Кинли Макгрегор - Нежная подруга

Саймон вздохнул:

– Тем более жаль. Я надеялся, что ее присутствие здесь заставит тебя понять, что ты можешь жить рядом с женщиной и не причинить ей боль.

Дрейвену тоже хотелось в это верить. Но он знал, что это не так. Он был одержим яростью, как и его отец, и так же был не властен обуздать ее.

Сколько раз он убивал в бою, ничего при этом не чувствуя! Пока не пройдет приступ ярости, он ничего не чувствует, ничего не видит и ничего не понимает.

И тогда уже ничто не спасет беднягу, который оказался у него на пути.

Дрейвен видел, как его мать стала жертвой такой ярости, и поэтому никогда сознательно не подвергнет опасности жизнь женщины ради себя самого или из нужды в наследнике.

Да, проклятие, живущее в нем, прекратит существование вместе с ним.

Саймон с выражением отвращения на лице оттолкнулся от деревянного столба и вышел из конюшни.

Дрейвен снял с себя доспехи и переоделся в черную рубаху и штаны.

Выйдя из конюшни, он заметил Эмили, которая возвращалась в донжон. Рядом с ней шел Друс. Оба над чем-то смеялись.

В этот момент Дрейвен готов был отдать все за возможность вот так же свободно шутить с Эмили и видеть, как весело у нее загораются глаза.

Это было изящное, притягательное создание – с высоко поднятой головой и светлыми белокурыми волосами.

И впервые в жизни Дрейвену захотелось, чтобы Саймон оказался прав.

Каково это было бы – жить, как все нормальные люди? Сидеть у огня, в то время как жена занимается домашними делами и нянчит его детей.

И чтобы она поворачивалась к нему с улыбкой, предназначенной только ему.

Он бы продал за это остатки своей жалкой душонки.

С этими мечтами Дрейвен давным-давно простился. Однако теперь, с появлением в замке Эмили, они вернулись к нему.

«Клянусь честью, что я, Дрейвен де Монтегю, граф Рейвенсвуд, никогда не прикоснусь к леди Эмили ни с целью совершить насилие, ни из похотливых побуждений. Она уедет из моего дома такой же, какой приехала, а в ином случае я отдамся на суд короля и приму любое его решение».

И он, Дрейвен, сдержит свою клятву, даже если это будет его последним поступком, и да будут прокляты его тело и желания.

Глава 4

Эмили только что села, чтобы позавтракать вместе с Элис, как дверь донжона широко распахнулась и в зал стали вбегать какие-то люди.

Возглавлял их жилистый человек лет тридцати, одетый в ярко-оранжевую рубаху. Он прижимал к правому боку маленькую черную книжку. Волосы у него были темные и редкие, а челка то и дело падала. ему на глаза.

Он постоянно отбрасывал ее назад и с поразительной быстротой отдавал всякие указания.

– Эй ты, – сказал он одной из пятнадцати женщин, – бери еще трех и немедленно приступайте в уборке верхнего этажа. Четыре женщины должны вычистить кухню, а остальные пусть займутся залом. – Мужчина повернулся к бородатому пожилому человеку справа от себя и выбросил вперед левую руку, указывая на голые выцветшие серые стены. – Их нужно укрепить, покрасить и… все, что найдете нужным. Я хочу, чтобы в зале было светло и весело. Уютно. Да, – добавил он с довольной улыбкой, – давайте постараемся и создадим впечатление уюта.

– Миледи, кто эти люди? – спросила Элис.

– Не знаю, – ответила Эмили. – Но полагаю, что человек в оранжевом – управляющий лорда Дрейвена.

Мужчина приблизился и проговорил, радостно улыбаясь:

– Добрый день, миледи. Я Дэнис, управляющий лорда Дрейвена.

Дэнис открыл свою черную книжицу на странице, заложенной маленьким пером, и положил на стол перед Эмили. Затем вынул чернильницу из сумочки, висевшей у него на поясе, и, окунув в нее перо, выжидательно посмотрел на Эмили:

– Мне велено спросить у вас, не будет ли каких особых пожеланий.

Не успела Эмили ответить, как вдруг кто-то крикнул:

– С дороги! Люди расступились, как Красное море, и четверо человек втащили в комнату тяжелое изголовье кровати, выполненное из красного дерева и покрытое затейливой резьбой.

– Кто-нибудь может сказать, куда это поставить? – спросил один из четверых.

– Ну уж конечно, не в зал, – пробормотал себе под нос Дэнис и, пройдя по комнате, указал пером на лестницу: – Отнесите ее наверх, в комнату леди, это справа.

Затем управляющий обратился к одному из слуг лорда Дрейвена и велел ему сопроводить мужчин наверх.

Ошеломленная Эмили смотрела, как люди с трудом поднимают изголовье ее нового ложа.

– Что происходит? – спросила она у Дэниса, когда тот снова подошел к ней.

– Лорд Дрейвен разбудил меня за час до рассвета и велел начать приготовления к вашей жизни в замке. Он сказал, что донжон должен выглядеть так, словно у нас гостит сам король. – Дэнис провел пальцем по записям в своей книге: – Мне велели найти домоправительницу, кухарку получше, пекаря, еще одного пивовара. Заказали кусты и цветы и садовника. А еще коров и кур. Мне велели раздобыть много кур.

– Кур? – переспросила в недоумении Эмили.

– Да, рыжих кур, сказал его сиятельство. Для леди только рыжих кур.

Услышав ответ, Эмили рассмеялась.

Дэнис снова заглянул в свои записи:

– Домоправительницу зовут Беатрикс. Сказали, что она прибудет сюда во второй половине дня. Это вдова, и, кажется, очень приятная женщина. Если у вас возникнут с ней затруднения, дайте мне знать, и я поговорю с ней тотчас же. Чего еще вам хотелось бы? – И управляющий приготовил перо, чтобы записать приказания Эмили.

Она была несколько озадачена. Накануне, разговаривая с лордом Дрейвеном, Эмили решила, что ей придется заняться наведением порядка. Большее, на что она надеялась, – это на появление домоправительницы и, возможно, одной или двух деревенских девушек, которые помогли бы прибраться в комнатах. Эмили никак не ожидала, что в донжон нагрянет целая армия помощников, не говоря уже о других вещах, которые приказал сделать лорд Дрейвен.

– Ничего не приходит в голову, – проговорила Эмили и посмотрела на Элис, лицо которой выражало полное недоумение. – А ты, Элис?

– Нет, миледи. Сдается мне, его сиятельство подумал обо всем.

Довольный Дэнис снова засунул чернильницу в сумку и захлопнул свою книгу.

– Вот и хорошо. Вы и ваша служанка можете не волноваться. Знайте, я слежу за всем. Если вам что-то понадобится, дайте мне знать, прошу вас.

– Благодарю, – ответила Эмили, потрясенная щедростью Дрейвена.

Дэнис собрался уже уйти, как вдруг Эмили пришла в голову одна мысль.

– Постойте, Дэнис.

Управляющий торопливо вернулся к столу. Эмили указала в сторону и сказала:

– А не приказал ли его сиятельство, случайно, поставить здесь стол и возвышение?

Эмили могла поклясться, что управляющий немного побледнел.