Лори Макбейн - И никакая сила в мире...

Подхватив жену на руки, Данте осторожно опустил ее на смятую постель, чуть заметно усмехнувшись, когда изящная фигурка почти исчезла в пышных подушках. Через мгновение он уже был рядом с ней. Его могучее тело накрыло ее, Данте спрятал разгоряченное лицо в разметавшейся золотой копне роскошных волос и жадно вдохнул терпкий запах женской плоти.

– Маленький золотой цветок, – выдохнул он, – как я люблю тебя…

Рея прижала его голову к своей груди, почувствовав, как горячий кончик языка обжег напрягшиеся вишенки сосков. Его губы жадно накрыли ее рот. Данте пил ее дыхание, а его затвердевшая плоть тяжело вжималась в ее тело. Через мгновение он уже ворвался в нее, и она отдала ему себя всю, без остатка. Данте стал частью ее самой, и Рея отчетливо понимала, что уже не сможет жить без него.

Насыщение их было бурным и яростным, и когда Данте оставил ее, Рея мгновенно провалилась в глубокий сон. Она не знала, как долго спала, но вдруг проснулась, как от толчка, почувствовав, как дрогнула кровать, освободившись от тела Данте. Рея открыла сонные глаза и с удивлением обнаружила, что он сидит возле нее полностью одетый.

– Данте… – в полудреме пробормотала она. – Что-то не так? Кит? – заволновалась она.

– Нет, нет, все в порядке. Мне нужно ненадолго уйти, Рея, – тихо ответил он. – Но поскольку ты вполне могла проснуться и испугаться, что я пропал, я решил предупредить тебя. Не волнуйся, я скоро вернусь, – добавил он и коснулся нежным поцелуем нахмуренных бровей.

– Но почему?! Куда ты? – вскинулась Рея. Несмотря ни на что, ее охватили сомнения. – Это все из-за того письма, что за обедом передал тебе Алистер, верно?

– Прости, но сейчас я ничего не вправе сказать тебе. Просто постарайся мне верить, вот и все, – ласково прошептал он. Пальцы его чувственно скользнули по ее теплому после сна плечу.

Рея погрузилась в молчание. Даже в полумраке спальни Данте разглядел, как тень сомнения скользнула по ее встревоженному лицу. Он не мог оставить жену такой и, склонив голову, крепко прижался к ее губам.

– Ты должна верить мне, Рея. Ты же можешь. Ведь я никогда не сделаю ничего, что может огорчить тебя, любовь моя, и ты сама это знаешь, – шепнул Данте, опаляя ее губы своим дыханием.

Обвив руками его шею, Рея приникла к мужу, словно отпустить его было свыше ее сил. Его губы прижались к ее губам.

– Я верю, Данте, но не могу не тревожиться. Ты уходишь из-за тех проклятых контрабандистов, ведь так? Неужели это действительно необходимо? Неужели ты не можешь просто оставить все как есть?! – умоляла Рея, но он покачал головой. Бережно разжав руки жены, он коснулся нежным поцелуем ее пальцев.

– Постарайся уснуть, мой маленький цветочек, а я обещаю прийти к тебе во сне, – шепнул он. Она закрыла глаза. Раздался негромкий шум шагов, скрипнула дверь, и все стихло. Рея осталась одна.

Выпрямившись, она зябко обхватила плечи руками.

– Видеть тебя во сне? Забавно! А что я делаю целыми днями, кроме того, как мечтаю о тебе, даже когда не сплю? – прошептала она. Отбросив одеяло в сторону, она спрыгнула с кровати. Подхватив висевшую в изножье большую шаль, накинула ее на плечи и, устроившись в кресле возле камина, приготовилась ждать, пока не вернется муж.

Глава 32

Насаживай покрепче наживку на крючок,

Я верю – рыбка клюнет!

– Похоже, ваш информатор предпочитает опаздывать, – проворчал Данте, осторожно переступая с ноги ногу и чувствуя, как все его тело начинает затекать.

– Он может себе это позволить, – отозвался сэр Морган Ллойд чуть слышным шепотом. Раздвинув густую листву, он попытался увидеть что-то из-за колючей живой изгороди, которая служила им с Данте надежным укрытием. Взгляд его задержался на одинокой фигуре человека, который нетерпеливо расхаживал взад-вперед под низко свисающими ветвями старого дуба. Рядом с ним была привязана лошадь.

– А вы уверены, что этой ночью он непременно явится?

– Совершенно уверен. Слишком уж заманчива приманка, и я не сомневаюсь, что рыбка клюнет. Когда-то я пытался проделать этот трюк с вами, Лейтон, но вы, по-видимому, никогда не были достаточно голодны, чтобы клюнуть, – сухо произнес сэр Морган.

– Или, возможно, достаточно прожорлив и алчен, не так ли? – в отместку бросил Данте.

– Может быть. Я постарался, чтобы о моей завтрашней поездке в Бристоль стало известно всем и каждому.

– И это как раз будет безлунная ночь. А кто останется вместо вас, сэр Морган? – спросил Данте.

– Ну конечно же, лейтенант Хэндли, кто же еще? – невозмутимо отозвался сэр Морган. – Я не раз оставлял его вместо себя в последнее время, так что это никого не удивит. Он образцово выполняет свои обязанности. Контрабандистов он, правда, не обнаружил, зато умудрился наткнуться на склад, где были несколько ящиков бренди и бархат. Он со своими людьми отыскал все это на заброшенной ферме, которая находится, если мне не изменяет память, на вашей земле, мой дорогой Лейтон. Довольно неприятное открытие для вас, капитан, – пробормотал сэр Морган, но в голосе его сквозила неуверенность.

– Во всяком случае, надеюсь, бархат не был черного цвета? – улыбаясь в темноте, осведомился Данте.

– Слава Богу, у нас нет оснований беспокоиться из-за Берти Маккея, – помедлив немного, буркнул сэр Морган, вспомнив о пристрастии бывшего конкурента Данте именно к черному бархату.

Данте откинул назад голову, удобно прислонившись к корявому стволу дерева, и окинул ленивым взглядом бархатисто-синий купол неба, на котором светился тонкий серебряный серп луны.

– А не кажется ли вам, что это странная ирония судьбы – мы с вами вместе прячемся здесь, чтобы обнаружить предателя, который работает на контрабандистов? В конце концов когда-то ведь и я не брезговал контрабандой, да и врагами мы были не так уж давно.

– Да, я уже думал об этом, – кивнул сэр Морган.

– Когда-то я хорошо платил за подобную информацию, – честно признался Данте.

– Знаю. Но вы никогда бы не подняли руку на королевского офицера, даже если бы он угрожал вам разоблачением. Вы бы просто не смогли так поступить. То, что я все еще жив, – лучшее тому доказательство.

Воцарилась тишина. Данте, похоже, размышлял о чем-то.

– Вы рисковали, доверившись мне. Уверен, что очень немногие посвящены в ваши планы. Ошибись вы во мне – и эта ночь стала бы для вас последней.

– Только что вы говорили о тех шутках, что играет с нами жизнь. Как ни странно, лорд Джейкоби, но вы, пожалуй, единственный, кому я могу довериться. Может быть, потому, что мне известно, какому поруганию подвергся Мер-драко. Думается, вы не меньше моего горите желанием встретиться с бандитами. Но, повторяю, я успел понять, что вы за человек, пока гонялся за вами, ведь случается порой, что врага уважаешь больше, чем иного друга. Я не боюсь повернуться к вам спиной, Данте, если вы понимаете, что я имею в виду. Не много найдется людей, о которых я мог бы сказать то же самое. А почему, как вы думаете, в ту самую ночь, когда мы с вами нагрузились ромом в таверне «Белая лошадь» в Чарл-стауне, я так спокойно вышел из нее, да еще впереди вас? Да просто потому, что был совершенно уверен – заметь вы малейшую опасность, что угрожает мне в этом осином гнезде, и вы тут же выхватили бы шпагу!