Барбара Бенедикт - Судьба

Ика заметила, что каждый из них все еще одет по-праздничному. «Интересно, — подумала она, — кто решил провести такой дорогой и бесполезный праздник? Конечно же, не Язон».

Ика сжала меч, чувствуя потребность принять участие в схватке. Взглянув на большие, добротные корабли, беспрепятственно подплывающие к берегу, она поняла, что уже поздно готовиться к серьезному бою. Сигнал тревоги должен был прозвучать гораздо раньше: когда Спирос передавал поручение Язону.

Девочка подавила мимолетное чувство паники и погладила острый клинок, спрятанный под туникой. Она долго готовилась к этому моменту и теперь не побоится по-настоящему испытать свое мужество. Она с радостью вступит в бой и победит этих критских собак.

Но сначала, решила Ика, нужно найти и предупредить Язона.

Прыгая через ступеньки, она сбежала вниз по лестнице и далее по коридору и остановилась перед дверью, ведущей в царские покои. Ика знала, что Геркон терпеть не может, когда ему мешают, и что гнев его бывает слишком суров в таких случаях.

Но потом она вспомнила о находящемся там Язоне — безоружном и ничего не подозревающем. «Отец Посейдон, не оставь меня, — прошептала Ика свою мольбу, дотрагиваясь до амулета на груди, — не дай мне опозорить имя начальника царской охраны». Толкнув плечом деревянную дверь, она ворвалась в покои с видом разъяренного быка.

Язон и Геркон сидели возле каменного столика. Они только что поставили свои подписи на пергаментном свитке. Эти двое людей сильно отличались друг от друга по виду: один изнеженный и толстый, другой — стройный и подтянутый. Если бы Ика не знала их раньше, она приняла бы за царя Язона.

На лице Геркона была ухмылка, но, заметив Ику, он нахмурился.

— Что это такое, — спросил он холодно, — как ты смеешь врываться в царские покои!

— Минойцы! — выпалила Ика. — Они наступают!

Царь, известный своей трусостью, должен был побелеть от страха, но Ика заметила подобие зарождающейся улыбки. Но тут вскочил Язон, он опрокинул чернильницу, и ее содержимое пролилось на белоснежное платье царя. Щеки Геркона густо покраснели.

— Сколько кораблей? — спросил Язон, не замечая того, что сделал.

— Десятка два или даже больше. Только что прозвучала тревога, но, боюсь, слишком поздно.

— Только что? Неужели стража ослепла?

— Не было никакой стражи. Все были на играх.

— Не было стражи? Какой глупец отпустил ее?

— Поосторожней, — прервал его разгневанный Геркон. — Это я отдал приказ быть всем на играх.

Язон повернулся к нему, но Геркон смотрел на него свысока, давая понять, кто здесь главный.

«Будь боги справедливыми, они наказали бы Геркона по заслугам», — подумала Ика. Но нет, это похоже на проклятье, а после того, что случилось с Шабаром, она никого не посмеет ругать. Чтобы отогнать эти мысли, она тихо произнесла:

— Не волнуйтесь. Наши войска сейчас подходят к гавани. Воины Язона не позволят причинить вред вам и вашей дочери.

— Дафна! — Язон подбежал к столу и схватил пергамент, прежде чем медлительный Геркон успел что-либо сделать.

Царь грустно покачал головой.

— Боюсь, сейчас не до свадьбы.

— Но я требую ее подписи.

— Но ведь Минос на пороге. Сначала ты должен прогнать его.

«Царь использует свою дочь, как приманку», — усмехнулась про себя Ика.

— Пусть будет так. — Перекрестив руки на груди в знак клятвы, Язон крепко прижал к себе пергамент. — Но сначала нужна печать Дафны.

Ика уставилась на него. Язон так легко пошел на соглашение. По ее телу пробежал холодок.

Отпущенный небрежный жестом царя, Язон стремительно выбежал из комнаты. Испугавшись по-настоящему, Ика последовала за ним, но Спирос, неожиданно выросший в дверях, преградил ей путь.

В другой ситуации она бы удивилась, почему ему дозволяется беспокоить своего господина в такое время, но сейчас она думала только о Язоне.

Сердито прошмыгнув мимо Спироса, она побежала догонять Язона.

Ика догнала его уже возле дверей Дафны, он колотил в них изо всех сил. Появились два запыхавшихся раба. Оттолкнув их в сторону, он прошел в комнату.

— Где ваша госпожа? — резко спросил он.

Ика стояла в дверях, с презрением осматривая пышные покои. Трудно было пробить себе дорогу через шелковые занавески и вычурную мебель; обстановка внутри дворца резко контрастировала с бедностью за его пределами.

«Дафна — подобие своего отца, — решила Ика, — жадность и ненасытность Геркона переживут его самого».

Чувствуя, что им нужно спешить в гавань, Ика удивлялась, почему Язон замешкался здесь. Она старалась подавить чувство зависти, ведь оно будет только мешать в бою. Должен же кто-то сохранять благоразумие, если Язон отказался от него.

Дафна, сидящая на табуретке, повернулась к ним; драгоценные камни на затянутой в шелк груди, зазвенели, словно капли дождя. Может, она заранее знала о предстоящей свадебной церемонии? Или готовилась к появлению Миноса?

— Вы должны спрятаться, — довольно резко приказала Язон своей повелительнице. — Сейчас не время задавать вопросы.

Дафна топнула своей изящной ножкой.

— Кто дал вам право врываться в мои личные покои и отдавать мне приказания?

— Минос высадился в гавани. Он хочет отдать вас в жены Минотавру.

— Меня? — произнесла Дафна. — А я думала, он предпочитает девственниц.

Глаза Язона мгновенно сузились, и Дафна добавила, отводя взгляд:

— Ну, я хочу сказать, что после нашей свадьбы… Отец сказал, что она состоится сегодня.

— Была бы сегодня, но сейчас не время. — Язон протянул ей пергамент. — Задержись Минос хоть на несколько часов, и вы были бы моей и его сын не грозил бы вам, но сейчас…

Ика содрогнулась. Она подумала о Минотавре, таком чудовищном, что даже родная мать не осмеливается смотреть на него. Никто не заслуживает такой ужасной судьбы. Даже Дафна.

— Я буду сражаться за вас до последней капли крови, — Язон опустился на одно колено и скрестил руки. Дафна улыбнулась и посмотрела на него словно на дрессированного зверька.

Ика снова с негодованием подумала о непростительной задержке. Неужели Язон не понимает, что время проходит?

— Ради вас я сделаю все, что в моих силах, — добавил Язон, подымаясь с колен, а пока вы должны удалиться в безопасное место.

— Ты не оставишь меня одну! — всплеснула руками Дафна. — Ты не можешь покинуть меня!

Язон крепко обнял ее.

— Не бойся, любовь моя, одинокой и беззащитной я тебя не оставлю, — он погладил Дафну по светлым волосам, и она улыбнулась.

Ика не смогла удержаться и вмешалась: