Розанна Битнер - Рассвет судьбы

Тома охватила жгучая волна желания. Как она была соблазнительна в этом ночном одеянии и с длинными, распущенными волосами! Он знал, что под просторным халатом у Хуаниты ночная рубашка, а под ней… Никогда он еще не был так взволнован – даже с Бесс. У него были другие женщины, но такое щемящее, восхитительное чувство он испытывал впервые.

– Я знаю, что поступаю плохо, находясь здесь, но так трудно поговорить с вами наедине, сеньор Сакс, – едва слышно проговорила она. – Я только хотела сказать, как я горда и счастлива за вас. Я имею в виду черного жеребца. И я хотела сказать, что сожалею о смерти вашей жены и надеюсь, что вы опять будете счастливы.

Их глаза встретились. Он понял истинную причину ее прихода. Девушка намекала ему, что он ей нравится и она с радостью встречалась бы с ним, если отец ей позволит.

– Вам не следует здесь находиться, – мягко сказал он и взял ее руки в свои. – Вы – прекрасны и добры, но если вас здесь застанут…

Хуанита смотрела на него широко распахнутыми глазами, губы ее дрожали.

– Я знаю. Я только хотела… – Внезапно ее глаза наполнились слезами. – О, я поступила очень плохо.

Она всхлипнула.

– Нет, – прошептал Том. – Все в порядке. Как бы он хотел отнести ее на кровать!

– Если я… если есть способ, чтобы я мог с вами видеться, вы согласны, сеньорита Гальвес? – он всячески хотел показать ей, что не потерял к ней уважения, он знал, что она и понятия не имеет о тех мыслях, которые были у него в голове.

Хуанита улыбнулась.

– Да.

Том наклонился и поцеловал ее в лоб.

– Тогда вы должны дать мне немного времени и быть терпеливой. А теперь уходите, – прошептал он, выпроваживая ее.

Перед тем как уйти, она еще раз взглянула на него и смахнула слезу. Том подмигнул ей и улыбнулся. Хуанита выскользнула за дверь и исчезла, словно привидение, а Том закрыл за ней дверь, чувствуя, что его тело горит огнем. Вряд ли ему удастся заснуть этой ночью. Да, он не сомневался в том, что ночь придется провести без сна.

ГЛАВА 5

Зима в Колорадо была суровой. После изнуряющей жары летом было тяжело переносить низкие температуры. Июнь 1846 года принес долгожданное тепло, и это стало огромным облегчением для Калеба, который очень переживал за жену. Ближе к весне Сара тяжело заболела пневмонией и неделями не вставала с постели. Она и теперь все еще была слаба, кроме того, переживала за дочь, у которой зимой случился выкидыш.

Линде очень хотелось родить Джессу еще одного ребенка, но ее преследовали неудачи: из пяти беременностей это был третий выкидыш. Если бы не суровая зима, Линда, возможно, смогла бы сохранить ребенка, но, увы, все сложилось не в ее пользу.

И вот теперь целыми днями ярко светило солнце. Сара немного окрепла, а Линда, хоть и оправилась физически, но все еще глубоко переживала утрату.

Калеб опять подумал о письме, которое они получили сегодня от Тома. Прошел почти год с тех пор, как он в Калифорнии, но снега сделали горы непроходимыми, и весточки от Тома дошли только сейчас. Том так красочно описывал Калифорнию и ее благодатный климат, что Калеб стал подумывать о том, чтобы перебраться туда. Для Сары это будет спасением, она сможет поправить свое здоровье, а Калеб окажется рядом с сыном, по которому очень скучает.

Тон письма был очень жизнерадостным, а то, как Том описывал донну Хуаниту Розанну Гальвес де Сонома, говорило о том, что он влюблен в нее. Но все же девушка еще слишком молода, и они практически не могут встречаться наедине. Калеб надеялся, что Том найдет способ отстоять свою любовь, ведь ему так нужна женщина – жена, мать его детей.

Где-то вдали послышался крик совы. Ночь была теплой и тихой, и Джеймс так и уснул за книгой на своем чердачке. Сара лежала в кровати, перечитывая письмо Тома.

– Калеб, мне кажется, что он влюблен, – сказала она. – Не правда ли, это чудесно? И как здорово, что он приручил этого жеребца. Как бы я хотела, чтобы мы это видели! Судя по письму, Калифорния очень красива.

– Да. – Калеб быстро разделся и нырнул под легкое одеяло. Он взял письмо из рук Сары. – Красива. И если здесь у нас ничего не получится, то стоит подумать о том, чтобы перебраться туда.

Сара удивленно посмотрела на него.

– Калеб! Проделать весь путь до Калифорнии? Муж погладил ее рыжевато-золотистые волосы.

– А почему бы и нет? – он поцеловал ее в лоб. – Не беспокойся. Я буду заботиться о тебе и постараюсь облегчить путешествие.

Сара нахмурилась.

– Я за себя не беспокоюсь. Но ты только начал здесь обживаться, и это земля, которую ты любишь. Калифорния не для тебя.

Калеб нежно провел пальцем по ее губам. Его голубые глаза светились любовью.

– Для меня хороша та земля, которая больше всего подходит тебе.

– Ты убегаешь, Калеб, убегаешь от того, чего действительно хочешь.

– Я думаю только о тебе. Ведь тебе так тяжело приходится зимой. Кроме того, здесь я не уверен в завтрашнем дне. Сможем ли мы заработать денег через год, через два? Судя по письму Тома, Калифорния – превосходное место для разведения лошадей. Добавь к этому постоянное солнце, которое так необходимо для твоего здоровья. Все же стоит подумать об этом.

– Здесь тоже много солнца.

– Но зимой здесь слишком холодно. Нам нужно место, где круглый год тепло.

Она погладила его по плечу.

– Калеб, не надо спешить. Я прекрасно себя чувствую.

– Но несколько недель назад все было иначе. А что будет следующей зимой? – Он поцеловал кончики ее пальцев. – И я знаю, что у тебя болят руки. Мне не нравится, что ты так много шьешь.

Нежно улыбаясь, она вздохнула.

– Калеб, ты все время что-то ищешь. Иногда я не могу понять, что именно.

– Я ищу способ улучшить для тебя жизнь.

– Нет. Здесь нечто большее. Ты ищешь себя в этом мире. И мы оба знаем это.

Калеб прикрыл ей рот ладонью.

– Ни слова больше. Я люблю тебя с девяти лет, – он наклонился и поцеловал ее в щеку. – Ты – мой лучший друг, Сара Сакс, и я – твой лучший друг. Все, что имеет значение в этом мире, – это то, что мы вместе. Я собираюсь заботиться о тебе столько, сколько смогу.

– Калеб…

Он прервал ее поцелуем. Калеб обладал над ней какой-то магической силой. Сара никогда не могла устоять перед его ласками. Каждое его прикосновение и движение вызывало в ней ответную реакцию. Из-за ее болезни они долгое время не занимались любовью. Сейчас же супруги страстно желали друг друга.

От долгого воздержания огонь желания вспыхнул еще сильнее. Калеб постанывал, целуя жену; его нетерпение достигло предела. Левой рукой он задрал ее ночную рубашку, оголив стройные бедра и плоский живот. Затем нежно целовал ее шею, и Сара тихо прошептала его имя.