Анна Рэндол - Грехи девственницы

Ознакомительный фрагмент

Не спуская глаз с Мадлен, Гейбриел пробрался сквозь толпу поближе к Биллингсгейту.

Длинные черные волосы этого джентльмена были заплетены в косу, хотя один локон выбился, и Биллингсгейт нетерпеливо отбрасывал его с лица. Рядом с ним стояла пышнотелая блондинка, хотя все его внимание было сосредоточено на мисс Вальдан.

— Есть в ней что-то такое, чему я не могу противостоять.

— Во мне вам тоже кое-что нравилось. — Блондинка подошла ближе, обняла Биллингсгейта за талию и прижалась к нему всем телом.

Подняв руку, Биллингсгейт принялся грубо ласкать ее грудь сквозь лиф платья, не сводя при этом пристального взгляда с Мадлен.

— Вы всегда были для меня всего лишь неплохой любовницей.

Когда же блондинка возмущенно фыркнула и убрала руку, Биллингсгейт бесцеремонно оттолкнул ее и протиснулся ближе к центру зала.

Женщина едва не упала от такого сильного толчка, но Гейбриел успел подхватить ее. Карие глаза блондинки вспыхнули одобрением.

— Вам нужна компания?

Гейбриел покачал головой.

— Просто собираюсь кое-что выяснить.

— Идемте со мной. Возможно, я смогу чем-то помочь.

— Мне нужна информация о Биллингсгейте.

Язык женщины нервно прошелся по губам, и она бросила взгляд на своего любовника.

— Я пришла сюда не для того, чтобы тратить время на болтовню.

— Но вы не пожалеете.

Блондинка вновь бросила взгляд на Биллингсгейта.

— А он не узнает, что я с вами была излишне откровенной?

Гейбриел повел женщину в сторону небольшого алькова.

— Ни в коем случае.

Губы блондинки вновь растянулись в улыбке. На этот раз в кровожадной.

— Что вы хотите знать?

— Вы были его любовницей?

Блондинка пожала плечами.

— Не совсем так. Он навещал меня несколько раз, но ничего серьезного.

— Когда? — спросил Гейбриел.

— Года два назад.

Это означало, что блондинка ничего не знала о местонахождении Биллингсгейта в момент убийств. Но она могла бы помочь установить его связь с мисс Симм.

— Он когда-нибудь упоминал о дочери?

Глаза блондинки округлились от удивления.

— Нет. Он отнюдь не сентиментален. Он…

В этот момент Биллингсгейт обернулся. Он не смотрел в их сторону, но блондинка шарахнулась и поспешила прочь, прежде чем Гейбриел успел ее остановить. И заплатить ей.

Подобное поведение свидетельствовало о том, что она очень боится. И страх этот сразу же вывел Биллингсгейта на первую строчку списка подозреваемых.

Гейбриел подошел поближе к танцующим, чтобы Мадлен сразу смогла найти его по окончании танца. Ведь куда бы она ни пошла, Лентон и Биллингсгейт последуют за ней.

Гейбриел попытался представить каждого из них на месте джентльмена, о котором говорила Сьюзен. Впрочем, рассказала она не так уж много. Гейбриел знал лишь, что ее ухажер красив и титулован. Молодой человек попросту не дал сестре договорить. Он вернулся из Оксфорда слишком поглощенный собственными мыслями, уязвленный пренебрежительным отношением своих аристократов-однокашников. Гейбриел был уверен, что поклонник сестры не может иметь благочестивых намерений. Убежденный в собственной правоте, он даже не попытался расспросить Сьюзен, а вместо этого приказал ей держаться подальше от этого человека. Гейбриел вел себя так, словно Оксфорд сделал его всезнающим.

Возможно, он оказался прав в отношении поклонника сестры, а вот в отношении ее ошибся.

Вскоре вернулась Мадлен. Она так раскраснелась во время танца, что Гейбриелу захотелось позволить исходящему от нее теплу разогнать окутавший его холод.

В ее глазах вспыхнули огоньки.

— Ну, неужели нельзя быть милым? Чем это вы так напугали Лору?

Стало быть, глаза Мадлен загорелись не от встречи с ним. Она просто радовалась очередной возможности над ним посмеяться. А он-то поверил в ее искренность.

— Лору?

— Блондинку.

Гейбриел не видел смысла в том, чтобы скрывать от Мадлен правду.

— Я пытался навести справки о Биллингсгейте. А где же ваш поклонник номер один… или вернее, два?

— Попросила его принести мне бокал вина. Неужели вы никогда не общались с женщинами просто для того, чтобы развлечься?

— Во время работы никогда.

Мадлен подошла к Гейбриелу так близко, что если бы он опустил глаза, у него появилась бы возможность разглядеть весьма соблазнительную ложбинку между ее грудями.

— А вы хоть когда-нибудь бываете свободны?

— Нет.

Губы Мадлен растянулись в широкой улыбке.

— Могу себе представить, как вы приказываете женщинам разделить с вами постель.

Гейбриел понимал, что должен чувствовать себя оскорбленным, но не мог сосредоточиться ни на чем, кроме морщинки на изящном носике мисс Вальдан. Из-за этой детали ее улыбка превратилась из наигранной в почти искреннюю.

Мадлен выпрямилась, адресовав улыбку приближающемуся к ней джентльмену.

— Лентон! Я уж боялась, что не увижу вас сегодня.

Морщинка на носу мисс Вальдан разгладилась, вновь сделав улыбку сногсшибательной и… пустой.

Нахмурившись, Гейбриел внимательно посмотрел на Мадлен. Ничто в выражении ее лица не подтвердило его подозрений. Глаза все так же блестели, а лицо было таким же сияющим и живым.

Гейбриел почувствовал отвращение. Он глупец, а Мадлен слишком хорошо знает свое дело. Лентон тоже наверняка считал, что этот блеск в глазах и нежная улыбка предназначены ему одному.

При мысли об этом к горлу Гейбриела подступила тошнота.

Словно в подтверждение его догадки Лентон обхватил Мадлен за талию.

— Уедем отсюда со мной. Остальные вам не нужны.

Изящно развернувшись, Мадлен высвободилась из объятий Лентона, хотя и позволила ему поймать себя за руку.

— А я так надеялась потанцевать с вами.

Бедняга даже не понял, что добыча выпорхнула из рук.

— Когда вы освободитесь?

— Только через четыре танца.

Лентон простонал.

— Что ж, придется томиться в ожидании.

Многочисленные поклонники Мадлен оттеснили Лентона назад, но Гейбриел отказывался освобождать место подле нее. Он даже не пытался скрыть выражение еле сдерживаемого гнева на лице, и это обстоятельство — а может, его репутация? — позволили Гейбриелу выкроить между собой и толпой джентльменов свободное место шириной в ладонь.

Мадлен засмеялась над чьей-то глупой шуткой, раскрыла веер и принялась игриво обмахиваться, ограждая себя тем самым от толпы. Когда мужчины ответили дружным смехом на одну из ее довольно дерзких острот, Мадлен придвинулась к Гейбриелу и, прикрыв рот веером, прошептала: