Марша Кэнхем - Железная роза

Оставив Нога Келли размышлять над такой перспективой, Джульетта подошла к Натану, стоявшему у борта.

— Знаешь, а Ног прав. Ты рискуешь сверх всякой меры.

Тебе ничего не нужно доказывать нам, девочка. Мы все видели, как ты перерезала глотку врагу и взбиралась по вантам в бурю, — сказал Натан, потом, помолчав, бросил на нее хитрый взгляд, — и как танцевала ночью на рее.

— А что, если я совсем не собираюсь что-нибудь доказывать, Нат? Что, если мне просто нравится это делать?

— Тогда ты такая же чокнутая, как твоя мать. Спаси ее Господи!

— Ты считаешь, что ее нужно спасать?

— Не-а. У нее есть твой отец, чтобы присматривать за ней. Хотя если подумать, так он такой же чокнутый, как и она. Так что они два сапога пара.

Джульетта засмеялась — Надеюсь, ты не воображаешь, будто и меня спасет какой-нибудь добрый человек?

— Нет, — фыркнул Крисп, — тут потребуется чертовски добрый человек, готовый за тебя душу отдать. Как вот этот недотепа! — Он показал своей незажженной трубкой на плотника. — Он уже давно тебя хочет и только ждет случая. Теперь Ног и помочиться не сможет, после того как ты с ним поговорила. Ручаюсь, он только и будет представлять, как ты ешь его яйца.

В отличие от Келли Натан за словом в карман не лез, независимо от темы разговора.

— Если уж мы заговорили о яйцах, — сказала Джульетта, — что ты думаешь о герцогских?

Крисп почесал щетину на подбородке.

— Ну, я его не очень-то рассматривал, не то что ты. Но бьюсь об заклад — они у него такие же большие, как и он сам.

— Я совсем не это имела в виду, — вздохнула Джульетта.

Крисп хихикнул:

— Нет? Ну, думаю, все равно с ним беды не оберешься.

Слишком уж он скользкий да речистый тип. А что касается твоего отца, то ничего хорошего не будет, попомни мои слова. Капитан Симон не поблагодарит тебя за то, что ты привезешь в бухту этого герцога. — Он перегнулся через борт и сплюнул. — А еще я думаю, он тебя выпорет за то, что ты в одиночку напала на военный корабль.

На короткое время воцарилось молчание, а затем долго сдерживаемая радость от победы над испанцами прорвалась наружу. Джульетта разразилась громким торжествующим смехом. Натан Крисп тут же сорвал со своей головы шапку и принялся колотить ею о борт, громко хохоча и выкрикивая что-то невнятное.

— Ты можешь в это поверить, девочка? Великий «Санто-Доминго»! Гроза морей — а мы его взяли! Господи Иисусе, мы ведь не только насолили испанскому адмиралу и его надутым донам. Ручаюсь, что этот гребаный Филипп этой гребаной Испании закатит истерику и снова введет суд инквизиции.

— Да, но ты думаешь, отец будет доволен?

— Доволен? — переспросил Крисп. — Его это развеселит так, что он поручит тебе вести твой корабль справа от него, когда снова отправится на охоту.

— Ты правда так думаешь? — Джульетта не смогла скрыть своей радости. Она смеялась, и лицо ее совершенно преобразилось. Обычно жесткий подбородок смягчился, глаза засияли в лунном свете. Губы стали мягкими и нежными, совсем не такими они бывали, когда она грозно отдавала приказы, которых никто не смел ослушаться.

Джульетте хотелось кинуться на шею Криспу, но она понимала, что в их дружеских отношениях есть определенные границы. Вместо этого девушка представила себе ошеломленные и раздраженные лица своих братьев, когда они узнают о ее добыче. Ведь им до сих пор удавалось лишь захватывать каракки у берегов Колумбии, полные вонючих буканьеров[4].

— Джонас и Гейбриел позеленеют от зависти. Точно говорю!

— Ага, они не обрадуются, что их сестра захватила самую большую добычу в Карибском море. Тебе нужно быть осторожней и ночью одной не выходить.

Джульетта задумалась, нахмурив брови:

— Неужели ты думаешь что они…

— Кто предостережен, тот вооружен.

Джульетта только отмахнулась от его наставлений:

— Приближается сезон охоты, у них просто не будет времени на детские проказы.

— В прошлый раз, когда ты им досадила, они так тебя разукрасили! Помнишь? Эта парочка всегда найдет время для проделок, мы же оба об этом прекрасно знаем.

Джульетта внимательно вглядывалась в лицо Криспа.

— Ты понимаешь, что вместе с «Санто-Доминго» у нас теперь шесть судов? Значит, не только корабли в море будут бояться Пирата Волка. Теперь у нас достаточно сил, чтобы напасть на Картахену, Маракаибо, даже на Панаму.

— Эй, потише, девочка. Не слишком ли ты замахнулась?

Маракаибо? Картахена? Панама?

— Мы сможем захватить весь Испанский Мэн. И Джонас с Гейбриелом первыми согласятся с этим…

Крисп перебил ее:

— Да чтоб мне сдохнуть, если я удивлюсь тому, что твои братья примут участие в этой безумной затее. А ты думаешь, у испанцев больше нет кораблей, чтобы отправить их в погоню за нами?

— Может быть, они перестанут, как собаки, травить отца…

— Симон Данте никогда не успокоится. Это ведь испанцы оставили шрамы на его спине. Из-за проклятого паписта твоя мать лишилась руки. Нет, у него слишком много причин охотиться за донами, но между нападением на корабли в открытом, море и штурмом укрепленного порта чертовски большая разница.

Натан Крисп помолчал и сунул в рот незажженную трубку.

— Такого не делали со времен Дрейка, который напал на Маракаибо почти сорок лет назад. А с тех пор испанцы укрепили свою береговую оборону, увеличили гарнизоны на несколько сотен тысяч солдат, построили хорошо вооруженные корабли, такие как «Санто-Доминго», для патрулирования береговой линии, чтобы держать эти воды свободными от таких собак, как мы.

Джульетта знала, что с Криспом лучше не спорить, особенно когда он закусывал свою трубку так, будто хотел перекусить чубук. На самом деле возразить было нечего. Симон Данте действительно провел пять лет прикованным к веслам на испанской галере. И даже если бы рубцы на спине не смогли напомнить об унижениях, которые он претерпел от испанцев, ему было достаточно посмотреть на пустой рукав, свисающий с левого локтя жены.

Произошло это почти пять лет назад. Симон Данте на своих кораблях «Мститель» и «Черный лебедь» отправился на охоту во Флоридский пролив. Изабелла, как всегда, была у штурвала «Лебедя». Они выследили галеоны, перевозившие ценные грузы из Вест-Индии в Испанию, и обратили внимание на два отставших корабля поменьше. Третий корабль — галеон держался поблизости, это было конвойное судно. На первый взгляд казалось, что у него проблемы с управлением, но на самом деле корабль так тяжело переваливался с боку на бок из-за шестидесяти четырех пушек, которые он нес на своих трех палубах. Самая верхняя была выкрашена в черный цвет, чтобы на ней не выделялись закрытые орудийные порты. Казалось, капитан судна по собственной глупости отбился от остального каравана судов. На самом же деле он мастерски завлекал каперские корабли в ловушку. Изабелле показалось, что ничто не мешает ей напасть на этот галеон. Тем более что «Мститель» под командованием Симона Данте разворачивался, чтобы подойти к испанцу с кормы. Изабелла ринулась в бой, И только когда «Черный лебедь» оказался в зоне действия испанских орудий, порты на верхней палубе открылись и Изабелла Данте поняла, какую оплошность она совершила.