Дебра Коуэн - Бутон страсти

Он поднял брови и убрал свою руку.

— С какой стати? Ты уже кое-что сделала, гораздо больше, чем я.

— Ты о чем?

— О доме, о моих рубашках. — Он пожал плечами, слегка смущенный.

Первый раз Ли почувствовала лучик надежды и улыбнулась.

— Значит, ты понял? Не зря, значит, съездил в Кейп?

Он смотрел на нее секунду, как будто проверяя, серьезно она говорит или нет, и тоже улыбнулся. Первый раз Ли увидела, как обаятельна его улыбка, и как-то сладостно-томительно отозвалось ее тело.

— Ты подшучиваешь надо мной?

— Да, — улыбнулась она, доврльная этим внезапным взаимопониманием.

— А ты даже больше похожа на Джека, чем я думал. Тут могут возникнуть проблемы.

— На Джека? — переспросила она в деланном гневе. — Ну, уж вы знаете, как задеть, мистер Монтгомери, — ответила она, но тут же осеклась, поняв, что взяла слишком игривый тон.

Казалось, Кэбот это тоже понял. Он быстро отвернулся, поднял с пола свое полотенце и скрылся за ширмой.

— Ты говорила, что пора ложиться? Долгий был день сегодня.

— Да, — ответила Ли, быстро скинув с себя халат и нырнув под одеяло.

— Ты ходила сегодня…

Его последние слова заглушил раскат грома. Гроза по-прежнему бушевала на улице. Она вся застыла под одеялом, комкая руками простыню. Грохотанье постепенно утихло, и она осторожно открыла глаза.

Кэбот стоял у края кровати и смотрел на нее. Она прочла в его глазах не успевшее спрятаться желание и, покраснев, отвела взгляд. Он погасил свет и направился к кровати.

Стон чуть было не вырвался из ее груди. Она хотела восстановить их деловые отношения, но заявление Кэбота все расстроило.

«Он ожидает, что я сама приду к нему?» — запаниковала она. Ткань зашуршала на полу, затем матрац прогнулся под тяжестью его тела. Лежа в темноте, Ли с пыталась прогнать мысль о том, что рядом с ней лежит обнаженный Кэбот.

«Подумай о чем-нибудь другом», — приказала она себе.

Мысли ее вернулись к Роберту и книге, обнаруженной ею недавно. Но об этом думать ей тоже не хотелось.

— Ли? — тихо спросил Кэбот.

Вздрогнув от неожиданности, в напряженном ожидании следующего громового раската, она вымолвила:

— Да?

— Может быть, тебе стоит заняться починкой моих рубашек? Мэдди прекрасная домохозяйка, но… — Раскаты грома заглушили его слова. Когда шум утих, он продолжал: — Мэдди — прекрасная домохозяйка, но никудышная швея.

Ли повернула голову к нему, с трудом различая его лицо в темноте. Он лежал на спине с закрытыми глазами. «Зачем он говорил это: для того, чтобы прогнать мои страхи, или чтобы приготовиться к еще одной ночи?»

— Хорошо, с удовольствием.

Опять комнату залило светом от молнии, пронзившей темноту. Ли сжалась в комок, ожидая удара грома.

Он пытался перекричать шум:

— Может быть, когда-нибудь еще раз испечешь такой же пирог?

— Ладно.

Ли поняла: Кэбот говорил, чтобы отвлечь ее, и на сердце у нее стало легче.

Снова прогремел гром, и снова лицо Роберта встало перед ее глазами.

— Самый вкусный пирог, который я когда-либо ел, — убаюкивал ее Кэбот.

Ли попыталась улыбнуться, все еще испуганная последней вспышкой молнии. Мысли о Роберте незвано посещали ее уже не первую ночь. Почему-то она не могла представить себе Кэбота Монтгомери замешанным в таком деле.

Она почувствовала, как слегка осел матрац и как Кэбот привалился к ее спине. Она застыла, не зная, чего ожидать.

Несколько долгих минут она лежала не шевелясь, и только потом поняла, что он давно уже спит. Она почувствовала усталость во всем теле и глубоко вздохнула. Где-то вдалеке сверкала молния, изредка прорезывая темноту. Она не думала, что сможет предложить себя Кэботу, и ей не очень-то нравились те обязательства, которые он на нее возложил, но теперь, по крайней мере, между ними установилось перемирие.

Возвращаясь с работы домой несколько дней спустя, Кэбот на мгновение замер на крыльце, наслаждаясь очарованием ночи. Он посмотрел вокруг. Его всегда охватывала гордость при виде своих владений.

Двухэтажный дом, окруженный кленами и соснами, обращенный фасадом на запад. С северной стороны между деревьев — темная гладь реки, с серебристой лунной дорожкой посередине. Красиво, спокойно, уютно.

Три дня прошло с тех пор, как он рассказал Ли о своих планах. Три дня все нарастающего желания и изматывающего томления. Большую часть дня он мог пересиливать себя, но ночью…

Прошлой ночью он проснулся от того, что Ли во сне прислонилась к его спине. Он весь напрягся, чтобы не потянуться к ней.

Сможет ли он действительно дождаться, пока она сама придет к нему? Он глубоко вздохнул, испытывая приятное щекотание глубоко в груди. Он пытался не поддаваться сомнениям, которые все больше и больше охватывали его.

Разве он не приучил свое тело терпеть боль и неудобства за все время, проведенное в приюте с Джоном Бутчером? Испытание, которое ему устраивала Ли, конечно, не могло сравниться с избиениями, пытками огнем и карцером, на которые был щедр начальник приюта.

«А может, я просто глуп? Может, Ли права? Возможно, она никогда и не придет ко мне сама. — Он провел рукой по груди, пытаясь сквозь рубашку нащупать свой шрам. — Да нет, между нами что-то возникло. Она не сможет противостоять этому все время. Я рядом, из плоти и крови. Роберт Беккер — всего лишь воспоминание».

Кэбот, не переставая думать о ней, вошел в дом и осторожно прикрыл за собой дверь. Он снял пальто и повесил его на вешалку для шляп. В гостиной никого не было, и Кэбот стал подниматься на второй этаж. Он надеялся, что Ли уже спит, и тогда он тихо нырнет в постель, стараясь избавиться от воспоминаний о прикосновении ее тела вчерашней ночью.

Дверь спальни была открыта, и он ступил внутрь.

Ему бросилось в глаза оставленное на полу вышивание, разбросанные повсюду нитки. Кусочек ярко-красного вельветового халата виднелся под кроватью.

— Ли? Ты здесь? — с тревогой в голосе спросил он.

— Да, — послышался ее приглушенный голос, и через минуту она вынырнула из-под кровати.

— Ты что там делала?

Увидев ее, он почувствовал, как сильнее забилось у него сердце. У нее развязался пояс, и полы халата распахнулись, представив его взору все ту же прозрачную ночную рубашку и то, что было под ней.

Ли запахнула халат.

— Я вышивала подушку маме в подарок и потеряла иголку. Она где-то под кроватью. — Волосы ее были в полном беспорядке.

Кэбот направился к тумбочке возле кровати, чтобы взять лампу.

— Давай поищем вместе, — предложил он.

Он встал на колени с одной стороны кровати, Ли двигалась на коленях с другой. Он передал ей лампу и лег на холодный деревянный пол. Ему не было видно, и он дотронулся до ее запястья, чтобы направить свет лампы в нужное место.