Клэр Делакруа - Желание миледи

– Вы давно вышли замуж?

– Семь лет назад.

– С Леоном и Мишелем вы познакомились до замужества?

– Их хорошо знал мой отец, – ровным, почти монотонным голосом отозвалась Габриэлла. – Мишеля я впервые увидела возле алтаря, а Леона – чуть позже.

– А когда среди ваших воинов появился Сеймур?

Она задумалась. Рыцарь терпеливо ждал.

– На прошлый Сочельник, – наконец произнесла Габриэлла. – Помню, как он вошел в зал. Он был весь в снегу. Муж пригласил его обогреться и разделить трапезу в Святой день.

Нахмурившись, рыцарь огляделся.

– Он надежный человек?

Габриэлла пожала плечами.

– По словам самого Сеймура, в ту ночь он стоял в карауле и отбивался от захватчиков. Это он сумел отбить труп Мишеля, чтобы мы могли похоронить его со всеми почестями.

– Он рисковал, – заметил Ив.

Габриэлла кивнула, нехотя признавая благородство поступка Сеймура. Этого человека она всегда недолюбливала – скорее всего, за пренебрежительное отношение к женщинам и грубость.

– Многие разбежались, – призналась она и вздрогнула, вспомнив подробности кровавой бойни.

Эхо ее слов долго висело в тишине.

– И все-таки Сеймур вам неприятен? – наконец спросил Ив, понизив голос.

Габриэлла вздохнула и поправила волосы.

– Мне трудно уважать любого человека, который считает, что женщинам место только в постели, – призналась она. – Правда, муж доверял ему. У Сеймура не было недругов в замке – кроме, может быть, одной горничной, которая считала его слишком назойливым ухажером. Кроме того, Сеймур и вправду сумел уберечь тело Мишеля во время нападения на замок.

– Значит, остается выяснить, вправду ли Филипп де Тревэн собрался покинуть Перрико.

Габриэлла приободрилась: рыцарь явно советовался с ней.

– Вам не кажется странным, что Филипп решил покинуть Перрико в самое подходящее время для ответной атаки?

– Кажется, – рыцарь впился в нее взглядом. – Именно это меня и удивило. Здесь что-то не так. Завтра я сам отправлюсь к замку Перрико, чтобы оценить обстановку. До него далеко?

– Час езды.

– Я пойду пешком – так будет безопаснее.

– Я могу сопровождать вас.

– Ни в коем случае! – отрезал Ив.

– Но ведь Томас мой сын! – возмутилась Габриэлла.

– Вот именно, и, кроме вас, у него больше нет родных.

Габриэлле вновь пришлось признать, что в его словах есть здравый смысл.

Рыцарь отвернулся и нахмурился, глядя на лес, но не отошел. Габриэлла поняла, что он собирается добавить нечто важное.

– Видите ли, я одинок, – наконец произнес Ив полушепотом. – У меня нет и не было близких – кроме сестры, которую погубила моя опрометчивость. Такой участи я никому не пожелаю, миледи, – добавил он и заключил: – Позвольте пока ограничиться этим кратким объяснением.

– Как вам угодно, – откликнулась она. – Но если вы захотите рассказать о вашей сестре или о чем-нибудь еще, я всегда готова выслушать вас.

По губам рыцаря поползла неуверенная и робкая улыбка, от которой его лицо вмиг помолодело.

– Но имейте в виду, миледи: для меня важно не только спасение Томаса, но и ваша жизнь.

У Габриэллы лихорадочно застучало сердце. Человек, стоящий совсем рядом, волновал ее. К счастью, она вовремя вспомнила об условиях соглашения и о том, что де Сен-Ру не питает к ней никаких чувств.

– Благодарю за заботу, – отозвалась она, слегка задыхаясь. – Прошу прощения, я спешу. – И, к собственному стыду, Габриэлла поспешно пошла прочь.

Ив недоуменно смотрел ей вслед. Чем он напугал ее? Поразмыслив, он двинулся следом и догнал ее в ту минуту, когда Габриэлла неожиданно упала на колени. Услышав за спиной шаги, она обернулась, словно воришка, пойманный с поличным.

– Простите, – пробормотал Ив, – кажется, я прервал вашу молитву...

– Да, я молюсь за Томаса каждый вечер, – густо покраснев, призналась она. – Наверное, вы думаете, что я попусту трачу время... – Увидев, что рыцарь отрицательно покачал головой, она удивилась: – А я считала вас безбожником...

– Когда-то я был безбожником, – Ив грустно улыбнулся. – Но недавно мне довелось убедиться в действенности молитв: я поддался вашим уговорам, а лорду де Тулли, который явился ко мне с тем же предложением, отказал.

Ив и не собирался уходить. Впервые в жизни ему захотелось исповедаться. Габриэлла вряд ли осудит его, и потом, она должна знать правду.

– Знаете, миледи, этот лагерь разительно отличается от всех, какие мне довелось повидать, – начал он. – В нем я впервые почувствовал себя дома.

Габриэлла удивленно приподняла бровь.

– Разве у вас нет своего дома? А как же Сен-Ру?

– Это название придумал человек, посвятивший меня в рыцари, – объяснил Ив. – Моя мать умерла через несколько дней после того, как я появился на свет, – с трудом выговорил он. – А мой отец едва терпел рядом ублюдка. Да, я незаконнорожденный! При дворе графа меня держали только за силу и ловкость, – с горечью продолжал он. – Сам граф всегда был добр ко мне, но его приближенные... – Опомнившись, он перебил себя: – Простите, миледи, это мои заботы.

– Не оскорбляйте меня извинениями, – вдруг произнесла Габриэлла. – Я прекрасно понимаю, сколько вам пришлось вынести...

– Вряд ли, – покачал головой Ив. – Вам не понять, что значит не иметь дома...

Габриэлла невольно взяла его за руку и легко пожала ее. По его телу пробежала дрожь.

– Я еще никогда не молился, – хрипло признался он. – Но теперь мне есть за что благодарить небо.

Габриэлла изумленно ахнула.

– Да, я даже не знаю, как это делается, – признался он. – Но поскольку у нас одни и те же цели, позвольте мне вознести молитву вместе с вами. Я буду молиться о том, чтобы Томас благополучно вернулся к вам.

Глава восьмая

Над рекой стлался туман. Сидя в кустах, Ив разглядывал замок Перрико, стоящий на другом берегу реки, убеждаясь, что его стены и вправду крепки и неприступны. Стремительная река с крутыми берегами создавала надежную естественную защиту. На мосту виднелись стражники. Еще нескольких человек он разглядел на стенах. Очевидно, Сеймур верно оценил численность армии противника.

– Невеселое зрелище – верно, милорд? – пробормотал Леон, единственный сопровождающий Ива.

– Пожалуй, – откликнулся Ив. – Защищать этот замок легче, чем брать его штурмом.

Неужели подозрения Габриэллы справедливы? После вчерашнего разговора Ив стал по-другому относиться к миледи. Габриэлла поняла его и не осудила.

Ив вновь вгляделся в мрачные стены замка. Удержать его могут и несколько человек.

Жестом позвав за собой Леона, рыцарь начал пробираться сквозь густые заросли. Несмотря на ранний час, на подъемном мосту было многолюдно. Звуки шагов и голоса далеко разносились в сыром воздухе. Наконец из ворот замка выехала вереница всадников. Под их прикрытием катились тяжело груженные повозки. Неужели Сеймур сказал правду?