Лори Макбейн - Когда сияние нисходит

— О-ля-ля, — раздался слабый голос из недр кринолина, — клянусь, без такой моды я смогла бы обойтись.

На лице девушки, вынырнувшей наконец на волю, играла смущенная улыбка.

— Ладно, помогите мне выбраться из этой клетки, — попросила она, протягивая руки.

Блайт изумленно уставилась на Джулию, довольная, что подруга еще сохранила остатки чувства юмора.

— Отныне, Ли, всегда стану следовать твоему совету, — поклялась Джулия, когда ее подняли на ноги. — А теперь расстегните меня, дорогие. Если бы не фаршированные пряностями яйца, до которых мне не терпится добраться, я терпела бы пытку… Впрочем, поскольку мы не в Чарлстоне и здесь нет моих преданных поклонников, можно ненадолго забыть о модах.

— Добро пожаловать домой, Джулейн! — воскликнула Ли, расстегивая кринолин и довольно улыбаясь, когда омерзительная штука откатилась, а юбки Джулии приобрели почти нормальные размеры, позволявшие всем присутствующим усесться на покрывале.

— Сто лет не слышала этого прозвища! Только Адам называл меня так, и то если хотел подразнить! — провозгласила Джулия, уже без особого труда садясь на покрывало. — Ой, я так голодна, что могла бы даже съесть куриное карри с рисом, что подают у твоей мамы!

— А я думала, тебе нравятся карри и рис, — бросила Ли, становясь на колени, чтобы достать фарфоровые тарелки, серебряные приборы, бокалы и салфетки.

— О, дорогая, я не хотела ничего такого сказать, честное слово, не хотела! Но в Чарлстоне мы все время ели карри и рис! Когда Джоли впервые подала их в Виргинии, это блюдо казалось таким необычным и изысканным. В Ройял-Бей до сих пор только и готовят что каролинские бобы и противный надоевший окорок! Но когда мы жили в Чарлстоне, пришлось с утра до вечера есть рис, буквально с каждым блюдом. И даже за завтраком… О, Ли, пожалуйста, мне две лепешки с паштетом! — Джулия жадно смотрела на деликатесы, которые выкладывала Ли на ее тарелку. — Зато теперь, вернувшись в Виргинию, я снова начну скучать по карри и рису.

— Я опустила кувшин с лимонадом в ручей, и через несколько минут он охладится, — сообщила Блайт, облизываясь при виде вкусных блюд и совершенно забывая о завтрашней примерке бального платья, на размер которого, несомненно, повлияет сегодняшний обед.

— Ты такая милочка, Люси, — снисходительно заметила Джулия, — и, конечно, наденешь новый туалет на свой день рождения. Смутно припоминаю, что на мне в такой день было что-то розовое.

— У меня будет светло-зеленый шелк с оборками. Перед отъездом из Ричмонда платье примерили, и Алтея привезла его с собой.

Вспомнив о шикарном платье, Блайт быстренько решила отказаться от мясного рулета.

— О, как чудесно. Зеленый — твой цвет. Правда, мне повезло больше, поскольку Симона утверждает, что к такой белой коже и светлым волосам, как у меня, идет любой оттенок.

— Полагаю, твой кузен Джастин Брейдон приедет вместе с Палмером Уильямом? — осведомилась Блайт, терзая вилкой недоеденное яйцо.

— Скорее всего. Мама и папа ожидают Джастина и его брата. Я почти его не помню, но уверена, он мне совсем не понравится. Могу заранее заверить, что не слишком жажду терпеть в доме его и Адама. Хорошо, — неожиданно выпалила Джулия, словно ее вдруг осенила гениальная мысль, — если бы Джастин догадался привезти с собой на уик-энд своих друзей-кадетов. Разумеется, и Мэтью Уиклифф скоро заявится. Его ведь пригласили?

— Кажется, да. Его интересуют субботний аукцион и воскресные скачки. Многие ставят на Морского Скакуна, а он из конюшен Уиклиффов, — сообщила Ли.

— Лошади! Право, Ли, неужели ты ни о чем другом не можешь думать? — возмутилась Джулия, но, кое-что вспомнив, продолжала уже мягче: — Разумеется, должно быть, он действительно любит лошадей, если разводит такую чудесную породу.

— И к тому же прекрасный наездник, — согласилась Ли. — Никогда не видела, чтобы он пускал в ход хлыст или вылетел из седла!

В ее устах это прозвучало высшей похвалой.

Джулия от досады даже губу прикусила.

— Да, разумеется, это верный признак хорошего воспитания!

— Он и разговор вести умеет, — добавила Ли, отхлебнув лимонада, который Блайт вынула из ручья и разлила в бокалы.

— Верно, — поспешила согласиться Джулия, которая находила Мэтью Уиклиффа довольно скучным собеседником. — Значит, он тебе нравится?

— Хм-м… полагаю, да, — пробормотала Ли, отведя глаза. Только Блайт увидела улыбку сестры.

— О, Ли, пожалуйста, — умоляла Джулия, пытаясь увидеть лицо подруги, но Ли уже смотрела на нее невинным взглядом. — Ты ведь знаешь, я слова никому не скажу. Ты моя лучшая подруга, и это чистая правда.

Джулия действительно не притворялась. Она и Ли дружили с тех пор, как сделали первые робкие шаги по полу детской комнаты.

— Ну, — начала Ли, решив, что довольно подразнила подругу, и зная, что той действительно можно довериться, ибо хотя Джулия временами бывала до ужаса глупенькой, надоедливой и даже эгоистичной, все же оставалась надежным другом и вместе они выстояли во многих битвах с врагом, — он довольно красив.

— Совершенно верно, — кивнула белокурой головкой Джулия, слизывая с уголка губ кусочек крабового мяса. — И…

— И настоящий джентльмен.

— И это правда. Никто про него слова дурного не сказал, — поддакнула Джулия, у которой были свои планы. Если Ли выйдет за Мэтью и переберется в Чарлстон, она, как лучшая подруга новобрачной, будет приглашена в гости и станет сопровождать супругов на лучшие балы сезона. — И…

— И очень спокойный и, похоже, мягкий человек, — продолжала Ли, припомнив, сколько терпения он проявил, когда дряхлый, чудаковатый старичок брюзга одолевал Мэтью воспоминаниями о его отце, и с какой добротой утешал испуганного мальчика, которого сбросила лошадь.

— Ты уже говорила, что он истинный джентльмен, — промычала Джулия, набив рот паштетом. — И…

— И что еще? — удивилась Ли, которой казалось, что она достаточно точно описала Мэтью.

Джулия поспешно проглотила непрожеванный паштет, едва при этом не подавившись.

— Да ведь он богат, а это главное! Конечно, хорошо, что он к тому же и красив и именно поэтому и нравится тебе! Нам повезло, что мы можем быть разборчивыми. Совершенно не обязательно принимать предложение какого-нибудь старикана!

— Нам?!

— Конечно, глупенькая, не могу же я позволить тебе самой выбрать себе мужа, тем более что с тех пор, как твоя сестра вышла за моего брата, мы теперь родственники! У тебя чересчур доброе сердце. И как твоя лучшая подруга, — надеюсь, ты всегда будешь помнить это, особенно когда я приеду погостить к вам в Чарлстон, — я должна заботиться о твоих интересах! — объявила Джулия, которая, впрочем, не слишком беспокоилась: у миссис Треверс был зоркий глаз, особенно когда речь шла о браке и о соблюдении приличий. Она никогда не позволила бы Ли совершить мезальянс. А Мэтью Уиклифф — прекрасная партия.