Мэй Макголдрик - Бунтарка

– Мне бы тоже очень хотелось, чтобы вы получше познакомились с моей сестрой, – ответила Клара, и он снова увидел, как Джейн поправила свою ужасную шляпку.

– Что, если мы оба ее догоним и скажем, что она не помешает нашей беседе?

– К сожалению, у моей сестры свое мнение на сей счет. Я его не разделяю.

– Не сомневаюсь в этом. Можно мне задать вам один вопрос? – Клара настороженно кивнула. – После вчерашней встречи с мисс Джейн меня мучает любопытство. Не можете ли вы объяснить, почему ваша сестра не ездила с семьей в Лондон прошлой весной?

– Не захотела. Она вообще с нами никуда не ездит.

– Тогда почему в вашей семье ни разу не упоминали о существовании старшей дочери? – Николас пытливо посмотрел на Клару. – Это тоже решение Джейн, чтобы ни родители, ни сестра ее не признавали? Скажите, Клара, ее в младенчестве не подбросили к порогу вашего дома цыгане?

– Что вы, сэр! – Клара не отводила глаз от поводьев, надежно обмотанных вокруг ее кистей. – Джейн – моя единственная сестра. Она очень дорога мне и всем нам.

– И все же вы не можете объяснить, почему ее существование окружено тайной. Попытаюсь выяснить это у сэра Томаса.

– Я… я… как вам будет угодно, сэр. Но должна вам честно сказать, что моя сестра никогда не горела желанием быть представленной обществу, как была представлена я. Балы в ее честь никогда не устраивались. Официально за ней никто не ухаживал. Джейн никогда не стремилась найти мужа в лондонском светском обществе. – Помолчав, Клара нерешительно добавила: – Правда, на мой счет у моих родителей были другие планы. Ни для кого не секрет, что родители вывезли меня в Лондон с намерением выдать замуж за достойного человека, имеющего титул и состояние.

При наличии соответствующего титула, характеристик и богатства, подумал Николас, на эту роль сгодился бы любой, кто носит штаны. Брак вновь явил Николасу свою коммерческую сторону, и он испытал отвращение. Весь этот процесс слишком уж смахивал на то, как хозяин породистой кобылы отправился на сельскую ярмарку подыскивать для нее жеребца. Оставалось только сойтись в цене, и сэр Томас, несомненно, хорошо к этому подготовился.

Весной прошлого года приятель Николаса Стенмор женился на Ребекке Невилл. Перед поездкой в Ирландию Николас навестил их в Солгрейве. Сэмюел Фредерик Уэйкфилд родился в конце июля. Старший мальчик, Джеймс, приехавший домой на каникулы, смотрел на младенца с обожанием. Николас не мог припомнить второй такой счастливой семьи, как Стенморы.

Однако Николас искал себе невесту так, как и большинство мужчин.

Впереди на вершине холма Джейн вынула из головы шпильку, чтобы закрепить шляпку, когда резким порывом ветра ее сорвало с головы вместе с вуалью и пронесло мимо них. Не мешкая ни секунды, Николас развернул лошадь и, выхватив из ножен шпагу, пригвоздил беглянку к земле. Подняв шляпку на острие клинка, как драгоценный трофей, убрал шпагу в ножны и подъехал к сестрам, которые во все глаза смотрели на него.

Однако Николас видел в этот момент только лицо Джейн с распущенными по плечам волосами, танцующими на ветру. Ее темные глаза настороженно следили за каждым его движением. Перед ним снова была женщина, которую он вчера стащил на землю с лошади. Он пожирал ее голодным взглядом, начиная от кончиков сапог и кончая гордым подбородком и припухшим от синяка ртом. Он не мог отвести глаз от ее чувственных губ и запретить себе думать об их возможном вкусе.

– Что ж, сэр, – произнесла Джейн, когда он приблизился к ним. Она была взволнована, словно прочла его мысли. – Похоже… похоже, вы не только догнали ее, но и нанесли ей смертельный удар!

– Возможно. – Николас вставил палец в отверстие, прорезанное шпагой в бобровой шкурке. – Я возмещу нанесенный ущерб.

– Нет нужды, – ответила Джейн. – Я и такую могу носить. Когда вернемся в Вудфилд-Хаус, Фей ее починит.

Она протянула руку, чтобы взять у Николаса шляпку, но в тот момент, когда Джейн хотела взять ее, он разжал пальцы и шляпку унес порыв ветра.

Джейн смотрела, как шляпка набирает высоту. Вместо того чтобы броситься в погоню, Николас воспользовался возможностью разглядеть прелестное лицо женщины вблизи.

– Вот видите, теперь вам придется позволить мне найти замену.

– На самом деле это шляпа нашей матери, – пояснила Клара, выезжая вперед. – Уверяю вас, искать ее она не станет.

Джейн еще некоторое время смотрела, как шляпка катится по болотным кочкам, после чего перевела взгляд на сестру.

– Что ж, видно, так угодно судьбе. И все же я не могу сопровождать вас в Балликлоу. Но если вы извинитесь за меня перед преподобным Адамсом и миссис Браун…

– Нет, Джейн. Ты обещала приехать.

– Знаю, что обещала. Но, учитывая мой вид…

– Он еще вчера видел синяк на твоем лице.

– Но миссис Браун не видела.

– На свету он не особенно заметен. – Клара наклонилась, касаясь локтя сестры. – Ты хорошо выглядишь, Джейн. Скажите ей, сэр Николас, что она хорошо выглядит.

– Я бы сказал, что мисс Пьюрфой выглядит не просто хорошо, а восхитительно, – тихо произнес Николас. – Я буду очень огорчен, если она лишит нас своего очаровательного общества в столь приятный день.

– Поехали, Джейн, пожалуйста. Преподобный Адамс давно просил тебя наведаться в Балликлоу, тем более что мы почти на месте.

Прекрасные черты старшей сестры омрачило выражение досады, и она вновь бросила тоскливый взгляд в сторону, куда улетела ее ужасная шляпка. Еще видимая вдали, она полоскалась в грязи заполненной водой канавы, зацепившись вуалью за ежевичный куст.

– Джейн! – Той Клары свидетельствовал о том, что она не хочет оставаться с Николасом наедине, чему тот был очень рад.

– Я провожу вас до околицы, а потом поеду навестить подругу в окрестностях Баттеванта. На обратном пути заеду к преподобному Адамсу, и мы вместе вернемся в Вудфилд-Хаус.

Клара испытала явное облегчение, и все трое вновь повернули лошадей на север. Пока Джейн не ускакала вперед, Николас завел с ней разговор:

– Я удивлен, мисс Джейн, что в ваших поездках вас никто не сопровождает. Вы не боитесь «Белых мстителей»?

– Нет, сэр Николас. – Она смотрела прямо перед собой. – После инцидентов, подобных вчерашнему, они никогда не появляются повторно в той же местности. Вас это как-то смущает, сэр?

– Вовсе нет.

– А как ваша рука?

– Гораздо лучше. А ваше лицо?

– Я в полном порядке. Спасибо.

Николас подавил улыбку, и некоторое время троица продолжала путь в молчании.

– Вчера ночью была сильная гроза. Как вы обе спали?

– Сон – единственное, что ценит Джейн в жизни, – заметила Клара. – Сегодняшние капризы моей сестры объясняются тем, что ее слишком рано разбудили.