Джоанна Линдсей - Нежный плут

Начался прилив, и прощание закончилось. С похмелья, виноват в котором был Энтони, Джеймс передвигался с трудом. Поэтому же он едва не забыл передать маленькой шотландке записку, в которой давались объяснения по поводу буфетчицы. Джеймс позвал Джереми, тот поднялся по трапу и получил записку для Рослинн.

– Передай своей тетушке Рослинн, но только когда Энтони не окажется поблизости.

Джереми положил записку в карман.

– Это не любовное послание?

– Любовное послание? – Джеймс хмыкнул. – Не суй свой нос во взрослые дела, щенок. Пока…

– Не продолжай, – Джереми со смехом вскинул руки. – Я не сделаю ничего, чего бы ты сам не сделал.

Он сбежал вниз по трапу, не дожидаясь трепки от Джеймса за свое нахальство. Джеймс улыбался, но, обернувшись, неожиданно столкнулся лицом к лицу с Конрадом Шарпом, своим первым помощником и лучшим другом.

– Что случилось?

Джеймс понял, что Конни видел, как он передал записку.

– Я решил помочь Тони, иначе он еще долго не выпутается из этой истории.

– Ты вроде бы не собирался вмешиваться, – напомнил ему Конрад.

– Да, но он все же мой брат. Хотя к чему было бы беспокоиться после той грязной шутки, которую он со мной сыграл прошлой ночью. – Голова у Джеймса еще болела, но он все же улыбнулся, увидев, как поползла вверх бровь Конрада. – Будь уверен, сегодня я буду себя чувствовать отвратительно и мне будет не до чего.

– Но вы одержали верх?

– Конечно. Когда мы лежали под столом, он уже был не в состоянии выпить ни глотка. Проводи меня, Конни. Я посплю. Когда выйдем в открытое море, сообщи мне.

Часом позже Конни налил водки, которая хранилась в специальном шкафу в капитанской каюте, и присоединился к Джеймсу, сидевшему за столом.

– Ты не будешь беспокоиться о мальчишке?

– Об этом мошеннике? – Джеймс покачал головой, слегка поморщившись, потому что головная боль опять напомнила о себе. Он отхлебнул немного тоника, присланного Конни с камбуза. – Тони позаботится, чтобы мальчик не угодил в серьезную историю. Конни, тебе надо бы обзавестись уже и своим сыном.

– Я просто еще его не нашел, как ты нашел своего парнишку. У тебя, может быть, есть и еще несколько?

– Боже мой, и одного достаточно, – ответил Джеймс в притворном испуге. – Ну что ты хочешь мне сообщить? Как много членов прежней команды на корабле?

– Восемнадцать. Команду собрали быстро, не хватало лишь только боцмана. Я уже говорил тебе об этом.

– Значит, мы отправились в плавание без боцмана? Тебе придется нелегко, Конни.

– Да, если бы я только не нашел одного человека вчера. Вернее, он сам предложил свои услуги. Он хотел плыть как пассажир – вместе со своим братом. Когда я объяснил, что «Принцесса Анна» не занимается перевозкой пассажиров, он предложил отработать рейс. Такого настойчивого шотландца мне еще не доводилось видеть.

– Снова шотландец? Последнее время я с ними сталкиваюсь постоянно. Я чертовски доволен, что твои собственные шотландские предки настолько далеки, что ты ничуть их не напоминаешь. Как вспомню об этой сварливой бабенке, на которую мы натолкнулись, когда разыскивали кузена Рослинн…

– Я думал, ты уже забыл об этом.

Вместо ответа Джеймс резко спросил:

– А ты уверен, что твой шотландец разбирается в такелаже?

– Я испытал его. Он прежде явно работал на кораблях. Сам он говорит, что плавал в качестве рулевого, корабельного плотника и боцмана.

– Если это правда, он нам сгодится. Что еще?

– Джонни женился.

– Джонни? Мой юнга? – глаза Джеймса загорелись. – Ему же только что стукнуло пятнадцать лет. Что он думает теперь делать?

Конни пожал плечами.

– Он говорит, что влюбился и не может покинуть свою малышку.

– Малышку? – Джеймс презрительно хмыкнул. – Этому цыпленку нужна еще мамка, а не женщина. – Голова снова загудела, и он опрокинул остатки тоника.

– Я подыскал вам другого юнгу – брата мистера Макдонелла.

Тоник застрял у него в горле, Джеймс поперхнулся.

– Кто?

– Прокашляйся, Джеймс.

– Ты сказал: Макдонелл? Его имя случайно не Ян?

– Да. – Теперь уже глаза Конни сверкнули. – Боже мой, не тот ли он шотландец из таверны?

Джеймс не ответил на вопрос.

– А ты хорошенько рассмотрел его братца?

– Мне не пришло в голову. Он такой маленький мальчуган, тихий, скромный, все время прятался за своего брата. У меня не было особого выбора. Джонни лишь два дня назад сообщил мне о своей женитьбе. Не думаешь же ты…

– Вот именно, думаю, – расхохотался Джеймс. – Конни, все замечательно. Я ведь тогда хотел их разыскать, но они как сквозь землю провалились. И вот теперь она сама падает прямо мне в объятия.

Конни понимающе улыбнулся.

– Я вижу, у тебя будет приятное плавание.

– Можешь быть спокоен, – в улыбке Джеймса появилось что-то волчье. – Но мы не станем обнаруживать сразу ее обман. Я хочу немного повеселиться для начала.

– А вдруг ты ошибаешься? Вдруг она все же мальчишка?

– Я сомневаюсь, – ответил Джеймс. – Я все выясню, когда она начнет выполнять свои обязанности.

Он откинулся на своем удобном стуле, когда Конни вышел из каюты. Он все еще улыбался, думая, какое провидение позаботилось о том, что маленькая негодяйка со своим шотландцем избрали именно его судно из всех, находящихся в порту. И почему? Какой здесь смысл?

Конни сказал, что они сначала хотели купить билет, значит, деньги у них есть. Почему бы им не найти другой корабль? Он знал по крайней мере, два английских судна, готовых к отплытию в Вест-Индию. Одно имело все необходимые удобства для пассажиров. Зачем переодеваться, подвергаться риску разоблачения? Черт, в последний раз он ее тоже видел переодетой в парня. Может быть, это была ее обычная одежда? Нет, он вспомнил, как она огорчилась, когда Тони объявил во всеуслышание, что в таверне – женщина. Она скрывала свой пол или пыталась это сделать.

Его юнга! Ну и крепкие же у нее нервы. Джеймс покачал головой и засмеялся.

Интересно, как она собирается со всем справляться? Плохо освещенная таверна – это одно. А корабль при свете дня – совсем другое. В то же время она действительно сумела обдурить Конни. Может быть, ее трюк и удался, если бы Джеймс уже не встречал ее однажды. Но он ее видел один раз и хорошо запомнил эту встречу: ее маленькую аккуратненькую попку, которая так его заинтриговала, маленькая нежная грудь в его руке. Черты ее лица были очень нежными – красивые скулы, маленький дерзкий носик, полные чувственные губы. Он не видел ни ее бровей, ни ее волос. Однако помнил, как утонул в ее бархатных карих глазах, когда она посмотрела на него уже на улице.