Аманда Квик - Тайный роман

К тому моменту как леди Эштон обнаружила, что ее компаньонка имеет весьма непростое прошлое, она так привязалась к ней, что готова была сквозь пальцы взглянуть на ее обман.

Однажды ночью Луизе опять приснился кошмар – она проснулась от собственного крика, в поту и слезах. Леди Эштон прибежала на крик и, увидев Луизу, почти обезумевшую от ужаса, принялась по-матерински утешать и успокаивать ее. Никто еще не предлагал Луизе сочувствия, ни разу ее не гладили по голове и не говорили, что все пройдет, и будет хорошо, и утром непременно выглянет солнце. Это оказалось больше, чем она могла вынести. И, закрывая лицо ладонями, содрогаясь от рыданий, Луиза все рассказала леди Эштон. О том, как ждала в темной комнате, как ударила лорда Гэвина тяжелыми каминными щипцами и как бежала ночью из дому, оставив все вещи, чтобы полиция поверила в ее самоубийство.

Луиза успела достаточно хорошо изучить Эмму, чтобы предположить, что та не станет вызывать полицию. Но утром Луиза начала собираться, чтобы покинуть дом на Арцен-сквер, ибо даже женщина самых современных взглядов вряд ли захочет жить рядом с убийцей. Она пришла к Эмме, чтобы еще раз извиниться за обман и попрощаться, но та отказалась отпустить Луизу и слышать ничего не хотела о расставании.

– Знаете, дорогая моя, хороший характер – категория неоднозначная, – сказала леди Эштон философски. – Лично я считаю, что умение не сдаваться гораздо важнее, чем покорность судьбе. И, кроме того, мы только начали работу над моими мемуарами, так что мне без вас никак не обойтись!

– Доброе утро, Луиза. – Леди Эштон остановилась перед камином – в доме было довольно прохладно. – Вы сегодня на удивление рано встали, особенно если учесть, что вы вернулись очень поздно. Я уснула, так и не дождавшись вас.

– Я не хотела вас будить, – улыбнулась Луиза.

Эмма подошла к письменному столу. Ее голубые глаза блестели от любопытства.

– Вы не представляете, дорогая, как я была поражена, когда лакей сообщил мне, что вы пожелали покинуть бал в обществе мистера Энтони Столбриджа. Я чуть в обморок не упала от изумления.

– О, не смейтесь надо мной, Эмма. Я прекрасно знаю, что вас не так-то легко отправить в нокаут.

– Возможно… и все же! На балу было много мужчин, среди них даже достойные внимания экземпляры, но Энтони Столбридж! Самый родовитый, самый загадочный и самый интересный!

Это не совсем то, что вы подумали, Эмма. Мы… встретились с мистером Столбриджем при не совсем обычных обстоятельствах.

Так лучше. Необычные обстоятельства волнуют кровь.

– Вот уж волнений мне действительно вчера досталось более чем достаточно! Только представьте: я наткнулась на него в коридоре, когда выходила из спальни Гастингса!

– Боже мой! – Эмма всплеснула руками. – И что же произошло?

– Мистер Столбридж пришел на помощь, когда один из телохранителей Гастингса хотел допросить меня.

– Гастингс нанял телохранителей?

– Да.

– Как странно.

– Полагаю, у него есть причины опасаться за свою безопасность. Как оказалось, его деятельность не ограничивается финансовыми вложениями в бордель: Гастингс занимается шантажом, вымогая деньги у представителей богатых и известных семей.

– Я и представить подобное не могла! – воскликнула Эмма.

– Это еще не все, – предупредила Луиза. – Мистер Столбридж полагает, что Гастингс виновен как в убийстве своей первой жены, так и невесты мистера Столбриджа – Фионы Ризби.

Эмма нашарила стул и опустилась на сиденье.

– Расскажите мне все с самого начала, дорогая, – попросила она. – Подобные обвинения слишком невероятны, чтобы в них можно было поверить бездоказательно.

Луиза рассказала подруге о событиях вчерашнего вечера, опустив лишь самые личные детали.

Когда в комнате воцарилось молчание, Эмма вздохнула и сказала:

– Это ошеломляющие новости. Я потрясена! И подумать только, я решила, что вы отправились на романтическое свидание, и так радовалась за вас! Признаюсь, меня несколько волновало то, что вы выбрали такого неоднозначного человека, как мистер Столбридж, но я сочла хорошим знаком, что вы наконец-то проявили интерес к жизни и ее радостям.

– Ах, Эмма, я ведь уже говорила вам, что не собираюсь предаваться радостям жизни. По крайней мере, не всем.

– Глупости, – решительно перебила ее Эмма. – Все придет в свое время, просто вы еще не встретили того самого мужчину. Но сейчас романтические разговоры не слишком уместны. Мы столкнулись с очень серьезной проблемой. Скажите, дорогая моя Луиза, а вы сами верите в то, что Гастингс убийца? Что вы думаете по этому поводу?

Луиза побарабанила пальцами по столу.

– Честно говоря, я не знаю, что и думать. Я уверена, и тому существуют вещественные доказательства, что Гастингс имеет финансовую заинтересованность в борделе «Феникс-Хаус», а также можно считать неоспоримым тот факт, что Гастингс занимается шантажом. Но у нас нет доказательств того, что он убийца Фионы Ризби.

– Все уверены, что ее смерть явилась результатом самоубийства, – кивнула Эмма. – Но с другой стороны, существует ожерелье, которое Столбридж нашел в сейфе Гастингса. Расскажите-ка мне еще раз, как оно выглядело.

– Чудесные изумруды и бриллианты, оправленные в золото. Я бы сказала, что оно стоит кучу денег. Энтони говорит, что оно принадлежало Фионе, но это лишь слова… И даже если удастся доказать, что ожерелье было на ней в ночь смерти, его нельзя уже использовать в качестве улики, потому что теперь его нет в сейфе Гастингса.

Эмма покачала головой и уверенно сказала:

– Столбридж был прав: даже оставшись в сейфе, драгоценность не смогла бы послужить доказательством. Гастингс никогда не позволит полиции обыскать свой дом, тем более, если он виноват в смерти Фионы Ризби. Если даже предположить, что кто-то найдет ожерелье в доме, Гастингс всегда может придумать какую-нибудь правдоподобную историю. Скажет, например, что его первая жена так восхищалась ожерельем Ризби, что заказала себе копию. Никто из знавших Викторию Гастингс в это не поверит, так как она была не из тех женщин, которые носят копии чужих драгоценностей, но разве полиция разбирается в таких вещах? Виктория сама была законодательницей в вопросах моды и стиля.

– Да, я помню, вы говорили, что она обладала хорошим вкусом.

– Именно так. Кроме того, она была очень красивой женщиной.

Луиза перелистала лежавший перед ней блокнот. В самом начале расследования она попросила Эмму рассказать все, что та знает об Элвине Гастингсе и его первой жене, Виктории. Луизе также удалось разыскать и расспросить горничную Виктории Гастингс.

Луиза просматривала свои заметки. Еще некоторое время назад она не придавала им большого значения, но теперь кое-что обрело новый смысл. Что-то такое должно быть в ее записях… Палец скользил по закорючкам шифра. Вот оно!