Валери Шервуд - Я тебя найду

— Я не рассказывал тебе всей правды о себе, — начал он наконец. — Сейчас ты ее узнаешь.

Шарлотта молча слушала рассказ Тома. Он поведал о своем детстве на солнечных Багамских островах. Рассказал, как стал юнгой на судне отца-пирата. Том ничего не скрывал рассказывал обо всем без утайки; при этом вид у него был совершенно бесстрастный, словно речь шла о постороннем, до которого ему и дела нет. Шарлотта же, слушая, восхищалась этим человеком — ведь он ненавидел мир, в котором жил, и при первой же возможности тайно покинул пиратское судно, чтобы найти в Англии честный заработок.

Когда Том закончил свой рассказ, в глазах у Шарлотты стояли слезы. И в то же время она гордилась своим избранником, ведь Том поступил как честный и мужественный человек.

— Теперь ты видишь, что я тебя недостоин, — тихо проговорил он. — Я тебя обманул, ты полагала, что я плавал на торговом судне. Может, ты даже решила, что я рассчитываю на наследство… Нет, таких мыслей у меня не было. А ты заслуживаешь лучшей участи, поэтому я должен исчезнуть из твоей жизни.

Не смея взглянуть ей в глаза, он повернулся, собираясь уйти.

— Том, не уходи, не уходи… Мне нет дела до твоей прежней жизни! И мне никто, кроме тебя, не нужен.

Том обернулся — и почувствовал стеснение в груди. Шарлотта смотрела на него с такой нежностью, с такой любовью…

— Я действительно отрекся от своего прошлого, — вздохнул он. — Возвращаясь в Англию, я собирался просить тебя стать моей женой.

Шарлотта похолодела — ведь он сказал, что «собирался»…

— А теперь? — спросила она.

— А теперь я возвращаюсь в Карлайл, откуда послезавтра в Америку отплывает судно под названием «Энни Кларетта». Со мной согласны заключить контракт. Меня не будет шесть месяцев, а может, и дольше.

— Но… разве тебе обязательно отправляться в плавание? Разве ты не мог бы найти другую работу? Может, где-нибудь здесь, на берегу?

— В Карлайле — не мог бы. Мой отчим настроил против меня всех, кто мог бы дать мне работу.

Том мысленно добавил: «И потом, Карлайл — это слишком близко. Если бы я остался в Карлайле, то не смог бы не видеться с тобой».

— Может, в Ливерпуле или в Лидсе? Он стиснул зубы.

— В церкви нас не обвенчали бы, ведь у нас нет разрешения твоего дяди. Нет — и не будет. Даже если бы мы попытались обвенчаться без его согласия, он сумел бы этому воспрепятствовать и быстро нашел бы тебе другого жениха. А у меня нет денег, чтобы тебя увезти.

— Но я же тебя ждала! — воскликнула Шарлотта. — А ты опять меня оставляешь… Это несправедливо!

— Жизнь — она всегда несправедливая, — грустно улыбнулся Том.

Они говорили вполголоса, глядя друг другу в глаза. Птицы, затихшие при их приближении, снова защебетали. И где-то совсем рядом жужжали пчелы, собиравшие нектар с лесных цветов.

Шарлотта откинулась на спину и закинула руки за голову.

— Если ты собираешься меня покинуть, — сказала она, — то хотя бы поцелуй меня на прощание. Том судорожно сглотнул.

— Шарлотта, не пытайся заставить меня изменить уже принятое решение, — проговорил он, опускаясь на колени. Склонившись над ней, Том приник к ее устам. Шарлотта обвила руками его шею и привлекла к себе.

— Ах, Том, — прошептала она, — останься, пожалуйста… А если не можешь остаться, то хотя бы посиди со мной еще немного.

Том чувствовал, что его неудержимо влечет к лежавшей перед ним девушке. Его сильное тело уже наливалось страстью; ему хотелось прижать ее к себе и сделать своей навеки. Шарлотта же все крепче обнимала Тома, наслаждаясь жаром его тела, его близостью, обнимала, стараясь не думать о будущем.

Он отстранился от нее и поднялся на ноги. Глухо пробормотал:

— Шарлотта, ты ведь не девица легкого поведения.

— О… но мы ведь помолвлены, Том, — с обидой в голосе прошептала она. — Ничего страшного, если…

— Любое плавание — это риск. В море всегда рискуешь жизнью. Я могу сорваться с реи, могу свернуть себе шею, могу утонуть. Ты думаешь, я хочу оставить тебе наследство — ребенка? Ведь тебе пришлось бы одной растить младенца, потому что твой дядя выгнал бы тебя из дома. Как ты думаешь, Шарлотта, какие картины я представлял бы себе штормовыми ночами? Нет, я хочу знать, что ты в безопасности, что о тебе заботятся, — пусть даже мой корабль сгинет в морской пучине…

— Какие глупости! — воскликнула Шарлотта, приподнимаясь.

Птицы в испуге вспорхнули с веток деревьев.

— Нет, не глупости, — возразил Том. — И ты тоже это поймешь, если во время плавания со мной что-нибудь случится — Тогда уходи… и не возвращайся! — вспылила Шарлотта.

— Ты серьезно?

— Да нет же, конечно, нет. Удачного тебе плавания. Том. — Она отвернулась.

— Я надеялся, что ты именно так и скажешь. Он наклонился и погладил ее по волосам.

— Если бы ты любил меня по-настоящему… — горько вздохнула Шарлотта.

— Я тебе уже все объяснил, — отрезал Том.

В следующую секунду он уже стремительно шагал по тропинке.

Шарлотта вскочила на ноги. Она хотела броситься следом за Томом, хотела уговорить его, чтобы он взял ее с собой. Но ей вдруг показалось, что просить бесполезно, что он ни за что не уступит.

Шарлотта не знала, что в эти мгновения Том отчаянно боролся с собой, не знала, что он забыл бы обо всем на свете и сделал бы ее своей, если бы она действительно побежала за ним, если бы обняла его.

И тогда, возможно, все в их жизни сложилось бы иначе.

Глава 7

Так много могло бы произойти в то утро, когда Том зашагал в сторону Карлайла… Но Шарлотта была юной и неопытной и не понимала, что происходит с Томом. Она бросилась на траву и разрыдалась. Когда же наконец утерла слезы и села, он уже скрылся за деревьями.

Она поднялась на ноги, оправила платье и побрела к дому. Увидев у парадной двери привязанных лошадей, зашагала быстрее. Приблизившись, попыталась сообразить, кто мог приехать. У дома стояли несколько повозок и рослый гнедой конь дяди Расса — Шарлотта сразу же узнала его. Значит, дядюшка после двухлетнего отсутствия наконец-то вернулся домой. Рядом с дядиным конем стояла неприметная серая лошадка — Шарлотта не знала, чья она, но решила, что на ней, вероятно, ехал кто-нибудь из грумов.

А вот кому мог принадлежать красивый чалый жеребец? И кто приехал на светло-гнедом, шкура которого лоснилась, словно полированное дерево?

И тут девушка увидела еще одну повозку, подъезжавшую к дому; на вознице была темно-бордовая с золотом ливрея — ливрея владельца замка Страуд. Сердце Шарлотты забилось быстрее. Значит, лорд Пиммерстон действительно решил посетить свое родовое гнездо! И может быть, действительно даст бал и пригласит на него всю округу.