Ширли Басби - Соблазн ей к лицу

Дафна сделала глоток свежего травяного чая и отвернулась от окна. День выдался погожий. Эйдриан давно просил устроить пикник на берегу канала, к которому спускались бесконечные луга поместья. Берега канала были в основном довольно крутыми и скалистыми, испещренными множеством пещер и ниш, сам поток извивался меж скал, словно угорь, подтачивая высокие каменистые берега. Поговаривали о контрабандистах, которые устраивали тайники в недрах некоторых пещер, но это были всего лишь домыслы, ничем не подтвержденные. Река была порожистой и манила своей бурной, дикой натурой, вода бурлила в иных местах так громко, словно ревел настоящий водопад. Прогуливаясь верхом, Эйдриан обнаружил узкий, извилистый спуск к удивительной смотровой площадке прямо над потоком, с которой открывался потрясающий вид. Он неоднократно предлагал устроить на краю страшной, но манящей пропасти пикник, и Дафна уступила его мольбам.

Захватив корзинку с припасами и надев свою старую одежду и обувь, все трое спустились на смотровую площадку. Пить прохладный лимонад, уплетать буженину с сыром, смотреть вдаль на блестящую под солнцем, покрытую кружевом пены воду внизу было так здорово, что все трое сидели молча, притихшие и восхищенные. Волны бились о противоположный берег, отступали, с ревом набегали и рассыпались мириадами брызг.

Плотно перекусив и немного замерзнув, все трое решили пройтись вдоль берега. В одном месте берег стал настолько отлогим, что можно было спуститься к самой воде. Здесь канал сильно расширялся, вода бежала спокойнее, и Бомоны, визжа и подбадривая друг друга, смогли перебраться по большим валунам на противоположный берег. Здесь их встретили двое незнакомых мужчин.

Судя по одежде, незнакомцы были вовсе не рыбаками или местными крестьянами, а по их лицам становилось ясно, что появлению троицы мужчины отнюдь не рады.

Сделав самое дружелюбное и наивное лицо, на какое был способен, Эйдриан шагнул вперед.

— Добрый день, — сказал он незнакомцам. — Я Эйдриан Бомон. Чем могу помочь? Вы заблудились?

Тот, что был пониже, смерил его взглядом и мрачно буркнул:

— Да нет. А вот вы, господа, похоже, заблудились. Жаль вас разочаровывать, — в его голосе сквозило откровенное презрение, заставившее Дафну поежиться, — но в данный момент вы ступаете по моей земле.

Эйдриан тоже уловил неприязнь в тоне незнакомца, улыбка его увяла.

— Вы уверены в этом? — уточнил он, стараясь быть вежливым. — Насколько мне известно, эти земли принадлежат Бомонам.

— Вы заблуждаетесь, — процедил мужчина, прищурив глаза. Он указал рукой на противоположный берег: — Земли Бомонов кончаются теми скалами. А сейчас вы стоите на моей земле.

Дафна выступила вперед, загородив плечом брата.

— Не соизволите ли представиться, сэр? — спросила она чопорным тоном, хотя давно догадалась, с кем именно имела честь разговаривать.

Мужчина перевел презрительный взгляд на нее, оценил поношенный наряд и испачканную обувь.

— Очевидно, вы сестра данного субъекта, — процедил он. — Старая дева, не так ли?

Дафна упрямо выпятила вперед подбородок:

— Да, перед вами сестра сэра Эйдриана Бомона. А вы, судя по вашему грубому тону и явному отсутствию хороших манер, не кто иной, как виконт Тревельян?

— А она тебя обставила, Дориан, — с неожиданной усмешкой сказал второй незнакомец. Он явно был доволен находчивостью Дафны. — Отличный ход, миледи.

Дафна перевела на него взгляд, оценила высокий рост и красивые черты лица.

— С кем имею честь?

Мужчина улыбнулся самой обаятельной улыбкой на свете, приподнял шляпу и чуть склонил голову.

— Чарлз Уэстон, к вашим услугам, — тепло сказал он.

Глава 4

Впервые встретившись с Чарлзом Уэстоном, Дафна не пришла от него в восторг. Скорее, она решила, что он немногим лучше своего приятеля, виконта Тревельяна, человека грубого и не гнушавшегося резких высказываний. Она ничуть не купилась на привлекательную, немного мрачноватую внешность нового знакомого, и даже яркий взгляд синих глаз и обезоруживающая улыбка показались лишь маской, за которой могло таиться все, что угодно. Нет, говорила Дафна себе чуть позже, безусловно, Чарлза Уэстона можно назвать красивым мужчиной. А уж ироничный изгиб рта наверняка свел с ума не одну даму света. Но она, Дафна Бомон, поумнее светских дурочек, на которых была рассчитана усмешка Чарлза Уэстона: мужскую красоту она не считала достоинством, а ее единственной заботой в те дни было благополучие близких.

Поэтому она лишь окинула Чарлза прохладным взглядом и снова повернулась к виконту:

— Мы приносим вам свои глубочайшие извинения в связи с тем, что пересекли границы земель без вашего ведома. Поверьте, теперь, когда мы знаем, где именно проходит черта, разделяющая наши земли, нога наша никогда не ступит более на этот берег. Можете быть в этом уверены.

Почти по-королевски милостиво кивнув обоим мужчинам, Дафна повернулась к ним спиной и зашагала назад, к валунам в воде. Эйприл поспешила за ней, Эйдриан, мрачно взглянув на виконта и Чарлза Уэстона, направился вслед за сестрами.

Чарлз не отрываясь наблюдал, как все трое скачут по мокрым камням, и был несказанно обрадован, когда внезапно налетевший порыв ветра чуть приподнял юбки Дафны, явив взору изящные лодыжки. Да-да, лодыжки были хороши, но Чарлз не отказался бы увидеть и коленки девушки. Появление Дафны обещало немного разнообразить его утомительный визит к лорду Тревельяну. Покойники и загадки утомляли.

Едва Бомоны исчезли из виду, Чарлз обернулся к виконту.

— А она права, — хмыкнул он насмешливо. — Ты вел себя не слишком-то любезно.

— Да плевать я хотел на то, что обо мне подумает эта старая дева, — досадливо отмахнулся Тревельян, тоже глядя в том направлении, где пропало из виду трио, — Все деньги и земли старого Хаксли перешли к этому мальчишке, только подумать! Он же никто, нищета, жалкое отродье! А его сестрица — истинная змея! Да как она посмела говорить со мной в подобном тоне!

— Но ведь и ты был не слишком вежлив, — заметил Чарлз.

Тревельян возмущенно посмотрел на него:

— Чего ради я должен быть вежливым с какими-то выскочками?

Чарлз пожал плечами, потеряв интерес к разговору.

Он не смог вырваться к виконту до окончания рождественских праздников. Нелл и Джулиан ужасно возмущались, узнав о скором отъезде дорогого родственника, долго упрашивали его остаться, в конечном итоге Чарлз все же согласился погостить до Нового года. На рождественский прием в Стоунгейт приезжала молодая вдовушка, жившая по соседству, и ее общество в последовавшие несколько дней изрядно скрасило будни Чарлза. Однако уже скоро он вновь принялся собирать вещи для поездки в Корнуолл.