Жаклин Нейвин - Нежный похититель

О да! Как она могла забыть о том, что теперь их связывают деловые отношения!

Ли быстро просмотрела бумаги и уверенно заявила:

– Нам совершенно не нужен вечер в доме мадам Хеншоу. Моя матушка считает ее дамой полусвета. Там нам нечего делать. А вот вечер у Сандерберга вы почему-то не отметили. А надо бы! Кинстонов мы не любим. Их дочери постоянно ревнуют кавалеров к девочкам Броуди. Гм-м... Посмотрим дальше. Нам не стоит присутствовать на Беллигэмской регате! Не понимаю, почему вы не отметили бал у Крейвенсморов? Его никак нельзя пропустить!

Вернув Моргану кипу бумаг, Ли сказала тем же менторским тоном:

– Что еще от меня требуется? Честно говоря, я бы не хотела злоупотреблять вашим временем.

– Настоящая демонстрация жесткости и злонравия! – язвительно проговорил Морган.

– Вовсе нет! Я бываю такой только тогда, когда начинаю заниматься делами.

– Но вы разозлились!

Ли уловила в его тоне насмешку.

– С чего бы мне злиться? Вы сразу очаровали мою матушку, что совсем нелегко. Поверьте, я знаю, что говорю! Со мной же, едва поздоровавшись, вы выложили бумаги и стали командовать. Почти перешли на крик. Черт побери, я поступила весьма неразумно, начав с вами перепалку. Ведь большинству женщин нравится, когда мужчины ими командуют.

– Не припомню, чтобы я кричал на вас!

– Извините, если употребила не то слово. Но разговаривали вы со мной, будто с прислугой, когда давали указания по поводу этих бумаг.

– Весьма сожалею, Ли, что позволил себе на миг отказаться от обычного шутливого тона. Но... – Морган нахмурился, – но ведь наши отношения исключают возможность взаимного флирта. Ибо основаны на чисто деловом соглашении.

– Я полностью отдаю себе в этом отчет, милорд! Однако не следует забывать об элементарной вежливости, необходимой в любых, в том числе и деловых отношениях.

– Еще раз прошу принять мои извинения!

Морган опустился на стул, откинулся на спинку и положил ногу на ногу.

– Чем вы сейчас заняты? – спросила его Ли.

– Сейчас, с вашего разрешения, я пришел с визитом в ваш дом.

– О, ради Бога!

– И совершил грубую ошибку, за что уже извинился. Могу ли я теперь рассчитывать на ваше гостеприимство?

– Конечно!

– Тогда я хотел бы выпить еще чашечку чаю.

– С бисквитом?

– Нет, благодарю .вас! Молли принесла чай.

– Надеюсь, теперь я проявила гостеприимство? Или вы хотели бы еще чего-нибудь? Не стесняйтесь!

– Спасибо, только чай.

Морган взял чашку и принялся с наслаждением потягивать ароматный напиток. Сделав несколько глотков, посмотрел на Ли и спросил:

– Почему вы ничего о себе не рассказываете?

– Оставьте, наконец, ваш снисходительный тон! К тому же вряд ли вам это было бы интересно.

– Напрасно вы так думаете. Ведь нам придется много времени провести вместе. Поэтому я и хочу хоть что-нибудь узнать о вас. Представьте, что в разговоре с какой-нибудь супружеской парой я не смогу толком ответить на вопрос, касающийся нас двоих или лично вас. Должен же я знать, где вы родились и выросли?

– Родилась в Гемпшире. Когда была маленькой, родители переехали в Суррей. Сейчас мне девятнадцать. И это мой первый сезон. Но отец с матерью просят меня пока не выезжать в свет. Не знаю почему.

– Возможно, боятся за вас, ведь вы совсем еще юная. А вокруг столько опасностей.

– Уверена, что дело не в этом. Мама, конечно, любит нас всех. Но не так уж нежно. Дездемона женщина расчетливая и практичная. А мне, видимо, просто не доверяет, зная, какой необузданный нрав у меня. Да я и сама это знаю. И уже столько всего натворила. И еще у меня есть странная привычка...

Ли спохватилась и замолчала.

– Продолжайте, мисс Броуди!

– Пожалуй, не стоит. Ведь мы, в сущности, не знаем друг друга! Да и слишком много я совершила ошибок.

– Некоторые мне известны. Поверьте, ваши ошибки настолько милы и очаровательны, что их и ошибками-то не назовешь.

– А ваши ошибки? Почему бы нам не поговорить о них? Я тоже хочу знать о вас все.

– Что именно вас интересует?

– К примеру, ваш шрам. Он совсем еще свежий. Откуда он у вас, расскажите!

– Если я скажу, что получил его, карабкаясь на стену, которая обрушилась на меня, это вас удовлетворит?

Ли не поверила.

– Вам еще повезло, – усмехнулась она. – Ведь могли глаза лишиться!

– Вы правы. Мне действительно повезло!

Видя, что Морган уклоняется от ответа, Ли задала другой вопрос:

– Вы живете в Йоркшире?

– У меня там есть охотничий домик в угодьях. Правда, он не благоустроен, но нет времени им заняться.

– Как часто вы похищаете женщин, или я первая удостоилась такой чести?

– Не слишком ли много вы желаете знать, дерзкая девчонка? – процедил Морган сквозь зубы. – Не отрицаю, у вас есть основания на меня злиться. Но сегодня я был вполне учтив, а вы, как всегда, несносны! Ли поднялась:

– Будем считать этот малоприятный разговор оконченным. Вы дали мне необходимые указания, объяснили, чего я не должна делать. Я все поняла и не стану больше задавать вопросов. Но считаю себя вправе высказать вам свои суждения. Интересующую вас информацию буду сообщать. Думаю, я правильно вас поняла, милорд. А сейчас, коль скоро мы обо всем договорились, прошу вас завершить свой визит в этот дом, ибо по горло сыта вашим блистательным обществом.

Ли направилась к двери. Но Морган остановил ее:

– Ли! Ознакомьтесь со списками приглашений, опубликованными в газетах, что лежат на столе. Выберите самые интересные и сообщите мне. На неделе снова вас навещу.

Она посмотрела ему в глаза и раздраженно сказала:

– Надеюсь, целью вашего очередного посещения станет исключительно обсуждение полученных к тому времени новостей и я с нетерпением буду ждать этого разговора. А пока – прощайте!..

Ночью Морган не мог заснуть, ворочаясь с боку на бок и поминутно взбивая подушку, почему-то казавшуюся необыкновенно жесткой. Наконец он встал, оделся и спустился в гостиничный холл. Но, дойдя до стола, остановился, увидев на нем большую стопку написанных накануне и тщательно запечатанных в конверты писем. Все они ожидали прихода утреннего почтальона, чтобы разлететься по адресам.

Морган присел к столу и внимательно проверил имена адресатов. Он сделал все, что мог! Никого не забыл. И теперь будет ждать ответов. Пусть каждый сам решит, помогать или не помогать Моргану. От этого зависит практически все. И еще от того, как поведет себя Глорианна...

Будет ли она на него злиться? Возненавидела ли за то, что он ее покинул? Глорианна возвращала все его письма и наотрез отказывалась встречаться. Правда, письма мог пересылать и ее муж.

Морган почти не сомневался, что Глорианна не подозревает о причастности своего второго мужа к убийству первого. Никто не считал Рэндалла Сандерсона способным на убийство. Даже Эванс, отец Моргана, который старался доказать свою правоту сыну, имевшему на сей счет совсем другое мнение.