богатой девушке и пролезть с ее помощью в респектабельную семью?

— Майлз был абсолютно прав, — сухо произнес он. — Ты не должна связывать свою жизнь с недостойным человеком.

— Я его люблю! — воскликнула Виолетта, и Грегори показалось, что прозвучало это несколько фальшиво. — И я сделаю все, чтобы спасти ему жизнь. Я прекрасно знала, что Майлз и пальцем не шевельнет, чтобы спасти Типа. Да и мне не хотелось втягивать дядю в это опасное дело.

Но Грегори ей не верил.

— Майлз говорил, что ты боишься мужчин. Даже его ты сначала боялась. — И уж точно она чувствовала себя не в своей тарелке с ним самим.

— Ну… это потому, что мне не нравились мужчины, которых он предлагал мне в мужья… Я… мне нравятся неистовые. — Выдав это заявление, Виолетта вздернула подбородок, ожидая возражений.

Грегори задумчиво разглядывал ее. Он не мог вообразить Виолетту рядом с преступником. И поцелуи ее были поцелуями невинной девушки, которую никто никогда не ласкал. Неожиданно в голову ему пришла мысль, которая объясняла многое. Должно быть, она влюбилась в человека ниже себя по происхождению. Такое уже случалось и прежде. Своего рода протест против условностей и строгого воспитания. Лайла, дочь Майлза, тоже вышла за человека низкого происхождения, чье положение в обществе нельзя было сравнить с ее собственным. Грейди Финч был ковбоем, но, слава Богу, не преступником. И почему только девушкам из приличных семей очень нравятся вовсе не подходящие мужчины?

Сам Грегори тоже не был ангелом, и его положение было весьма шатким. Но пожалуй, по сравнению с этим бандитом он окажется вполне желанным кандидатом в мужья для родственницы Майлза.

— Я отвезу тебя домой. Ты выйдешь замуж за порядочного человека и скоро поймешь, как я был прав, не позволив тебе наделать глупостей.

Виолетта поднялась. Щеки ее пылали.

— Глупостей?! Позвольте вам кое-что объяснить, мистер Клайн. Никто — ни ты, ни Майлз, никто другой — никогда не будет указывать мне, что я должна и чего не должна делать. Никогда! Поэтому просто оставь меня в покое и возвращайся в Сент-Луис.

Она бросилась к своей лошади, засунула остатки припасов в сумку и, вскочив в седло, поскакала прочь. Некоторое время Грегори сидел неподвижно, взвешивая возможные варианты. У нее нет денег, которые он мог бы украсть. Она заявила, что любит другого человека, да еще преступника. Так что единственная возможность получить хоть что-нибудь — это доставить ее домой. Но она явно не собирается возвращаться. И что прикажете делать — тащить ее силой? Но с этой женщиной такой номер не пройдет — она просто пристрелит его, и все.