Валери Кинг - Виньетка (Влюбленный повеса)

Джейн слушала, и слова Торпа причиняли ей боль. Он считал ее такой же безнравственной, как он сам, и это больше всего ранило ее. Да что он на самом деле знает о ее жизни, о ее трудностях? Ничего! Лорд Торп из тех, кто видит только то, что желает видеть. А говорит и делает только то, что отвечает его планам.

— Между нами существует разница, — сказала она наконец. — Вы обманули меня. И я презираю вас.

— Я поверил бы, если бы не помнил, как вы наслаждались прошлой ночью. Скажите честно, миссис Амбергейт, — вы ведь только убеждали себя, что занимаетесь любовью с Уэйнгровом. Женщина не может так ошибиться! Это я был в вашем сердце, это со мной вы занимались любовью, а не с Фредди. Признайтесь же наконец, что думали обо мне!

Все это время он продолжал держать ее за руку, но Джейн уже было все равно.

— Да, я думала о вас, — тихо произнесла она. — Что скрывать, я мечтала о вас с первого дня — помните, конечно, — тогда, в Гайд-парке, Торп, вы посмотрели на меня, и мне показалось, что небеса разверзлись и осыпали меня золотым дождем. Вы мгновенно покорили мое сердце. Вот тогда я действительно постоянно думала о вас. Мне так хотелось, чтобы вы меня полюбили! А затем мне рассказали — и о миссис Ньюстед, и о других… Может, мне и не суждено стать женой Фредди, но вашей любовницей я не буду — уж это точно. Не хочу, чтобы мной попользовались, а потом отбросили за ненадобностью. Я презираю вас, лорд Торп. Вы для меня не существуете. Отдайте мне ключ, и, если вы надумаете еще раз подойти близко к моей спальне, не ждите, что я буду молчать!

— Это еще не конец. — В голубых глазах Торпа мелькнула усмешка. — Вот увидите, в течение ближайших двух недель вы станете моей любовницей!

— В ближайшие две недели я буду помолвлена с Фредди Уэйнгровом! — парировала Джейн. Вздернув подбородок, она освободила руку, вызывающе улыбнулась и забрала свой ключ. Затем резко повернулась и пошла прочь.

Торп посмотрел ей вслед и снова оперся ногой о каменную скамейку. Постоял, глядя на сверкающий носок своего сапога, перебирая в памяти все, что они сказали друг другу. Теперь еще острее, чем прежде, он желал обладать ею, сломать ее сопротивление, разрушить их роман с Уэйнгровом! У него оставалось тринадцать дней на то, чтобы довести до конца задуманное. Тринадцать дней, и он не намерен терять ни одного из них.

Итак, Джейн Амбергейт снова открылась ему с неожиданной стороны. Он был уверен, что теперь-то она никуда не денется — однажды проведя с ним ночь. Но оказалось, что не так-то просто удержать ее, овладеть ее телом и душой. Торп почувствовал знакомую дрожь, охотничий азарт.

Но что же делать дальше? Как теперь вернуть ее расположение? Сейчас она станет еще осторожнее… И все-таки в подобной ситуации любая женщина уязвима — он-то знал это очень, хорошо.

Выйдя из тисового лабиринта, Торп неожиданно столкнулся с миссис Ньюстед, появившейся из расположенного рядом цветника.

— Эй, что вы здесь делаете? — весело закричала она. — Вот уж не думала, что вы любите лабиринты! Или у вас здесь было свидание с какой-нибудь местной девушкой?

Софи Ньюстед была немного ниже ростом, чем Джейн. На ней было бледно-желтое платье из индийского коленкора, отделанное понизу тремя рядами рюшей василькового цвета. Соломенная шляпка с голубым бантом прикрывала белокурые локоны. Ленты красиво оттеняли голубизну глаз, и на какой-то момент в сердце Торпа шевельнулась прежняя страсть.

Софи была живой, подвижной, и в ней проглядывало что-то кукольное: маленький носик, щечки с ямочками, нежно-розовые губки, слегка тронутые тонким слоем помады. Хороша, черт побери! Торп даже почувствовал неожиданное желание обнять и поцеловать ее — как когда-то. Но этот порыв исчез, как только он вспомнил о вспышках гнева, которым была подвержена Софи, о ее попытке женить его на себе.

Желание быстро испарилось: игра не стоила свеч.

— Вы прекрасно выглядите сегодня, Софи, — сказал Торп, аккуратно обходя заданный вопрос. — Действительно, просто превосходно. Весь Дербишир любуется вами!

Сделав шутливый реверанс и улыбнувшись, она взяла его под руку.

— Доставьте мне удовольствие, Торп. Прогуляйтесь со мной по саду!

Она потянула его назад к воротам, из которых только что вышла, и Торп без колебаний последовал за ней.

— Конечно, если вам будет это приятно, — галантно сказал он.

— Будет, будет! — сладко улыбнулась Софи. — Мне всегда приятно быть рядом с вами. Кроме того, я уверена, что и вам понравится в саду. Представляете, под каждый сорт цветов здесь отведено более полуакра земли! Вот вам и объяснение тому, что весь Дом утопает в цветах — букеты в каждой комнате, в каждом углу. Моя горничная рассказывала, что несколько слуг здесь заняты исключительно составлением букетов, чтобы дом постоянно благоухал и радовал глаз. Какое удивительное хозяйство у леди Сомеркоут! Мне просто стыдно за себя. — Она замолчала и вопросительно взглянула на него. — Однако вы так и не ответили на мой вопрос. Ни за что не поверю, что вы пришли в лабиринт с утра пораньше лишь для того, чтобы хорошенько промокнуть! Ну, с кем же у вас было свидание? Говорите, или я замучаю вас расспросами!

Он шутливо прижал руки к груди:

— Ваша угроза вселяет страх в мое сердце! Софи хихикнула и ущипнула его за локоть:

— Не валяйте дурака и рассказывайте! Торп поднял задвижку и распахнул ворота.

— Не расскажу, — заявил он, легко толкнув створку.

— Негодник! — смеясь, воскликнула Софи. — Все равно я от вас не отстану!

Торп улыбнулся в ответ, пропуская ее в огромный сад. Софи оказалась права: обилие цветов поражало — камелии, фиалки, розы, пионы, гвоздики, ирисы радовали глаз. В центре сада был разбит топиарий — кусты, искусно подстриженные в виде огромных чашек, чайника и соусника. В каждой чашке свободно мог бы поместиться ребенок. В дальнем углу сада кружком стояли ульи, аккуратно укрытые от дождя большими плетеными корзинами.

Окунувшись в атмосферу уютного благоухающего сада, Торп неожиданно почувствовал покой. Плечи его расслабились, пока они с Софи медленно брели по дорожке; Торп с наслаждением вдыхал чистый, напоенный ароматом цветов воздух. Напряжение, вызванное разговором с Джейн, стало спадать, все чувства пришли в равновесие. Торп наслаждался природой, Чаллестоном, и даже общество Софи было ему приятно. Но он напрасно надеялся, что Софи оставит его в покое.

— Мы теперь — добрые друзья, — вкрадчиво начала она. — И я считаю, что вы могли бы поделиться со мной. Ведь у вас, несомненно, было свидание с кем-то! С кем? — Она повернула к нему свое кукольное личико. — Ну? Что же вы хмуритесь? Или свидание было неудачным?