Барбара Картленд - Вор и любовь

Теперь они боролись на самом краю дороги, и Элоэ чувствовала, что он побеждает. Ее сердце гулко билось, она слышала собственное прерывистое дыхание, а он все сильнее и сильнее прижимал ее к себе. Она в отчаянии пыталась его оттолкнуть от себя. И когда, потеряв всякую надежду, она попыталась закричать, попыталась увернуться от его приближающихся губ, готовых вцепиться в ее рот, она вдруг услышала чей-то голос.

– Что здесь происходит?

От неожиданности и резкого тона, которым был задан этот вопрос, Калверт Бейзил ослабил свои объятия, и Элоэ, не без усилия, отшатнулась от него, а затем взглянула наверх широко раскрытыми глазами на мужчину, стоящего на дороге. Она не верила своим глазам.

В нескольких метрах от них вниз по дороге – должно быть, они не заметили, как он проехал, пока сражались, – стоял большой красный «мерседес», а человеком, пришедшим ей на помощь, оказался тот, кого меньше всего она ожидала увидеть в качестве своего спасителя. Он стоял с непокрытой головой в лучах солнечного света, с жестким выражением на губах.

Элоэ судорожно глотнула воздух и сдавленным шепотом, потому что голос ей отказывал, произнесла его имя.

– Дикс! Дикс!

Она не осознавала, как добралась до него. Ноги ее подкашивались, однако каким-то образом она оказалась рядом с ним, опираясь на его руку.

– Кто этот человек?

Она никогда не думала, что можно так радоваться тому, что тебе кто-то повстречался.

– Это… Человек, которого я… подвозила, – заикаясь, выдавила она из себя. – Помогите мне… Уехать отсюда. Я должна добраться… Добраться до… Тура.

Он посмотрел на нее сверху вниз, все еще прильнувшую к нему. Почти инстинктивно она выпрямилась.

– Вы в состоянии вести машину?

– Да… Конечно.

Она полностью овладела собой, страх исчез. Рукой Элоэ пригладила растрепавшиеся волосы, заправила за пояс юбки выбившуюся блузку.

– Тогда садитесь в свою машину. Поезжайте прямо по дороге примерно три или четыре мили, а затем остановитесь. Я вас догоню.

Она беспрекословно подчинилась, преисполненная благодарности за то, что он взял все в свои руки. Она хотела только одного – уехать отсюда и даже не взглянула на то место, где стоял мистер Калверт, глазея на них, широко раскрыв рот от изумления.

Элоэ подбежала к «кадиллаку», забралась в него и завела мотор. Когда она трогалась с места, она услышала пронзительный голос мистера Калверта, как будто бы он оправдывался. Она видела, как Дикс подошел к нему, видела, как сжался его кулак, а затем «кадиллак» вырулил на основную дорогу и понесся вперед со скоростью семьдесят миль в час.

Она проехала около пяти миль, прежде чем вспомнила, что должна остановиться, чтобы Дикс смог ее догнать. И только в этот момент она вспомнила, что, несмотря на то, что он спас ее от ужаса и несчастья, он оставался вором. Он обманул и предал ее.

Что же ей делать? Остановиться? Или уехать прочь от него, отказавшись с ним разговаривать?

Она чувствовала, что это именно то, что она должна сделать; и все же она знала, что не сможет так поступить, потому что он спас ее, потому что он появился как раз в самый нужный момент. Она не была трусихой, но все-таки она боялась встречи с ним, боялась того, что она может ему сказать.

Какой смысл в том, что она станет обвинять и бранить его? Это было так же безнадежно и бесполезно, как бороться против мужской силы в лице Бейзила Калверта. Она почувствовала себя полностью неспособной разобраться во всех этих вещах и все-таки подкатила «кадиллак» к остановке на вершине холма, с которого открывался вид на залитую солнцем долину.

Мир был так прекрасен. Она почувствовала, как ее сердце почти открылось навстречу красоте и чуду этого мира. Однако люди так его портят. Почему человек не может быть таким же прекрасным, как мир, в котором он живет? Пока она задавала себе этот вопрос, она услышала, как сзади нее остановилась машина.

Только теперь она вспомнила о своей внешности и, достав из сумки косметичку, припудрила нос. Она расчесывала волосы перед зеркалом заднего обзора, когда Дикс открыл дверь машины и сел в нее.

Элоэ не взглянула на него. Она отложила расческу и сказала холодным, тихим голосом:

– Спасибо, что пришли мне на помощь.

– Было очень кстати, не так ли? – спросил он. – Я думал, что проехал мимо вас вчера, но потом решил, что ошибся. Когда я остановился, чтобы заправиться, в Аленконе, я вышел из машины размять ноги, пока мне наполняли бак. Служащие гаража спорили о преимуществах «кадиллаков». Я услышал, как они упоминали о том, что они чинили в то утро, и я спросил, кому он принадлежал. Они описали вас, и я понял, что не ошибся. Мне сказали, что вы поехали в Тур, поэтому я подумал, что мог проехать мимо вас. «Мерседес» – очень быстрая машина!

Она знала, что его глаза сверкали. И все-таки она на него не смотрела.

– Вы были очень добры, что остановились, – сказала она.

– Как вы могли быть такой маленькой дурочкой, чтобы подсадить к себе подобного типа?

Она была так удивлена его словами, что повернулась и посмотрела прямо на него. Его взгляд был суровым, но в уголках рта играла улыбка. Она была уже готова пуститься в объяснения, но потом вспомнила.

– Как оказалось, я не так уж хорошо разбираюсь в людях, – сказала она, и от него не ускользнула горечь в ее голосе.

– Что такое? Вы что, жалеете о том, что дали мне еще один шанс?

– Еще один шанс! Вы смеялись надо мной, – сказала она обвиняюще. – Я дала вам шанс, я поверила в вас, а вы все это время меня обманывали. О, должно быть, для вас все выглядело очень забавно и являлось частью вашего обычного арсенала средств, которым пользуются представители определенной профессии, чтобы убедить такую легковерную дуру, как я, в том, что вы действительно собираетесь встать на путь исправления, а на самом деле, она все это время лежала у вас в кармане.

– О чем вы говорите? – удивился он.

– Я вас обвиняю в том, что вы вор, – горячо произнесла Элоэ. – О, вы не взяли миниатюру, которую я обнаружила у вас в руках, но вы к тому моменту уже взяли брошь!

Дикс сжал ее плечи с такой силой, что она почувствовала, как его пальцы впиваются в нее.

– О чем вы говорите? Какая брошь?

– Сапфировая брошь Лью Деранж, которая лежала в ящике, – ответила Элоэ. – В тот вечер она лежала там. Лью помнит, как она ее туда положила. Когда несколько дней спустя она стала ее искать, оказалось, что броши там нет.

– Итак, я взял ее, не так ли?

– Конечно, вы, зачем лгать?

Она хотела отвернуться от него, но он ее не отпускал.

– Зачем вы мне лжете? – повторила она. – Я поверила в вас. Я молилась за вас, как и обещала.

Он отпустил ее плечи и взял обе ее руки в свои. В его движениях появилась неожиданная мягкость, что удивило ее.