Мэйдлин Брент - Превратности судьбы

Я ошеломленно смотрела на него. И, хотя в камере было холодно, щеки мои горели. Я решила, что он надо мной смеется. Но в его взгляде не было и намека на насмешку. В голове же у меня была полная неразбериха. У меня возникла сразу дюжина вопросов, и мне хотелось задать их все сразу. Я выбрала самый глупый и, заикаясь, спросила:

— Но… разве можно пожениться в тюрьме?

Сидя на корточках у решетки и все еще держа мои руки в своих, Николас Сэбин криво улыбнулся.

— Я знаю, что это необычное предложение, Люси, но закон не запрещает жениться в тюрьме.

У меня голова шла кругом. Я спросила:

— Но почему, мистер Сэбин? Я хочу сказать, почему английский джентльмен, такой как вы, хочет жениться на девушке, которую он встретил в тюрьме и о которой ничего не знает. Почему?

— Мне кажется, я многое о тебе узнал, Люси Уэринг, — задумчиво сказал он. — Но, действительно, не в этом дело. У меня есть кое-что, и, если бы у меня была жена, она бы получила это в наследство. В противном случае, моим наследником может оказаться тот, кого я считаю своим врагом. Я бы все отдал, чтобы этого не произошло.

Мне было трудно собраться с мыслями.

— Но ваша жена сможет получить наследство, лишь когда вы умрете. И даже если… если я соглашусь, я не уверена, что мистер Тэттерсолл согласится прийти сюда и поженить нас. Нужно объявление о предстоящем браке и… и все такое, — запинаясь, закончила я.

— В такой стране, как эта, у него есть разрешение на отступление от правил, и он может действовать по своему усмотрению в случае крайней необходимости. Он может поженить нас по специальному разрешению.

— Мне кажется, что для него это не будет крайней необходимостью, мистер Сэбин. Он скажет, что вы должны подождать, пока вас выпустят из тюрьмы.

Николас Сэбин помолчал, словно не решаясь говорить, а затем сказал извиняющимся тоном:

— Дело в том, Люси, что меня не выпустят. Этот брак продлится, в лучшем случае, двадцать четыре часа.

Я подпрыгнула от ужаса. До меня, наконец, дошло значение его слов.

— Вот почему вы хотите, чтобы ваша жена получила наследство? — прошептала я. — Потому что вас… вас казнят?

— Спокойно, Люси, — он крепко сжал мои руки, словно пытаясь унять дрожь. — Боюсь, что это правда. Видишь ли, несколько дней назад я совершил грубую ошибку, хотя тогда я этого не знал. Я кое-что искал. То, что было спрятано много лет назад. Я думал, что ищу в маленьком храме, а это оказался склеп.

Я уставилась на него, почувствовав, как кровь отхлынула от лица.

— Но ничего не может быть хуже, мистер Сэбин! Это осквернение могилы! Китайцы боготворят своих предков, и их могилы — священны!

— Я так и понял. Солдаты очень доходчиво мне объяснили.

— Солдаты?

— Этот склеп стоит на вершине холма к югу от города, совсем рядом. Солдаты меня там и схватили.

— Может быть, это склеп бедной семьи? — торопливо спросила я. — Если они очень бедны и если вы хорошо заплатите мандарину Хуанг Кунгу…

— В этом-то все и дело, — улыбнувшись, перебил он меня и покачал головой, словно насмехаясь над самим собой. — Оказалось, что это фамильный склеп Хуанг Кунга. Как тебе это понравится?

Я вздрогнула и подумала, уж не сумасшедший ли он. Разве можно так легко говорить о том, что произошло? Я вдруг вспомнила мисс Протеро. Она иногда рассказывала об англичанах очень странные вещи. Они могут совершать безрассудные поступки ради спортивного интереса или пари и считают дурным тоном слишком серьезно относиться к опасности. Когда я смогла наконец соображать, я сказала:

— Вы должны обратиться к вашему послу в Пекине, мистер Сэбин. Он может подать прошение императрице, и, если она запретит мандарину Хуанг Кунгу причинять вам зло, вас освободят.

— Не получится, Люси. Он сказал, что не собирается рисковать своей шеей и публично казнить иностранца. Меня убьют разбойники. Такой будет официальная версия, — Николас Сэбин говорил спокойно, как будто думал о чем-то другом.

Прежде чем я успела что-то ответить, в коридоре послышались шаги, мы встали, и появился доктор Ленгдон. У него был усталый вид, но он улыбался. Надзиратель рядом позвякивал ключами, утратив сердитое выражение и что-то вежливо нашептывая. Несколько золотых монет чудесным образом его преобразили.

— Все хорошо, — сказал доктор и вздохнул с облегчением. — Ты свободна, Люси. — Он подошел к решетке, чтобы лучше видеть обитателя камеры: — Не знаю, как вас благодарить, молодой человек.

— Я объяснил Люси, как она может отблагодарить меня, — спокойно сказал Николас Сэбин. — У вас есть время, чтобы обсудить мое предложение, доктор?

Доктор Ленгдон был озадачен. Он пожал плечами и сказал:

— Конечно.

Надзиратель открыл дверь моей камеры. Я вышла и обратилась к нему по-китайски:

— Не могли бы вы оказать нам неоценимую услугу и позволить поговорить с этим несчастным узником всего несколько минут, уважаемый господин?

Я полагаю, он получил целый соверен, потому что улыбнулся и ответил:

— Сколько вашей душе угодно. Но разговоры ему не помогут. Все золото Ченгфу не спасет этого несчастного. Он нанес оскорбление благородным предкам Хуанг Кунга. — Тюремщик провел рукой по своей шее и загоготал, потом повернулся и пошел по коридору прочь.

Доктор Ленгдон спросил:

— Что все это значит, Люси?

Я подошла к нему: он стоял у двери камеры Николаса Сэбина. Я терла лоб, стараясь подыскать простые слова для объяснения. Я чувствовала, как на меня наваливается усталость и все вокруг становится похожим на сон.

— Этот джентльмен хочет, чтобы сегодня я вышла за него замуж, — сказала я.

Доктор Ленгдон заморгал, посмотрел на Николаса Сэбина и спросил:

— Вы — ненормальный?

— Нет, доктор. Все довольно просто. Мне осталось прожить что-то около суток, и у меня есть очень важная причина личного характера, чтобы до смерти вступить в законный брак. На данный момент Люси — единственная кандидатура, но я готов обсудить другие предложения, если таковые имеются.

— Осталось прожить сутки? — проговорил медленно доктор Ленгдон. — Вы не могли бы объяснить поподробнее?

В нескольких предложениях Николас Сэбин повторил историю, которую я только что узнала. Когда он рассказал, как осквернил склеп с останками предков Хуанг Кунга, доктор Ленгдон вздрогнул и сокрушенно покачал головой.

— Господи! Мальчик мой, — наконец сказал он, — вы не найдете себе злейшего врага во всем Китае. Хуанг Кунг ненавидит нас.

— Он дал мне это понять. С наслаждением рассказал о подробностях предстоящего мне переселения в мир иной, — спокойно сказал Николас Сэбин. — Ничего нельзя изменить, поэтому давайте не будем терять времени. Я хочу жениться на Люси сегодня. Вы можете это организовать?