Мэй Макголдрик - Кольцо с изумрудом

Теперь Элизабет могла осмотреться. Лесная чаща была тиха и безмолвна. Она подумала о коннетабле, затем с содроганием вспомнила Питера Гарнеша. Панический ужас, который Элизабет испытала, прошел, но в глубине души остался холодок страха. Встав на ноги, она внимательно прислушалась. С той стороны, откуда, как ей казалось, она пришла, было спокойно.

Пройдя чуть дальше вдоль ручья, Элизабет повернула в лес и буквально через несколько шагов неожиданно оказалась на широкой тропе, которая связывала французский и английский лагери.

Юный паж, проходивший мимо, с любопытством оглядел Элизабет. Облака на востоке окрасились уже розовым. Близился рассвет, в воздухе чувствовалась бодрящая утренняя свежесть. Вокруг было безлюдно, навстречу попадались только засидевшиеся до утра редкие гуляки. На минуту Элизабет задумалась, соображая, в какую сторону ей надо идти, потом, оглядевшись, двинулась по дороге.

Не успела она пройти и нескольких шагов, как неожиданно столкнулась с каким-то человеком.

Подняв глаза, Элизабет увидела перед собой Питера Гарнеша.

ГЛАВА 6

Элизабет застыла от ужаса, она не могла сдвинуться с места.

Питер Гарнеш молча пристально рассматривал стоявшую перед ним девушку. Под глазом у той красовался огромный синяк. Гарнеш схватил красотку за плечо и, хотя девушка старалась отвернуться, силой развернул ее к себе. На щеке не высох кровоподтек, и, судя по всему, она заработала его недавно. Он взглянул на ее одежду, и рот его растянулся в циничной ухмылке.

– Надо будет не забыть поздравить шотландца. Он, оказывается, парень не промах.

Элизабет изо всех сил старалась не смотреть на Питера Гарнеша. Ей было дурно при мысли о том, что рука, которая сейчас касалась ее лица, это рука убийцы. Она боялась взглянуть даже на его одежду. А вдруг на ней кровь? Ей казалось, что сам воздух вокруг этого страшного человека пропитан запахом смерти. Перед глазами все еще стояла ужасная картина, увиденная ею на лесной поляне.

– Вот это мне по душе! – глумясь, продолжил Гарнеш. – Такая скромность в известной на весь свет гордячке! Но я не знал, что этакая недотрога любит, чтобы к ней применяли силу!

Элизабет сделала маленький шажок назад. Она заметила, что к ним приближается группа подвыпивших солдат, возвращающихся в лагерь. Ей вдруг пришло в голову, что скорее всего Питер Гарнеш и не знает, что она является свидетелем подлого убийства. Она сделала еще один шаг, и тут же тяжелая рука Гарнеша легла на ее плечо. Элизабет похолодела. Она исподтишка бросила взгляд на его лицо. Но он не смотрел на нее.

Хотя и могло со стороны показаться, что он занят разговором с ней, на самом деле он внимательно рассматривал лица проходящих мимо вояк. Однако те не обратили на них никакого внимания и мирно проследовали дальше по дороге. Питер Гарнеш, довольный, вновь обернулся к Элизабет.

– Все еще лучше, чем я ожидал! – довольно гоготнул он, притягивая девушку к себе. – Кто бы мог подумать, что мне придется брать пример с шотландца!

Он попытался ее поцеловать, но Элизабет отвернулась, и поцелуй пришелся как раз на саднящую рану. Элизабет вскрикнула:

– Отпустите меня!

– Куда ты, дорогуша? – Гарнеш грубо обхватил ее, пытаясь нащупать сквозь одежду грудь. – Мы еще только начали.

– Он убьет вас! – Элизабет попыталась вырваться. Ей удалось на время выскользнуть из его рук, но она понимала, что не в состоянии тягаться в скорости с английским рыцарем. – Я принадлежу Эмрису Макферсону. Я его женщина! Вы слышите меня?

Она пятилась от наступавшего на нее Питера Гарнеша.

– Он убьет вас, если вы меня тронете!

– Да! Но только, если он останется в живых после встречи со мной! – раздался неожиданно голос позади них.

Элизабет резко обернулась. Герцог Бурбонский с пылающим от гнева лицом стоял в двух шагах от них. Никогда еще при виде его Элизабет не испытывала такой радости. Однако выражение его лица не располагало к выражению дружеских чувств. Она замерла на месте.

– О, как забавно! – Питер Гарнеш встал позади нее. – Не слишком ли много чести какой-то падшей девице?

Англичанин достал меч из ножен. Элизабет попятилась. Тут она увидела, что из-за спины герцога Бурбонского неожиданно появилось пятеро его людей. Элизабет вздохнула с облегчением. Она вспомнила, что герцог Бурбонский никогда не путешествует один. То ли была в прошлом некая история, то ли, как болтали злые языки, он боится мести разъяренных мужей, что наняли банду головорезов, чтобы проучить красавца-сердцееда. Элизабет это мало волновало. Слава богу, что он никогда не странствует один!

– Она только что побывала в постели у шотландца! – заявил Питер Гарнеш. – Я – следующий. Когда я с ней позабавлюсь, то передам ее вам. Можете не беспокоиться, это не займет много времени.

Элизабет начала тихонько отступать от мужчин. Герцог Бурбонский полностью игнорировал слова Питера Гарнеша. Он обратился к Элизабет:

– Вы выглядите ужасно, Элизабет! – Лицо его страдальчески скривилось. – Я оказался для вас слишком мягок? Вы хотели такого обращения? Жестокости? Грубости?

Элизабет раздирал гнев, боль и страх – все вместе. Кому она может объяснить все, что с ней произошло? Никто ей не поверит. Конечно, она может сказать герцогу Бурбонскому про убийство коннетабля, но вполне возможно, что и вшестером они не справятся с Питером Гарнешом или что он убежит, а потом начнет мстить ей. И если бы речь шла только о ней. Но есть еще Мэри и маленькая Анна. Все они могут пасть жертвами его мести.

– Вам нечего сказать? – В голосе герцога Бурбонского звучала обида. – Вы так и будете здесь стоять, не говоря ни слова? И вы позволяете, чтобы вас по сути обозвали шлюхой?

Элизабет перевела взгляд с одного рыцаря на другого, чувствуя себя маленьким, беззащитным зверьком, загнанным в ловушку.

Она посмотрела еще раз на герцога Бурбонского. Горло у нее сжалось, ей потребовалось приложить немало усилий, чтобы сдержаться и не показать гнева.

– Вам-то какая разница? Вы никто мне. Понимаете? Никто. И я ничего не должна вам объяснять. Просто оставьте меня в покое.

С этими словами она повернулась к ним спиной и поспешила прочь. Она должна бежать изо всех сил столько, сколько сможет.

Монах-францисканец, отец Мэттью, потряс головой и ущипнул себя, чтобы убедиться, что он не спит. Это невероятно, этого попросту не может быть, не переставал удивляться он, пока Элизабет рассказывала свою длинную повесть. «Нет, просто трудно в такое поверить», – опять подумалось ему. Может быть, он все же не совсем еще проснулся?

С высоты сеновала, где они расположились с Элизабет, был виден навес над конюшней. Лошади беспокоились – их давно пора покормить. Монах с трудом распрямил затекшие от долгого сидения ноги, стараясь не обращать внимания на голодное урчание в своем животе. Ему тоже давно пора было подкрепиться, но он не отрываясь слушал долгий рассказ Элизабет.