Черил Портер - Клятва верности

– Юная леди!

Тетка впервые подала голос, и Ханна вздрогнула от неожиданности.

– Да, мэм?

– Думаю, пришла пора вам объясниться. Зачем вы приехали в наш дом? Странно, что вы появились на пороге почти сразу после нашего возвращения из Наганта. Мне сложно поверить в то, что Кэтрин послала вас в Бостон. Она всегда ненавидела нас. Откройте нам вашу тайну.

Ханна бросила растерянный взгляд на Пейшенс. Провести старую гарпию (да-да, тетка напомнила ей именно гарпию!) будет не так просто. Что ж, пришло время для маленькой лжи, которую Ханна заготовила еще накануне.

– Вы правы, как всякая мудрая женщина, тетушка Пейшенс. Мне очень жаль, что мой визит стал для вас неожиданностью. – Ханна помолчала, вложив в свой взгляд максимум кротости. – У меня никогда не получалось лгать. Простите меня, что я сразу не рассказала вам все. Я действительно приехала сюда в надежде познакомиться с дедушкой и бабушкой. Такая жалость, что я опоздала!

Ханна снова сделала паузу, опустила глаза и потеребила подол юбки. Словно осознав, что руки выдают ее волнение, она сплела пальцы в замочек и взглянула на тетку.

– Я… я поругалась с родителями. Я давно понимала, что жизнь на Диком Западе не для меня. Мы ужасно поспорили с мамой, и я заявила, что отправлюсь сюда, в Бостон. По дороге я заехала к друзьям, где задержалась, но не переменила своего решения. И вот я здесь…

Девушка немного подождала, но ее родственники молчали, застыв, словно каменные истуканы. Она даже начала бояться, что ее попросту не слышат.

– Я заявила родителям, что во мне течет кровь Уилтон-Хьюмсов, что я часть их семьи. Я сказала, что не верю рассказам матери о расчетливости и жестоком характере родственников. Мать долгие годы учила меня и сестер ненавидеть вас, но я не такая, как она. Отец сказал, что в Бостоне я ничего не добьюсь, что Уилтон-Хьюмсы не примут меня. А еще он сказал, что если я постучусь в вашу дверь, то путь домой мне навсегда закрыт.

Ханна нарочно говорила сбивчиво, надеясь, что тетка и дядя начнут кивать в ответ, поощряя ее рассказ, но те по-прежнему хранили ледяное молчание и буравили ее глазами.

– В общем, я приехала в Бостон. – Она всхлипнула. – Я сделала свой выбор. И теперь в вашей власти прогнать меня за порог или принять в семью.

Сайрус и Пейшенс не шелохнулись.

Они что, впали в спячку?

Ханна пошевелилась в кресле, чувствуя, как капелька липкого пота поползла вниз по спине.

– Боже, только не говорите, что мои родители правы! – не выдержала девушка. – Неужели вы действительно просто бездушные, скупые, холодные люди, как и говорила моя…

– Все понятно, – четко произнесла Пейшенс, обрывая поток ее красноречия. – Просто непослушное дитя, – бросила она Сайрусу. – Как забавно, правда, дорогой? И пришла именно к нам! Ирония судьбы, не так ли? Великолепно.

– Действительно удача, согласен.

Ханна переводила взгляд с одной на другого, закусив губу. Они все-таки попались в ее ловушку! Теперь пришла пора немного помолчать. В ближайшие несколько минут они решат, оставить ее в доме или вышвырнуть за дверь.

Тетка повернулась к Ханне:

– Кстати, есть и еще одна неприятная новость. Я сожалею, что твоя ссора с родителями не произошла немного раньше. Тогда ты застала бы в живых свою прабабку – Ардис Макалистер Уилтон-Хьюмс. Она скончалась шесть недель назад.

– О, только не она! – воскликнула Ханна, вскакивая с места и снова в него падая. На сей раз ее реакция оказалась искренней. Старушка – единственная женщина из рода Уилтон-Хьюмсов, кого мать вспоминала с нежностью. Ханна мечтала познакомиться с прабабкой, но опоздала на полтора месяца.

Родственники снова замолчали, разглядывая Ханну. Они ждали, что она скажет.

– Столько смертей! Просто ужасно, – пролепетала девушка. – Отчего она умерла?

Пейшенс по-птичьи наклонила голову и поджала губы.

– Ты же понимаешь, что Ардис была очень старой. С годами зрение все чаще подводило несчастную. В ту ночь, встав с кровати, она отправилась на первый этаж и упала с лестницы, разбив себе голову. Несчастный случай, да еще такой жуткий!

Ханна опустила глаза. Ей хотелось ущипнуть себя, чтобы хоть немного отойти от потрясения. Новая капля пота, еще более липкая и противная, начала путь от затылка к копчику.

Перед ней сидели люди – чудовища! Два несчастных случая нельзя считать совпадением. Только убийства! Наверняка именно родственники и убили ее семью.

Неужели она сама просится под их крышу? Добровольно отдается на милость страшного врага?

– Мы до сих пор в трауре, – добавила тетка, когда пауза затянулась.

– Я понимаю, – кивнула Ханна. Никаких признаков траура она не заметила: ни в доме, ни в одежде тетки и дяди.

Отвратительное лицемерие!

И тут Сайрус громко хлопнул в ладоши. Ханна подскочила на месте, словно он выстрелил в нее из ружья.

– А теперь, когда с неприятными новостями покончено, – ничуть не смутившись, предложил он, – расскажи, как поживает твоя матушка.

Он уже второй раз задавал один и тот же вопрос.

Может ли такая настойчивость означать его неуверенность в том, что исполнитель, который нанят для убийства, завершил свое кровавое дело?

Ханна задумалась, уверенная в том, что именно тетя и дядя виновны в смерти родителей.

Лучше подготовиться к самому ужасному обороту событий, чем наивно верить, что в Клостер-Пойнте она в безопасности. Похоже, единственное, что может продлить ее жизнь (в случае виновности Пейшенс и Сайруса), – дать понять, что ей не известно о смерти родителей. По крайней мере тогда негодяи не станут спешить с ее убийством.

– Моя дорогая мать – не самый приятный предмет для обсуждения. Я до сих пор злюсь на нее. Прошу вас не считать меня жестокой.

– Прекрасно понимаю тебя, дорогая племянница. Нам тоже не доставит удовольствия разговор о Кэтрин. Мы просто отдаем долг вежливости, не более того. – Сайрус обменялся с женой многозначительным взглядом. Пейшенс едва заметно кивнула – Думаю, ты можешь остаться здесь на любой срок. Мы не против приютить свою родственницу. – На его лице возникло кривое подобие улыбки.

– Да, оставайся.

Итак, победа! Первая победа на ее нелегком пути! Теперь перед ней стоит новая задача – уберечь себя в их страшном доме от очередного «несчастного случая».

Если расчеты Ханны верны, она оказалась в самом центре паутины, липкой и смертельно опасной, где два огромных паука в любой момент могут лишить свою жертву жизни. Главное – не увязнуть лапками в цепких нитях, но она не трепетная бабочка. Главное – разработать надежный план.

Думая так, Ханна изобразила радость на своем лице.

– О, благодарю вас! – воскликнула она и бросилась к тетке. Она заставила себя пожать сухую лапку (и впрямь почти паучью), а затем, преодолевая отвращение, запечатлела на щеке Пейшенс поцелуй. – Для меня так много значит ваше доверие!