Бетина Крэн - Леди Удача

— Кровь, — ответил старый Мелвин, направляясь вниз, чтобы нагреть воды и принести леди Маргарет ее целительные бальзамы и травяные настойки. — Этот пес не переносит запаха крови.

Чарити же, оказавшись в слабо освещенной комнате, прошла мимо солдат и остановилась в изножье кровати.

— Я не ослышалась, ты говорила об огнестрельной ране?

— Похоже на то, — бодро ответила леди Маргарет, осматривая пропитанную кровью одежду раненого, дабы обнаружить, откуда именно течет кровь. — Свету надо побольше. Кровищи-то, кровищи…

Чарити поспешно зажгла все свечи в канделябре и поставила его возле кровати, на которой, заполняя ее почти целиком, лежало лицом вниз распростертое тело очень крупного мужчины. У Чарити остановилось сердце и занялось дыхание.

Широкие плечи раненого обтягивало черное, а не серое сукно, но волосы были черные и чуть вились; лицо также показалось ей очень знакомым, и это длинное мускулистое тело она явно уже где-то видела. Чарити осторожно коснулась его ноги, обутой в сапог; та была плотной и вполне реальной. Чарити стояла как зачарованная. Это был он… А значит, приключение на дороге вовсе ей не привиделось.

Все три дня, с тех пор как она проснулась после бабушкиного «целительно-успокоительного», ее не отпускало очень яркое и постоянно возвращающееся воспоминание о мужчине, который, как уверяли ее все вокруг, ей просто пригрезился. Однако она не могла выбросить из головы это навязчивое воспоминание. Лежала в постели, в тишине и темноте своей спальни, и вспоминала, как она удивилась, обнаружив, какие твердые на ощупь его конечности, вспоминала его бронзовое волевое лицо и то, как его губы касались ее губ. И как в ее уме могла зародиться столь неожиданная фантазия? А потом несказанная печаль охватывала ее, ощущение утраты, которая казалась даже больше оттого, что человек этот не существовал в реальности.

— Бабушка, но это он! Это человек из разбившегося экипажа! — Она обошла кровать и склонилась над мужчиной, поднесла свечу поближе. Вгляделась в его бледное, без кровинки, лицо. Затем откинула дрожащей рукой с его лба волосы и в подтверждение истинности своих слов указала на побледневшую уже шишку. — Вот он… тот самый кровоподтек, только поджил уже. И — Боже правый! — он ударился головой еще раз!

Леди Маргарет вздрогнула при этих словах, посмотрела на внучку, нахмурилась сердито.

— Так, значит, его ты видела — в беспамятстве и раненым? Но его только что нашли на дороге… — Старуха широко раскрыла глаза. Ум ее пытался соединить два этих факта. Выходит, он дважды стал жертвой несчастного случая. И опять на дороге? И во второй раз судьбе было угодно отдать его в руки Чарити?! Тяжелое предчувствие охватило леди Маргарет, она кинулась к окну, распахнула его, пытаясь увидеть месяц на небе и по виду этого коварного светила определить, что же происходит.

Глядя на бабушку, Чарити почувствовала прилив сильного раздражения, чего прежде с ней ни разу в жизни не случалось. Ну время ли сейчас смотреть на луну?

— Бабушка, этот человек ранен. Мы должны помочь ему. Леди Маргарет круто развернулась, широко распахнутыми глазами уставилась на Чарити, затем на раненого, распростертого на постели, и вдруг опрометью выскочила из комнаты.

— Бабушка?! Н-но… — пролепетала изумленная Чарити.

Затем она опустила взгляд на черноволосого незнакомца, и на нее вдруг нахлынули чувства, которые лишь отчасти можно было списать на сострадание. Когда она смотрела на могучее и красивое тело мужчины, раненого, беспомощного, лежащего так близко, что к нему можно было прикоснуться, сердце у нее щемило совсем по-другому. Эта новая боль проникала в кости, мышцы и сухожилия. Так же, как и в ее нежное сердце.

Она смотрела на это сильное, необычное лицо, и на нее вдруг словно налетел порыв горячего сухого ветра и развеял в клочья туман от еще свежего горя, застилавший ее сознание. Она припомнила все; и удивительное чувство, которое испытала, когда губы этого человека впились в ее губы… и как у нее захватило дух, когда она очутилась в его объятиях, оттого что его тело было таким крепким и жарким… Этот мужчина поцеловал ее! И еще он попросил ее выйти за него замуж, хотя и после довольно серьезного удара по голове. И вот теперь он оказался здесь, под крышей ее дома…

Страшная сумятица воцарилась в ее душе. И досадно было, что столь неуместные мысли лезут ей в голову, и вместе с тем хотелось во что бы то ни стало помочь этому человеку. Отчего-то казалось, что раненый послан ей как компенсация за безвременную кончину горячо любимого отца. Одного близкого человека судьба отобрала у нее, и вот вверяет ей в руки другую жизнь.

— Держите крепче! — И она всучила канделябр в руки ближайшему солдату. Затем приказала другому осторожно стянуть с раненого сапоги, сама же принялась потихоньку снимать пропитанный кровью сюртук. Вся спина мужчины была в крови, а на штанах сзади красовалась довольно зловещего вида дыра. Солдат, державший подсвечник, присвистнул.

— Так ему прямо в задницу попало!

— Боже правый! — воскликнул барон Пинноу и, прихрамывая, подошел поближе. — Мисс Чарити, вам никак нельзя заниматься такой… гм… деликатной раной. Девицам это не пристало. Стыдно, в общем…

— Стыдно было бы оставить раненого без помощи только потому, что пуля попала ему в ягодицу. — Чарити выпрямилась и посмотрела барону прямо в глаза. — Если вы так обеспокоены приличиями, барон, можете остаться и помочь мне.

Тут как раз подоспел Мелвин с травяными настоями, бинтами и горячей водой, и Чарити вновь занялась своим пациентом. Она попросила барона разрезать и снять по кускам с раненого окровавленную рубашку и штаны, но барон, едва принявшись задело, вдруг побледнел и, пошатнувшись, отступил на шаг. Пришлось Мелвину заниматься раненым, и скоро пострадавший был разоблачен и прикрыт простыней. Открытой осталась только его рана… и крепкая, тугая ягодица, в которой эта рана зияла.

Когда Чарити, собрав всю волю в кулак, начала извлекать свинцовую пулю, вернулась леди Маргарет. Растолкав солдат, обступивших постель и с любопытством наблюдавших за действиями Чарити, старуха, на голове которой уже красовался голубой тюрбан, а на шее висели все имеющиеся в наличии амулеты, ринулась на помощь внучке.

Вдвоем они обработали и зашили рану, которая оказалась не такой уж страшной, ткани вокруг были плотные и здоровые, а кровотечение остановилось, как только была удалена пуля. Наложение швов и бинтование прошло благополучно.

— Он молодой, здоровый. Быстро оправится от кровопотери. Каких-нибудь две-три недели, и этот молодец будет как огурчик, — уверенно заявила старуха, упираясь ладонями себе в поясницу и с кряхтеньем распрямляя спину.