Бобби Смит - Лестное предложение

— Непостижимо! — потрясенно выдохнула она. Ей, которая в жизни не видела ни единого отпечатка ноги, казалось невероятным, что он может рассказать так много о человеке, оставившем его.

— Они проходили тут прошлой ночью.

— Как вы это узнали? — Шери принялась лихорадочно зарисовывать след, стараясь одновременно не упустить ничего из того, что говорил Бренд.

— Из-за цвета травы. Ее смяли часа три-четыре назад, так что они намного нас опередили.

— Это хорошо?

Бренд задумчиво уставился куда-то вдаль:

— Поскольку мы не гонимся за ними, то… хорошо.

— Вы упоминали, что апачи вас вырастили… дали вам эти знания, — нерешительно пробормотала она. — Неужели теперь вы не испытываете угрызений совести, когда выслеживаете соплеменников вашего отца?

Что-то дрогнуло в лице разведчика, и оно омрачилось. Он бросил на Шери короткий взгляд:

— Я убиваю только грабителей и убийц. И апачи, которые ни во что не ставят человеческую жизнь, чужие мне!

— Тогда кого же вы считаете своими? — наивно спросила Шери.

Прежде чем он успел ответить, к ним подъехали лейтенант и О'Тул.

— Все в порядке? — спросил Лонг. Он уже заметил, с каким мрачным видом Бренд вглядывался в землю, и ломал голову, что же тот обнаружил.

Бренд окинул взглядом обоих мужчин и коротко кивнул в сторону отпечатка в пыли:

— Взгляните!

О'Тул, в свою очередь, опустился на колени. Поднялся сержант мрачным и встревоженным.

— Прошло уже несколько часов, — буркнул он, озираясь по сторонам.

— Ерунда. Мы скоро вернемся, — отмахнулся лейтенант. Втайне он был даже рад, что в окрестностях появились апачи. Если не поддаться панике, то в глазах Шери он будет неотразим.

— Что-нибудь случилось? — спросил Чарлз, подъехавший к ним вместе с Морин.

— Ничего особенного. Просто прошлой ночью здесь останавливались апачи. Правда, более свежих следов нет. Но все равно нам следует быть начеку.

Пока мужчины переговаривались, Шери подошла к Морин:

— Наш разведчик только что объяснил мне, как читать следы!

— И ты что-нибудь поняла? Ну, чтобы описать это потом в своем романе?

— Конечно! — с гордым видом кивнула она и, понизив голос, спросила: — Можешь оказать мне одну услугу?

— Само собой, — ответила Морин. — А в чем дело?

— Постарайся держать лейтенанта при себе, ладно? А то стоит мне только разговориться с Брендом, как он тут как тут!

— Да, я уже заметила. — Морин с усмешкой взглянула в ту сторону, где виднелась высокая фигура лейтенанта.

Лонг совещался со своими разведчиками.

— Жаль разочаровывать его, но ведь он, к несчастью, не метис-следопыт.

— Так возьми другого героя, вот и все! А уж иметь дело с лейтенантом куда проще, чем с твоим следопытом! — хихикнула Морин, прекрасно зная, что кузина начинает тихо ненавидеть навязчивого офицера.

— Ни за что. Даже и не мечтай!

— Я только хотела помочь!

— Ну, если ты и в самом деле хочешь помочь, так займи его разговором. Задавай ему вопросы, кокетничай с ним, делай что хочешь. Но мне нужно время, чтобы побыть с Брендом наедине, понять его, выяснить, что он за человек.

— Я постараюсь.

— Спасибо. Я всегда знала, что могу на тебя положиться.

— Если не на меня, так на кого же, верно?

— Конечно!

К ним присоединился Чарлз:

— И что вы теперь думаете о нашей вылазке? Обнаружили что-то увлекательное и собираетесь использовать это в романе?

— И сколько! Бренд как раз объяснял мне, как читать следы. Ничего подобного я даже представить себе не могла!

— Рад, что вы довольны. Лонг как раз предложил проехать вперед еще немного и где-то через час сделать привал и перекусить. Ну как, выдержите еще пару миль в седле?

— Сегодня я готова и не к таким испытаниям! — С лукавой усмешкой писательница спрятала блокнот и карандаш в сумку и подошла к лошади.

Когда все уже сидели в седлах, готовые по первому сигналу тронуться в путь, Шери ухитрилась снова оказаться рядом с Брендом.

— Прошу вас, расскажите, как вам удалось спасти миссис Гарднер? Откуда вы обо всем узнали? Долго ли вы разыскивали ее? И если апачи такие кровожадные, почему же они не убили ее?

Бренд повернулся и взглянул на нее. Они бок о бок ехали по тропе.

— Вам когда-нибудь доводилось слышать такое слово «пытка»?

Девушка слегка побледнела.

— Неужели к тому времени, как вы подоспели, они уже начали пытать ее? — Голос писательницы слегка дрогнул.

— Нет, но к этому все и шло. Эта шайка обожает подобные штучки.

— И что бы они с ней сделали?

Ну что ж, пусть послушает, решил Бренд, особого вреда от этого не будет. Хотя и не дело, когда женщина интересуется такими вещами. А попугать ее немного было бы неплохо!

— Есть у них одна шутка — пускать в несчастную жертву стрелу за стрелой, так что человек становится похожим на дикобраза. Но при этом ни один жизненно важный орган не бывает задет! Я знал одного несчастного, в которого попало больше сотни стрел, а он все жил и жил. И только насытившись зрелищем его мук, индейцы положили конец этим мучениям. Есть штучки похуже: в жаркий полдень укладывать людей нагишом на вершину термитника, предварительно вырезав у них веки.

У Шери вырвался глухой крик.

— Какая изобретательность, и все ради того, чтобы причинить страдания!

— Предоставлю вам самой догадаться, что именно они приберегают для женщин… — Разведчик проговорил фразу устало, безжизненно.

— Тогда как вам удалось успеть вовремя? — спросила девушка в порыве сострадания.

— На первый взгляд ей не причинили особого вреда. Но я не уверен, повезло ли ей на самом деле. Может быть, она уже успела пожалеть, что не умерла.

— Что вы говорите? — ахнула Шсри.

Лицо Бренда потемнело.

— К тому времени когда я подоспел…

— Но я поняла, что они еще не начали пытать ее…

— Пытки бывают разные, леди. И пытать можно не только человеческую плоть. К тому времени когда я подоспел на помощь, женщина успела многое увидеть. Слишком многое. Не думаю, что она когда-нибудь станет прежней.

— Вы хотите сказать… вы имеете в виду то, что пережила миссис Гарднер, когда апачи захватили дилижанс?

Он сухо кивнул:

— Вам когда-нибудь доводилось слышать или видеть собственными глазами, что они оставляют после себя?

— Нет!.. — испуганным голосом пролепетала она.

— Мужчин, прежде чем прикончить, уродуют до неузнаваемости, а женщин…

— Что?.. — прошептала она едва слышно.

— После того, что выпадает на их долю, смерть кажется им избавлением. — Бренд намеренно старался не щадить ее, надеясь, что ужасные подробности заставят ее отказаться от своих планов и писательница поспешит уехать к себе, на восток.