Сара Маклейн - Девять правил соблазнения

Ознакомительный фрагмент

— Зачем?

Калли широко раскрыла глаза, услышав этот вопрос; на мгновение их взгляды встретились, но она вновь опустила ресницы.

— Ми... милорд? — запинаясь, произнесла она.

— С чего вдруг такая просьба? Нет, я, конечно, польщен, но вы же не можете не признать, что все это несколько странно.

— Я... я не знаю.

Маркиз медленно покачал головой — хищник вышел на охоту.

— Это, моя дорогая, неправильный ответ.

— Вам не следует так ко мне обращаться. Это слишком фамильярно.

Уголки рта приподнялись в слабой улыбке.

— Вы находитесь у меня в спальне, просите поцеловать вас. Позволю себе предположить, что вы уже несколько вышли за границы приличий. И я вновь спрашиваю вас: зачем?

Она вновь прикрыла глаза, ее окатила волна смущения. На мгновение ему показалось, что Калли так и не ответит. Но тут она расправила плечи, сделала глубокий выдох и сказала:

— Меня еще никогда не целовали. Я подумала, что время пришло.

Эти слова слегка шокировали его, но в них не было ни мольбы, ни жалости к себе самой. Они были настолько честными и были произнесены настолько буднично, что маркиз не мог не восхититься ее смелостью. Английской девушке нелегко решиться на такое признание.

— Почему именно я?

Казалось, признание придало ей уверенности, и девушка ответила сразу же, словно констатировала очевидное:

— Вы отъявленный повеса. Я слышала, что о вас говорят.

— О? И что же обо мне говорят? — Румянец залил щеки Калли, и она снова потупила взгляд, но он продолжал настаивать: — Леди Кальпурния, какие слухи вы имеете в виду?

Она негромко откашлялась, прочищая горло.

— Я... я слышала, что вы якобы оставили некую полуобнаженную виконтессу в зимнем саду и, спасаясь от гнева ее супруга, вынуждены были бежать через окно.

— Это преувеличение.

Она посмотрела ему в глаза:

— А как насчет дочери викария, которая последовала за вами через весь Девоншир, решившись пожертвовать своей репутацией?

— Где вы это слышали?

— Поразительно, чего только не наслушаешься на балу, особенно если тебя почти не замечают.

— Давайте сразу проясним: эта девица так и не нагнала меня. Более того, насколько мне известно, она не так давно вышла замуж и, кажется, вполне счастлива.

Калли непроизвольно хихикнула при этих словах, но тут же осеклась, когда он добавил:

— Принимая во внимание все эти сплетни, кто скажет, что я не осмелился даже поцеловать вас?

— Никто. Но вы действительно не осмелитесь.

— Откуда такая уверенность?

— Я просто знаю.

Ралстон услышал самоуничижение в ее голосе, но сделал вид, будто ничего не заметил.

— Но почему именно сейчас? Почему не дождаться, когда появится мужчина, которого вы... к которому вы, возможно, испытаете сильное чувство?

Девушка коротко рассмеялась.

— Милорд, если этот мужчина когда-то и собирался появиться, боюсь, он давно сбился с пути. Сэр, мне двадцать восемь лет, и я поняла, что очень устала ждать.

— Возможно, вам стоило бы проявить сегодняшнюю смелость на каком-нибудь светском мероприятии? — предположил он. — Признаюсь, миледи, на самом деле вы гораздо интересней, чем кажетесь, а интерес — это та искра, которая зажигает желание.

Его слова достигли своей цели, и Калли вновь покраснела. Ралстон не мог не признать, что испытывает удовольствие от такого неожиданного поворота событий. В самом деле, это было именно то отвлечение, которое ему было необходимо в свете предстоящего представления Джулианы обществу.

И вслед за этой мыслью тотчас возникла другая.

Леди Кальпурния Хартуэлл — это отличное решение его проблемы. И судьба привела ее к порогу его дома — ну ладно, пусть чуть дальше, чем к порогу, — именно в тот день, когда объявилась его давно потерянная сестра. Ралстон почувствовал огромное удовлетворение.

Он поцелует ее. Но потребует за это плату.

— Мне хотелось бы узнать, готовы ли вы пойти на сделку.

Калли чуть настороженно посмотрела на него.

— На сделку? — Она отступила на шаг, немного увеличив дистанцию между ними. — Какого рода сделку?

— Ничего такого, о чем вы, возможно, подумали. Понимаете, оказывается, у меня есть сестра.

Она широко раскрыла глаза.

— Сестра, милорд?

— Меня и самого весьма удивил этот факт.

Ралстон кратко описал ей события прошедшего дня: приезд Джулианы, решение представить ее обществу и, как следствие, необходимость найти девушке компаньонку или наставницу, но обязательно с безупречной репутацией, чтобы облегчить неожиданно обретенной сестре выход в свет.

— Поэтому мне представляется весьма удачным ваше появление в моем доме нынешней ночью. Вы идеально подходите для этой цели. Конечно, при условии, что у вас не войдет в привычку наносить по ночам визиты неженатым мужчинам.

Калли застенчиво рассмеялась.

— Нет, милорд. Думаю, вы останетесь единственным.

Он знал, что Калли говорит правду, и пообещал себе, что при следующей встрече все же постарается выяснить, что именно сподвигло ее на этот ночной визит.

— Надеюсь, что так и будет, — во всяком случае, пока Джулиану не представят свету.

— Я еще не согласилась на вашу просьбу.

— Но согласитесь. — В его голосе звучала самоуверенность. — А в качестве платы вы получите поцелуй.

— Простите, — сказала она несколько шутливым тоном, — но вы, должно быть, очень высоко цените свои поцелуи.

Он слегка кивнул, словно признавая справедливость ее слов.

— Хорошо. Назовите вашу цену.

Калли подняла глаза к потолку и на некоторое время глубоко задумалась.

— Пока достаточно поцелуя, но я оставляю за собой право в будущем попросить вас об одолжении.

— То есть я буду перед вами в долгу?

Она улыбнулась:

— Рассматривайте это как деловое соглашение.

Маркиз поднял бровь.

— Деловое соглашение, начатое с поцелуя?

— Уникальное деловое соглашение, — уточнила Калли, и ее щеки залил румянец.

— Похоже, вас шокирует собственная смелость, — сказал он.

Она кивнула:

— Сама не знаю, что на меня нашло.

И вновь ее откровенность подкупила его.

— Хорошо, миледи; вижу, вы серьезный оппонент. Я принимаю ваши условия. — Он подошел к ней, и в его голосе послышались соблазняющие нотки. — Скрепим нашу сделку поцелуем?

У Калли перехватило дыхание, она вся напряглась, и даже сердце девушки, казалось, замерло. Ралстон улыбнулся, увидев, как она занервничала, провел пальцем по кончикам ее волос и мягко заправил за ухо непослушный локон. Калли смотрела на мужчину огромными карими глазами, и он неожиданно испытал прилив нежности к этой до сих пор не целованной девушке. Он склонился над ней, двигаясь очень медленно, будто опасался испугать Калли, и вот на одно короткое мгновение его губы коснулись ее губ, но девушка тут же отшатнулась, быстро прикрыв свои губы ладонью.