Селеста Брэдли - Шпион

«Пристально наблюдать за Джеймсом Каннингтоном».

Каждый день мистер Каннингтон открывался с новой стороны.

Филиппа увидела коридор, ведущий в заднюю часть здания.

– А там что?

Робби пожал плечами, вертя в руках пробку, которую нашел в курительной комнате.

– Ничего особенного. Кабинет управляющего, кладовые. Подожди, туда нельзя!

Но Филиппа уже почти бежала по коридору. Большинство городских зданий простирались в глубину больше, чем в ширину. Это здание казалось почти квадратным, Филиппа не сомневалась в том, что по сути своей «Клуб лжецов» отличался от остальных, клубов.

Коридор заканчивался двумя дверьми. Одна, на красивых бронзовых петлях, была отделана изящной резьбой. Кабинет. Вторая, попроще, почти сливалась с отделанной деревянными панелями стеной. Кладовая.

Филиппа тронула задвижку на двери кладовой. Та легко подалась. Сунув голову внутрь, она увидела выстроившиеся в ряд веники, швабры, щетки и ведра. На полках стояли какие-то лари и банки с воском, очевидна, для ухода за паркетом и мебелью.

Абсолютно ничего подозрительного. Филиппа отступила назад и осторожно закрыла дверь, постаравшись не щелкнуть задвижкой. Потом обернулась и оказалась лицом к лицу с седым мужчиной в откровенно уродливом жилете, который наблюдая за ней, стояв дверное проеме. Она замерла с полуоткрытым ртом, собираясь объяснить свое присутствие, но так и не нашла подходящего предлога.

Мужчина, сложив натруди руки, пристально смотрел на нее.

– И с чего бы это вдруг парень, который, прошу заметить, не является членом этого очень закрытого клуба, сует свой нос в чулан со щетками?

К ним подошел Робби.

– Это мой гувернер, мистер Джекем. Филипп Уолтерс его кличут.

– Зовут, Робби, – машинально поправила его Филиппа.

Мужчина продолжал пристально и с подозрением смотреть на нее. Ведь ее застигли, в тот самый момент, когда она шпионила. И как она может объяснить свой интерес к веникам?

– Значит, ты работаешь у мистера Каннингтона? – Джекем окинул ее с ног до головы таким взглядом, от которого, как она опасалась, мало что могло укрыться. – Нелегко тебе пришлось, верно? Хотелось бы иметь хорошего хозяина, который мог бы о тебе позаботиться? – Он подвинулся ближе к Филиппе, и она вынуждена была посмотреть в его бесцветные глаза. – Джеймс Каннингтон – лучший из тех, кого я знаю. А также из тех, с кем тебе придется иметь дело. Настоящий джентльмен и друг для своих, если ты понимаешь о чем я.

Продолжая рассматривать Филиппу, Джекем наклонился и шепнул ей на ухо:

– Что-то с тобой не так. Не могу определить, что именно, но точно знаю: мне это не нравится.

Джекем сделал шаг назад и улыбнулся, взгляд его при этом оставался холодным.

– А теперь, Робби, отведи-ка своего гувернера туда, где ему следует находиться. Здесь нет ничего любопытного, кроме щеток и веников.

Филиппа с радостью воспользовалась возможностью ретироваться, Робби следовал за ней по пятам. Ее немного знобило, к горлу подступила тошнота. Но с чего она так разволновалась? У этого человека были все основания отругать ее за то, что она сует свой нос куда не следует. Еще он сказал, что она ему не нравится. Ну и что?

– Кто это? – спросила она Робби.

– Джекем, он здесь всем заправляет. Раньше он был самым знаменитым вором.

Филиппа не могла прийти в себя от изумления. Джеймс Каннингтон якшается с ворами. Она многое сможет разузнать, если снова удастся проникнуть в этот клуб.

И все же она обрадовалась, когда Робби согласился пойти домой. Что-то странное было в этом клубе. Когда они выходили через парадную дверь, Филиппа заметила небольшой переулок сбоку от здания и, повинуясь инстинкту, свернула туда.

Довольно длинный переулок, постепенно сужаясь, тянулся вдоль здания, в конце поворачивая за тыльную стену высокого кирпичного особняка. Это был очень длинный особняк, гораздо длиннее, чем можно было предположить, побывав внутри клуба.

А это означало, что она видела лишь половину внутренней части здания.

Глава 7

Когда Джеймс подошел к той комнате в старом дворце, который стал тюрьмой для леди Лавинии Уинчелл, он увидел самого премьер-министра, выходившего через противоположную дверь.

– Милорд! – воскликнул Джеймс, стремительно бросившись к нему.

Невысокого худощавого премьера сопровождали двое – охранник и секретарь. Поравнявшись с ними, Джеймс встретился взглядом с лордом Ливерпулом, который смотрел на него, гневно вскинув брови.

– Не забывайте о своем достоинстве, – произнес премьер-министр с мягкой укоризной, если вообще выговор этого самого могущественного человека в Англии мог быть мягким.

Джеймс смущенно поклонился, но в его голове было слишком много вопросов, чтобы думать о внешних приличиях.

– Милорд, вы приходили, чтобы встретиться с леди Уинчелл?

Ливерпул поджал губы и дернул бровями в направлении своих сопровождающих. Затем сделал шаг в сторону, знаком приказав Джеймсу следовать за ним.

– Поскольку вы горите желанием получить ответ на свой вопрос, да, я только что разговаривал с миледи, – очень тихо произнес он.

– Узнали что-то новое?

Ливерпул ждал, пристально глядя на Джеймса. Взяв себя в руки, Джеймс опустил голову.

– Прошу меня извинить, милорд. Я лишь хотел узнать, не предоставила ли она каких-либо свидетельств, которые могут быть использованы для доказательства ее вины.

Ливерпул покачал головой:

– Едва ли стоит этого ждать. Леди Уинчелл полностью осознает грозящую ей опасность. Поэтому продолжает утверждать, что не имела намерения стрелять в меня, а хотела отомстить вам за то, что вы ее отвергли.

У Джеймса заныло раненое плечо. Ведь попавшая в него пуля была предназначена этому великому человеку.

– Мы должны уничтожить ее, милорд! Она предатель и хладнокровный убийца.

– Я в этом не сомневаюсь. Но если красивая женщина из высшего общества предстанет перед судьей и присяжными, разве смогут они оставаться безучастными, увидев ее слезы и услышав ее мольбы? Пока у нас не будет доказательств и настоящих улик, мы ничего не можем ей предъявить, кроме прелюбодеяния, а ее супруг не станет выдвигать обвинения в супружеской неверности. Лорд Уинчелл опять до безумия влюблен в свою молодую прелестную жену.

– Кроме того, он пытается сохранить лицо, – с усмешкой произнес Джеймс. – Но я могу найти доказательства. Мне известно, где их искать. Наш дешифровщик в настоящее время обрабатывает входящую и исходящую корреспонденцию леди Уинчелл, пытаясь найти ключ к коду.

Ливерпул холодно посмотрел на Джеймса.

– У вас было много времени, Каннингтон, чтобы собрать доказательства по этому делу и выдвинуть обвинение. Я больше не могу игнорировать просьбы лорда Уинчелла. Кроме того, многие члены парламента относятся к этому делу неодобрительно.