Мэй Макголдрик - Королева-беглянка

Каролина Мол, казалось, не могла найти слов для ответа.

— Думаю, что нет, — сердито сказал он. — Считаю ваш визит оконченным, миледи.

Он указал ей на дверь.

— Мои приказания остаются прежними. А до тех пор, пока я или мой помощник не сочтут возможным обременить гостей состраданием наших знатных дам, они останутся в одиночестве.

Каролина Мол какое-то время не двигалась с места, глядя на возвышающегося над ней командующего. До этого он никогда не разговаривал с ней подобным образом. Наконец она повернулась и направилась к двери.

— Я бы хотела позднее продолжить этот разговор, — бросила она через плечо. — И в более интимной обстановке. — Она угрожающе посмотрела на Дэвида.

Дэвид торопливо подскочил к двери, чтобы открыть, но, к его большому удивлению, знатная дама не сделала ни шага. Он выглянул в холл.

Там стояла Мария.

6.

Она обладала красотой, шармом, изящными манерами — всем этим и даже большим.

Джон стоял за спиной Каролины и, увидев Марию, с трудом подавил в себе желание броситься к ней. Лицо молодой женщины было холодным. Она выглядела сильной, недосягаемой.

Мария спокойно стояла, несколько удивленная тем, что загораживающая ей дорогу высокая светловолосая дама бросает на нее столь обжигающе злые взгляды. Подойдя к двери, на которую ей указали, она даже не успела постучать, как та распахнулась и перед ней, казалось, возникла львица, защищающая свое логово. Засомневавшись, туда ли она попала, Мария быстро взглянула через ее плечо и несколько успокоилась, увидев командующего и шкипера.

— Прошу прощения за вторжение, — сказала она тихо, переводя взгляд с перекошенного от ярости лица дамы на сэра Джона, как-то странно смотревшего на нее. Что выражало его лицо? Приветствие? Удивление? Облегчение? — Может, мне зайти в другой раз?

Все молчали. Первым опомнился Джон.

— Нет, конечно, вы ничему не помешали, — искренне ответил он. — Мы с леди Мол выяснили все вопросы, и она уходит. — Он слегка дотронулся до ее плеча.

— Нас не представили. — Каролина была сама любезность.

— Я Мария.

Каролина смотрела на зеленоглазую красавицу молча, и Марии пришло в голову, что ей, наверно, следовало бы присесть в реверансе.

— Мария?

— Да, Мария, — вмешался Джон, протягивая руку вновь пришедшей.

Мария не сделала никакого ответного движения и сказала, стараясь, чтобы ее голос звучал дружелюбно:

— Я только что слышала, как сэр Джон назвал вас «леди Мол». Это так?

Стальной взгляд Каролины, скользнув по протянутой руке Джона, остановился на лице Марии.

— Вы родственница мисс Дженет Мол? Мы наслаждались ее обществом сегодня утром.

— Это леди Каролина Мол, мать мисс Дженет, — сказал Джон, и, заметив удивление в глазах Марии, поправился: — Если быть точным, ее мачеха. Входите, миледи.

Мария протянула ему свою забинтованную руку. Не обращая внимания на Каролину, Джон осторожно взял ее за запястье и провел мимо знатной шотландки.

— Я счастлив, что вы наконец-то рискнули покинуть свою каюту, леди Мария, — продолжал командующий. — Я как раз собирался вас навестить.

Мария посмотрела на светловолосую женщину, застывшую у двери.

— О, да, леди Мол, — продолжил он более деловым тоном, — непременно передайте благодарность вашему мужу за его помощь этой леди и ее спутнице. И если у вас еще раз возникнут проблемы с моими людьми, советую вам сначала обсудить их с сэром Томасом. Думаю, мы оба можем довериться его выводам.

Лицо Каролины так перекосилось и побледнело, что Джон подумал: если бы взгляд мог убить, то сейчас бы в каюте валялось несколько трупов.

— Это многое объясняет. — Хотя слова Каролина адресовала Джону, взгляд ее по-прежнему был прикован к лицу Марии. — Пожалуй, это объясняет все. — Гневно вскинув подбородок, Каролина Мол удалилась.

Мария чувствовала себя неловко. Переведя взгляд с лица шкипера на лицо командующего, Мария увидела, что он смущен и недоволен. Видимо, присутствие леди Мол доставило ему больше неприятностей, чем можно было заключить из его слов.

— Я правда могу зайти в более удобное для вас время, — спокойно сказала Мария.

Джон поднял на нее свои синие глаза.

— Да нет же. Лучшего времени и быть не могло. Вы просто молодец, что удалили всех, кого нужно, с поля битвы.

Покраснев, Мария повернулась к шкиперу и присела перед ним в реверансе.

Дэвид покраснел и поклонился молодой красавице. Командующий не мог сдержать улыбки, зная, сколь приятно для молодого человека столь уважительное обращение.

— Шкипер, вам следует пойти и поговорить с Кристи по поводу жалобы леди Мол.

— Вы ведь не хотите, чтобы я приказал его выпороть, милорд? — Дэвид вопросительно посмотрел на капитана.

— Нет, конечно.

— Я просто хочу, чтобы вы проинструктировали его, как себя вести… когда… когда… ну, ты понимаешь.

— Но, сэр Джон, вы сами сказали, что он вел себя так, как и должен был. — Дэвид с трудом удерживал на своем лице озабоченное выражение, стараясь не рассмеяться. Ясно, что капитан хотел, чтобы он незамедлительно убрался из каюты, но молодой шкипер не мог отказать себе в удовольствии позабавиться.

— Дэвид, — Джон еле сдерживался, — иди и делай, что тебе велено.

— Да, милорд. Но мои карты… — Дэвид начал медленно собирать их.

— Можешь их оставить. — В голосе командующего послышалась угроза. — Я пришлю их тебе с мисс Дженет.

— Свои карты я никому не… — Дэвид замолчал на полуслове и уставился на командующего. — Вы хотите встретиться с мисс Дженет?

— Да, в свете некоторых разговоров мне нужно поговорить с ней кое о ком… — Было ясно, что имел в виду Джон.

— Не стоит беспокоить ее, милорд. — Дэвид стал энергично собирать свои карты. — Я ухожу.

Сунув карты под мышку и поклонившись Марии, шкипер поспешил покинуть каюту.

— Наконец-то, — довольно улыбнулся Джон, поворачиваясь к своей зеленоглазой гостье.

Мария отняла у него свою руку и подошла к столу. На стуле лежал голубой берет с белым пером. Она решила, что он принадлежит шкиперу. Стол и разложенные на нем бумаги свидетельствовали о рабочей обстановке. Яркая освещенность каюты составляла приятный контраст с помещениями внизу. Вдоль стены несколько открытых окон, и, выглянув в одно, она увидела те же белые клочья серо-зеленого тумана. Он был столь же плотным, как и вчера. В окна доносились грубые голоса матросов, работающих на палубе.

Окинув взглядом каюту, она покраснела. В углу располагалось большое ложе, накрытое тяжелым покрывалом из Дамаска. Поняв, что здесь и его спальня, Мария смутилась и отвела глаза.