Дебра Дайер - Коварная искусительница

Маркиз остановился и, взявшись за перила, посмотрел вниз, где располагалась библиотека. Там, внизу, возле домашнего бара стоял Рэдберн с таким видом, будто он здесь хозяин. Едва заметив Себастьяна, спускавшегося вниз по узкой винтовой лестнице, ведущей в библиотеку, он повернулся к нему лицом. В одной руке он держал графин с бренди, а в другой – бокал.

– Я всегда высоко ценил качество ваших погребов, дядя, – сказал Рэдберн Себастьяну.

– Уже заметил, – ответил дядя племяннику.

У Рэдберна была привычка путать свое и дядюшкино. Молодой человек неоднократно подписывал различные векселя именем дяди вместо своего. Себастьяну удалось прекратить эту порочную практику, заработав тем самым презрение племянника.

Эвелин, сестра Себастьяна, считала, что склонность к присвоению чужого имущества появилась у ее сына после смерти отца (а он умер, когда Рэдберну было четырнадцать лет). У самого Себастьяна отец умер, когда ему было двенадцать, и относился он к подобным действиям по-другому.

Громкий звук раздался в библиотеке, когда Рэдберн вставил пробку в графин.

– Вчера я слышал весьма занятную сплетню, дядя, – сказал он.

Себастьян прошелся по комнате, заставив племянника встать спиной к галерее, чтобы не упускать дядю из виду.

– Обилие слухов и сплетен – единственное, что может быть значительным в Лондоне, – произнес он.

Рэдберн пригубил бренди. У него был вид мальчишки, мечтающего подшутить над тем, кто старше его. Бернард Рэдберн был высок ростом, строен, хотя его сюртук на подкладке заставлял его выглядеть более полным. Его лицо с точеными чертами и волны золотых локонов вскружили голову многим женщинам. Рэдберн быстро понял, какую власть он имеет над ними. К несчастью, у него были собственные понятия по поводу того, что такое честь. Себастьяну стало не по себе.

– Я считаю, что чем более возмутительна сплетня, тем дольше она распространяется, – ответил он племяннику.

– Конечно, надо крайне осторожно относиться к слухам. Не так ли, дядюшка? Люди распространяют спои злобные сплетни очень быстро, хотя в них ни толики правды, – Рэдберн постучал пальцами по стакану. – Особенно если они касаются известных лиц или семейств.

Себастьян присел на ручку обитого кожей кресла, стоявшего возле камина. Он знал, что будет дальше. Стратегию Рэдберна вычислить несложно.

– Ты по поводу тех слухов, которые касаются тебя и Мэделин Фитцдауни? – спросил он, следя за реакцией племянника.

– А я думал, что эти слухи давно забыты, – уголок губ Рэдберна слегка дернулся, губы сжались. Он подошел к одному из больших окон и стал смотреть на сад. – Разве можно представить, чтобы я имел отношение к этому несчастному случаю?

Душа Бэрнарда Рэдберна была холодна как лед. Он с презрением относился ко всем и всему, что угрожало его планам. Причиной этому было невероятное чувство превосходства над другими.

– Мне необходимо узнать правду о том, что произошло той ночью, – произнес Себастьян.

Рэдберн одернул свой сюртук.

– Дядя, вы говорите так, как будто все еще пытаетесь решить эту проблему. Я не могу представить более ужасного способа траты времени, – сказал он.

– Скажу тебе следующее: я не собираюсь оставлять эту тайну нераскрытой, – ответил ему Себастьян.

– Дядюшка, это ваше дело. Если вы хотите заниматься глупостями, то это ваш выбор. Но я полагаю, что у вас есть более серьезные занятия, – Рэдберн повернулся лицом к Себастьяну. – Вы пригласили меня сюда, чтобы обсудить сюжет пьесы из этой древней истории?

– Нет, – маркиз пристально смотрел на племянника, это мгновение ему показалось вечностью.

Если Себастьян и не находил у Рэдберна чувства юмора, его наряд был весьма забавен. Очевидно, его племянник забросил попытки войти в общество любителей спорта и теперь водил дружбу с господами, склонными не столько к занятиям спортом, сколько к ношению нелепой одежды. Края его воротника почти доходили до ушей, а вишневый жилет в полоску привлекал всеобщее внимание.

– Я хотел поговорить с тобой о мисс Ашервуд, – сказал племяннику Себастьян.

– Мисс Ашервуд? Я не понимаю, зачем вы хотите поговорить со мной об этой юной леди? – Рэдберн потер пальцами кожаный переплет одной из книг, стоявшей в шкафу из красного дерева.

– Ты был знаком с ней.

– Это не значит, что я имею отношение к ее исчезновению.

Себастьян почувствовал стеснение в груди. Только ради благополучия своей сестры Эвелин он был готов поверить в непричастность своего племянника к похищению Шарлотты Ашервуд. Но и сбрасывать со счетов возможную причастность тоже нельзя.

– Откуда ты узнал о ее исчезновении?

– Вы считаете, что это тайна? – спросил Рэдберн, играя бриллиантовой запонкой, отбрасывавшей разноцветные блики на его руку.

Себастьян заметил, как племянник смотрел куда-то в сторону галереи, пока говорил. Маркиз взглянул туда же, надеясь, что прекрасная амазонка не наблюдает за ними. К его счастью, там никого не было.

– Я не думаю, что кому-либо известно об исчезновении мисс Ашервуд, – произнес он.

– Я, кажется, слышал об этом от моего камердинера. А он, в свою очередь, от одной из служанок, – Рэдберн слегка откашлялся. – Вы знаете, что в Лондоне мои секреты раскрываются очень быстро. Слуги распространяют сплетни гораздо лучше, чем газеты. Возможно, мисс Ашервуд сбежала с любовником.

Звучало убедительно. Но только не из уст Бернарда Рэдберна. Верить ему было нельзя.

– Поскольку ты проводил много времени в компании мисс Шарлотты, то должен знать, кто этот господин, что покорил ее сердце, – обратился Себастьян к племяннику.

– Понятия не имею, – Рэдберн заглянул в стакан. – Какой-нибудь глупец, которому вскружили голову хорошенькое личико и пустой кошелек.

Себастьян мысленно желал, чтобы Эмма оставались в холле. Он надеялся, что самообладание его не подведет. Маркиз давно подчинил свои чувства и страсти разуму и самоконтролю. Голос Эндовера продолжал звучать спокойно и сдержанно, хотя гнев переполнял его.

– Бернард, ты проводил много времени с юной леди, но, похоже, ни разу не предлагал ей руку и сердце?

Рэдберн прекратил рассматривать стакан с бренди. Он поднял голову и холодно взглянул на дядю.

– Да, мне нравилось проводить время в компании Шарлотты Ашервуд. Разве мужчине не может нравиться компания хорошенькой женщины? – спросил он. – Но только лишь красотой меня не покоришь. Она была всего лишь одной из тех бесчисленных невест, что приезжают из провинции, в столицу каждый год. Возможно, она была более привлекательна, чем остальные. Но вам следует знать, насколько они хитры и коварны. Они пойдут на все, лишь бы поймать холостяка в брачные сети.