Барбара Картленд - Там, где правит любовь

— Это было бы гораздо разумнее и, безусловно, лучше, — согласилась Полина. Принц Максимус вздохнул:

— Несомненно, так распорядился царь. Он всегда поступает подобным образом.

Они говорили по-английски, и Полина добавила:

— Ваша сестра намного чувствительнее большинства девушек, и она еще очень молода и неопытна.

Неожиданно принц улыбнулся:

— Вы рассуждаете, как будто вам уже за сорок!

— Мы ровесницы, но я нередко чувствую себя значительно старше принцессы, так как вместе с отцом объездила много стран.

— И все же вы еще очень молоды. Полина тихонько рассмеялась:

— Но через несколько лет я, без сомнения, стану старше!

— Конечно, — сказал принц, — и это очень жалко, потому что сейчас вы словно сама весна, а здесь, во дворце, это такая редкость!

Он помолчал и добавил, понизив голос:

— В необычной атмосфере России все растет чересчур быстро, пышно, прямо на глазах!

Полина рассмеялась:

— И я так думаю, особенно когда это касается зданий.

— Вот именно. Так что оставайтесь такой, какая вы есть. Но что же нам делать с Маргаритой?

— С ней все будет в порядке, — сказала Полина. — Если только она перестанет обращать внимание на сплетни.

— Ox уж эти сплетницы! — воскликнул принц. — Это вечная проблема! Они не только завистливы, ревнивы и злы, но просто не могут видеть других женщин счастливыми!

— Я думаю, что это уж слишком далеко идущее обобщение, но я люблю вашу сестру и сделаю все, что смогу, для того чтобы она была счастлива.

Полине показалось, что принц посмотрел на нее какого странно, как будто пытаясь заглянуть ей в душу и понять, правду ли она говорит.

Затем он сказал:

— Похоже, это так. В таком случае вы, мисс Хэндли, представляете приятное исключение среди женщин, и я лишь могу надеяться, что вы и впредь будете заботиться о моей сестре так, как это делаете сейчас.

— Так, как я пытаюсь делать сейчас, — поправила Полина.

— Я оставлю вас, — сказал принц. — Попробуйте убедить Маргариту быть более разумной, а я поговорю с великим князем, который, я убежден, также желает сделать ее счастливой.

— Прошу вас, объясните ему, насколько она молода и неопытна! — попросила Полина. — Вы же знаете, она никогда прежде не встречалась с людьми, подобными ему.

Говоря это, она подумала, что и сама никогда не встречала человека, похожего на принца Максимуса.

Он был такой высокий, что Полине приходилось немного закидывать голову назад, чтобы взглянуть ему в лицо.

Принц не был похож на окружавших его русских. Альтаусская кровь делала его более мягким и человечным.

«Он нравится мне, — подумала Полина. — Он кажется человеком прямым и честным и этим отличается от великого князя и от других русских, с которыми мы встретились здесь, в Санкт-Петербурге».

Тут она осадила себя, подумав, что делает слишком поспешные и необъективные выводы.

В то же время она заметила, что забота принца о сестре и только что состоявшаяся беседа сделали их почти друзьями.

— Обещаю вам, что сделаю все, что в моих силах! — искренне повторила она.

— Я верю вам, — тихо ответил принц. Она заглянула в его глаза и почувствовала, что ей хочется остаться с ним и продолжить разговор, хотя положение обязывало ее оставить Максимуса и пойти к принцессе.

Но еще несколько секунд она не могла двинуться с места. Каким-то образом принц, не говоря ни слова, не отпускал ее.

Сделав над собой усилие, Полина присела в неглубоком реверансе и повернулась к двери, которая вела в спальню Маргариты.

Пока она не повернула дверную ручку, принц стоял позади нее.

Полина ощутила странную дрожь, пробежавшую по всему ее телу от самых кончиков пальцев, и с ужасом поняла, что ни один мужчина еще не привлекал ее так, как Максимус.

Принц медленно спускался по ступеням, направляясь в сторону царских покоев. Из открытой двери, мимо которой он проходил, высунулась рука со сверкающим браслетом на запястье и схватила его за локоть.

Это была Натали. Она втащила Максимуса в одну из пустых комнат, которых во дворце было немало.

По стенам рядами стояли книги, горели свечи в золотых подсвечниках. Принц знал, что эти комнаты предназначались для людей, которые днями, неделями, а то и месяцами ожидали аудиенции у императора.

— Где вы были? — спросила Натали.

— У сестры, — ответил принц.

— Если вы будете так подолгу пропадать у нее, я начну ревновать!

— К моей сестре? Это что-то новое! — сухо ответил Максимус.

— Я удивилась, куда вы пропали. Вы же знаете, я просто хочу быть с вами.

— Я был уверен, что вы готовитесь к балу, примеряете очередной умопомрачительный наряд.

В голосе принца звучал сарказм. Трудно было бы вообразить что-нибудь более умопомрачительное, чем то платье, в котором была княгиня, или более дорогие украшения, чем те, которыми она блистала.

Наталия обвила руками его шею.

— Почему мы всегда так неразумно расходуем наше время? — спросила она. — Поцелуйте меня, а потом, вечером, мы останемся одни, и я расскажу вам, как тоскую, когда вас нет рядом.

Она притянула его к себе, но в этот момент дверь отворилась, и княгиня отпрянула от принца.

В комнату заглянул один из пожилых придворных, который, по-видимому, искал, где бы отдохнуть перед тем, как вечером приступить к выполнению своих нелегких обязанностей.

Очевидно, он не узнал их и, поклонившись в знак приветствия, прошествовал через всю комнату и погрузился в уютное кресло у камина, который все еще топили в это время года.

Губы княгини сжались.

— Проклятие! Вот старый болван! — прошептала она, — Теперь придется ждать, пока кончится бал и можно будет незаметно исчезнуть.

— Да, сейчас это будет трудно сделать, — согласился принц.

— Значит, нам остается ждать, — сказала княгиня, — хотя это и нелегко.

Эти слова были произнесены ею едва слышным голосом. Затем Наталия повернулась и, не дожидаясь ответа принца, вышла из комнаты и так быстро скользнула по коридору, что Максимус не успел последовать за ней.

Когда принц, погруженный в свои мысли, подошел к дверям зала, на его лице читалась глубокая озабоченность.

Как он и предполагал, великий князь Александр был в комнате, отведенной для гостей императора. Они проводили там время в ожидании своих дам, пока те переодевались к ужину.

Великий князь пил шампанское и о чем-то весело беседовал с двумя одетыми в парадную форму офицерами императорской гвардии. При появлении принца они поднялись со своих мест.

Максимус улыбнулся им и спросил:

— Господа! Могу ли я сказать несколько слов наедине великому князю? В этом дворце так много народу, что весьма нелегко найти время и место для частной беседы.