Маргарет Мэллори - Рыцарь наслаждения

— И это я слышу от человека, который путешествует под охраной двадцати стражников! — Король сделал глубокий вдох и заговорил уже спокойнее: — Надеюсь, ожидание не слишком утомит вас?

— Ни в коей мере, сир.

«Господи, хоть бы он остался в Руане навсегда!»

— А что сэр Роберт говорил вам о де Роше?

— Только то, что он влиятельный человек в Руане. — Она очень надеялась, что король расскажет что-нибудь еще. Что-то, что успокоит ее.

— Скажите, леди Хьюм, вам известно, почему ваш отец стал предателем?

Слова короля прозвучали для нее как пощечина. Ладони мгновенно сделались влажными.

— Я в то время была совсем ребенком…

Но король, видимо, не намерен был ее щадить. Он подался вперед, ожидая ее ответа.

— Мне кажется, он принял сторону повстанцев потому… потому что… — Она облизнула пересохшие губы. Чего он ждет от нее? Что она станет оправдывать отца? Или винить его?

— Потому что? — подтолкнул ее король.

Что ему ответить? И есть ли правильный ответ? Сосредоточиться не получалось: в ушах шумело, король сверлил ее взглядом.

— Он поступил так потому, что считал, что повстанцы победят. — Изабель решилась сказать ему правду. — А не потому, что он думал, что так будет правильно.

Король энергично закивал. Слава Богу, она нашла-таки правильный ответ!

Изабель сглотнула и вытерла о плащ взмокшие ладони.

— Он принял весьма практичное решение, — сказала она и тут же торопливо добавила: — Хотя и ошибочное, разумеется.

— Тогда вы сможете понять Филиппа де Роша, потому что он точно такой же человек. — В голосе короля слышалось такое явное одобрение, что Изабель едва не зашаталась от облегчения. — У меня есть основания полагать, что его верность, как и верность вашего отца, основывается не на чести или долге, а на заботе о собственных интересах.

У Изабель голова шла кругом от внезапных поворотов мысли короля. Зачем он завел с ней разговор о мужской верности?

— Если жители Руана примут меня как своего сюзерена, я с радостью прижму их к груди. — Он сложил руки напротив сердца. — Но править Нормандией — мой долг. Если они не откроют мне ворота, я заставлю их сдаться силой.

Интересно, нашелся бы такой дурак, который видел огонь в глазах короля Генриха и осмелился бы утверждать, что он этого не сделает?

— Филипп де Рош спасет народ Руана от страшных бедствий, если сумеет убедить их сдаться без осады. Но чтобы это произошло, де Рош должен быть лоялен к нам.

Она согласилась на этот брак как на наименьшее из зол. И только теперь к ней пришло осознание всей ответственности, которая сопровождала этот выбор.

— Ваша задача — привязать его к нам, — сказал король, направив на нее указующий перст. — Не позволяйте де Рошу ошибиться с правильным выбором, который защитит его интересы.

— Я сделаю все, что в моих силах, сир, — ответила Изабель, хотя не представляла, как именно будет выполнять обещание.

— Он все же может действовать против нас. Если это станет вам известно, сообщите мне немедленно.

Чего же именно он хочет от нее? Изабель снова провела языком по пересохшим губам.

— Вы имеете в виду, сир, что я должна до свадьбы выяснить, на чьей он стороне?

— Если де Рош изменит Англии, вы пошлете мне весточку. — Король сверлил ее взглядом. — Не важно — до или после свадьбы.

Глава 7

Боковым зрением Изабель следила за тем, как Стивен Карлтон смеется и разговаривает с английскими рыцарями, простыми солдатами и местными дворянами, пролагая себе путь через переполненный зал. Люди разворачивались к нему, как металлические стружки к магниту.

Он обошел пышногрудую Мари де Лизьё, но она учуяла его, как охотничья собака чует дичь. В следующий момент он уже оказался в углу тет-а-тет с другой блондинкой. Они много смеялись и явно были на короткой ноге и наслаждались обществом друг друга.

— А это кто? — шепотом спросила она у Роберта. Роберт проследил за направлением ее взгляда.

— Кто? Та женщина со Стивеном Карлтоном?

— Да. — Изабель пригубила вино. — Она недурна собой. На самом деле женщина была потрясающе красива. Роберт взял горстку засахаренных орехов из вазочки на столе.

— О да, Клодетта так же хороша, как и ее знаменитая кузина..

— У нее есть знаменитая кузина?

— Одетта де Шампдивер, любовница французского короля.

Изабель покачала головой:

— Никогда о ней не слышала.

— Тебе известно, что король Карл сумасшедший?[1] — Его глаза блеснули. — Так вот, Одетта уже двадцать лет состоит у него в любовницах, а он об этом даже не подозревает.

Изабель рассмеялась — она могла слушать рассказы Роберта всю ночь.

— Сначала Одетта была любовницей его брата, Луи Орлеанского. Потом Луи стал любовником королевы, и вместе они послали Одетту в постель к королю вместо королевы — нарядили в ее платье, и все!

— И король поверил?

— Верит каждую ночь уже двадцать лет. — Роберт покачал головой. — Говорят, он никогда не отличался особым умом, а рассказать ему правду и навлечь на себя гнев королевы не рискнет никто.

— А Клодетта? — Изабель вновь перевела разговор на женщину, чья рука сейчас лежала на руке Карлтона.

— Клодетта умнее своей кузины. Она накопила денег и осталась независимой. — Роберт грустно улыбнулся Изабель. — Но я забываюсь, ведя с тобой подобные разговоры.

— Я рада, что ты это делаешь. Не люблю, когда со мной обращаются как с ребенком.

— Тогда я скажу так, — Роберт бросил взгляд на Карлтона, — если на публике мужчина с удовольствием общается с куртизанкой, это еще не значит, что он пользуется ее услугами в другое время.

Ну как Роберту удается все время угадывать ее мысли?

— И все же, — улыбка тронула уголки его губ, — Стивен не боится играть с огнем.

Играть с огнем. Господи помилуй! Каждый раз, когда она его видела, ей вспоминался эпизод в кладовой. Она снова чувствовала его губы на своих губах, его тело, прижатое к ее телу, его руки… Да спасет Господь ее душу, но она вообще мало о чем еще могла думать. Испытает ли она те же ощущения с будущим мужем? И греховно ли желать этого так отчаянно, всей душой?

Изабель взялась за кубок и сделала большой глоток.

— Семья Стивена жаждет, чтобы он остепенился — прежде чем чей-нибудь муж убьет его.

Она поперхнулась, едва не разбрызгав вино.

— Он заводит связи с замужними женщинами? — спросила она, прокашлявшись.

— Я снова тебя шокировал? — Роберт похлопал ее по спине. — Хорошенький же из меня получился наставник.