Дениз Робинс - Любить — значит жить

Гейл так сильно дрожала, что чуть не выронила сигарету.

— Ее письмо было холодным и жестким. Она просила меня не писать тебе ради твоего спокойствия.

— О боже! — воскликнул Ян Далмиер. — Но почему она так сделала? Я не могу плохо говорить о ней, потому что ее уже нет. Но если б она была жива, я бы разобрался с ней. Что она наделала! Она, вероятно, решила, что это просто какая-нибудь интрижка. Мать всегда хотела, чтобы я женился на какой-нибудь девушке из Эдинбурга, принадлежащей к светскому обществу. Хотя я давно вырос, мои родители обращались со мной как с мальчишкой, которым всегда надо руководить.

Гейл потушила сигарету и закрыла глаза одной рукой.

— Как это все ужасно, — проговорила она, прерывисто дыша. — Я бы обязательно написала, если б знала, что ты этого хочешь. Я всегда помнила о тебе.

— А я подумал, что ты больше не хочешь меня знать.

Она с упреком на него посмотрела:

— После всего, что… со мной случилось?

— Для меня это тоже много значило, — возбужденно сказал Ян. — Я просто подумал, ты решила, что в нашей ситуации полный разрыв был единственным выходом.

— Мне совсем не хотелось тебя терять, — проговорила Гейл, уже не сдерживая своих чувств. — Я чуть не умерла от горя. А когда я начинала думать, что ты на самом деле вовсе не любил меня, мне просто не хотелось жить.

— Но что толку теперь об этом говорить. Ведь ты замужем, Гейл. Увидев тебя сегодня здесь и узнав, что ты жена Кардью, я сразу понял, что не ошибся в своих подозрениях относительно твоего молчания.

Девушка дрожала, словно в лихорадке. Затем она медленно проговорила:

— Это все не так. Я ни на минуту не забывала тебя. Я чуть не умерла от горя. За три года я ни разу не посмотрела на другого мужчину. А потом… потом… началась война. Мне кажется, я немного сошла с ума. Все, что я знала о тебе, так это то, что у тебя много работы в Индии. А Билл — друг семьи. Он предлагал мне выйти за него замуж много-много раз. Это все произошло как-то случайно…

Девушка застыла на месте, прижав руку ко рту. Как она могла вот так открыто признать, что не любит своего мужа. И тем не менее Гейл знала, что любит только одного человека — Яна Далмиера. Все так запуталось, что ее мозг отказывался вообще что-либо понимать.

— Боже, какой кошмар, — сказал молодой человек.

— В таком случае ты все еще?..

— Да, черт возьми. Я все еще люблю тебя, Гейл. Все время, что я был в Индии, ничто не могло стереть твой образ у меня из памяти. Мы… в Париже… Наша ночь вместе.

— Ян! — прошептала девушка в ужасе. — Не говори больше ничего. Я просто не вынесу этого.

— Думаешь, мне легче? — хрипло проговорил он.

Она повернулась, сложила руки на камине и опустила на них голову.

Ян стоял рядом, с отчаянием глядя на спину Гейл. Ему хотелось подойти к ней, обнять за талию, повернуть к себе, поцеловать, ощутить незабываемую сладость ее губ.

Но он не смел. Не смел приблизиться к ней, коснуться ее волос. Молодой человек переживал сейчас настоящий шок. Он даже и предположить не мог, что его ожидает в доме Кардью. Ему казалось, что женой Билла окажется какая-нибудь самая обычная девушка. Кто угодно, но только не Гейл. Когда Далмиер увидел жену своего сослуживца, то просто потерял дар речи. И как ужасно было узнать, что его собственная мать испортила ему жизнь. Он знал, что не смог бы никогда ей этого простить. Даже лучше, что ее сейчас нет в живых. Она уничтожила даже надежду на счастье. Причинила им обоим боль. Все эти годы они могли бы переписываться, ждать друг друга, надеяться на совместное будущее. А вместо этого каждый из них в одиночку переживал свое горе, считая другого жестоким и бессердечным.

Теперь, вернувшись в Англию, когда шла война, Ян был слишком занят, чтобы решать свои личные проблемы. Разумеется, он все время сожалел о том, что Гейл оставила его. Возможно, когда-нибудь они и встретятся, рассуждал Далмиер. И еще Ян твердо знал, что ни одна другая женщина не займет место Гейл в его сердце.

А теперь это… Обнаружилась не только трагическая ошибка, но и то, что теперь Гейл была замужем за человеком, которого не любила.

Но почему Кардью?

Невыносимый зануда и карьерист. Красивый, да. В нем было что-то животное, что очень нравилось женщинам. Но он совсем не тот, кто нужен Гейл.

Глядя на ее спину, ее поникшую голову с каштаново-красноватыми кудрями, Ян совершенно ясно осознал, какая трагедия случилась с ними.

Он не выдержал, подошел к девушке ближе и положил руку ей на плечо.

— Я хочу знать только одно, — заговорил Ян. — Ты счастлива? Ведь ты бы не вышла замуж за Кардью, если бы ничего не чувствовала к нему.

Она на мгновение задумалась. Как просто было бы сейчас сказать ему, что она совершенно ничего не чувствовала к Биллу, что она ошиблась, что все время только и думала о нем, о Яне. Что ее муж эгоистичный и невыносимый человек.

Но она не посмела.

— Да, да, все в порядке. Не беспокойся обо мне.

Открылась дверь, и в комнату вошел Билл.

Глава 7

Ян ушел.

Гейл села перед зеркалом в спальне и стала намазывать лицо кремом. Она чувствовала себя совершенно измученной после этого вечера. Ее нервы были на пределе. Мысль о том, что Билл через несколько минут войдет в комнату, заставляла Гейл сжаться в комок. Сегодня ночью ей хотелось быть одной. Она хотела лечь, закрыть глаза и постараться забыть, что сегодня приходил Ян.

И сегодня при прощании они очень вежливо пожали друг другу руки, стараясь не вызвать подозрения у Билла. Но в темных глазах Яна легко можно было прочитать все, что он пытался скрыть: горечь, разочарование, сожаление. Гейл прекрасно понимала, что он сейчас чувствовал. Девушка была потрясена, узнав, что все эти годы он любил ее. А теперь они рядом, в Эдинбурге, и каждый день ей придется слышать его имя и, возможно, видеть его. Это все только осложняло.

Гейл не узнавала себя в зеркале. Ее лицо вытянулось, осунулось и стало выглядеть значительно старше. Она расчесала волосы и снова окинула взглядом свою фигуру — стройную, грациозную в голубом халатике. Слава богу, что ни мать, ни отец, ни брат с сестрой не знают, какое с ней случилось несчастье. Все считают, что она счастлива. Пусть так и будет. Она напишет им, что у нее все в порядке.

В комнату вошел Билл в махровом халате, докуривая сигарету. Он выглядел весьма привлекательно с гладко зачесанными назад волосами и здоровым румянцем на щеках. Жизнь, по всей видимости, доставляла ему удовольствие.

— Этот парень, я имею в виду Далмиера, довольно слезливый тип, но он мой начальник. К тому же принадлежит к высшим слоям местного общества.