Xанна Хауэлл - В плену у миледи

— Двадцать, — ответила она шепотом; ей казалось, что голос Руари словно ласкает ее…

— Время замужества давно уже наступило, — продолжал рыцарь. — Возможно, моя красавица, ты все еще ждешь мужчину, которого сама себе придумала, поэтому и сохнешь от тоски.

— И ты утверждаешь, что это я болтаю глупости? — проговорила Сорча в раздражении.

Но тут рыцарь улыбнулся, и она, тихонько вздохнув, подумала: «Какой же он красивый, этот Руари Керр».

— Девушкам бывает так же одиноко, как и юношам. И доказательство тому — твоя маленькая кузина Юфимия.

— Мою маленькую кузину нужно проучить как следует, чтобы наконец-то образумилась.

— А что нужно тебе, Сорча Хей? — Он протянул руку и провел ладонью по ее лицу. — Тебе что-то нужно. Я вижу это по твоим глазам. Они — как два огромных темных озера желания…

Сорча почувствовала, что краснеет. Казалось, Руари читал ее мысли, и ей оставалось лишь надеяться, что он не заметил, какого рода было это желание, не заметил, что ее влекло не к мужчинам вообще, а именно к нему, к Руари Керру. Чувства, сейчас бушевавшие в ее груди, были необыкновенно волнующими — и в то же время непонятными и пугающими. От его прикосновений по телу ее словно пробегала дрожь, и ей хотелось наклониться к нему и прижаться губами к его губам. Ей безумно хотелось узнать, какое блаженство мог подарить ей Руари Керр, но в то же время она хотела убежать от него, хотела забыть и его, и все те странные, совершенно новые для нее ощущения, которые он в ней пробуждал.

Он по-прежнему держал ее за руку, и она сказала:

— Немедленно отпусти меня, а то я открою твои раны. — Разумеется, Сорча прекрасно знала, что ни в коем случае этого не сделает.

Да Руари ей и не поверил. Усмехнувшись, он проговорил:

— Я думаю, что ты просто пытаешься сбежать от того, что тебе по-настоящему нужно. Ты прячешься за сказками и глупыми фантазиями, потому что боишься прикосновения мужчины. — Он снова провел ладонью по ее лицу. — Тебе нужно, чтобы кто-нибудь разжег в тебе огонь страсти в котором сгорели бы все твои заблуждения.

Прежде чем Сорча успела что-либо ответить, он привлек ее к себе еще ближе и прикоснулся губами к ее губам. И в тот же миг все мысли вылетели у нее из головы; возможно, она знала, что должна положить этому конец, должна вскочить с кровати и выбежать из комнаты, но сейчас она совсем об этом не думала. А Руари нежно заглянул ей в глаза и с улыбкой прошептал:

— Ты очень странная девушка, Сорча Хей. Иногда ты ведешь себя как мальчишка, иногда — как сумасшедшая, но в том и в другом случае ты необычайно соблазнительная. А теперь все, довольно играть! — пророкотал Руари и на сей раз поцеловал ее по-настоящему.

И в тот же миг Сорча содрогнулась, почувствовав, как от этого поцелуя, жаркого и страстного, в ней проснулось желание.

Когда же поцелуй наконец прервался, она, отстранившись от рыцаря, уставилась на него в изумлении. Потом вдруг вскочила с кровати и, не сказав ни слова, стремительно вышла из комнаты.

«Если один лишь поцелуй мог так воспламенить меня, то что же будет дальше?» — спрашивала себя Сорча. Впрочем, она не была уверена, что хочет это узнать. И в то же время она заставляла себя идти по коридору все быстрее, потому что чувствовала, что ей ужасно хочется вернуться к Руари.

Проводив взглядом Сорчу и увидев, как за ней закрылась дверь, Руари погрузился в раздумья. Прикоснувшись пальцами к губам, еще теплым и влажным от поцелуя, он с усмешкой подумал: «Вот такой, как эта девушка, и должна быть моя невеста. Подобные фантазии не просто глупость, а весьма опасная глупость». Но вместе с тем он только что понял, что его пребывание в Данвере будет иметь и свои приятные стороны. Потому что давно уже ни одна женщина не возбуждала его так, как Сорча Хей.

Глава 5

— Что именно ты ему рассказала? — завопил Роберт.

Сорча поморщилась и невольно отвела глаза. Из комнаты

Руари она прибежала прямиком в оружейную, где и нашла Роберта. Какое-то время она бормотала всякие глупости и расхаживала вдоль стен, притворяясь, что ей интересно наблюдать, как Роберт делает новые ножны для меча Дугала. Но вскоре оружейник не выдержал и потребовал, чтобы она рассказала, что ее мучает. Сорча, конечно же, не стала рассказывать о поцелуе Руари Керра и о своем влечении к этому мужчине. Вместо этого она сказала Роберту, что была вынуждена открыть пленнику некоторые секреты Данвера.

— Так что же именно ты ему рассказала? — повторил свой вопрос оружейник.

— Ну, если честно, то я все ему рассказала. Во всяком случае, то, что касается духов. Юфимия побывала в его комнате, и ему пришлось испытать на себе все неприятности проклятия. Поначалу я даже не могла открыть дверь. Ее держали духи.

— Могла бы сказать ему, что дверь заклинило.

— Роберт, последние три дня мы только тем и занимаемся, что придумываем всякие отговорки. Руари слышал стоны, стуки, удары и все те шумы, которые мучают нас по ночам. И никто не хотел объяснить ему, что тут у нас происходит. А сегодня, когда Юффи решила пробраться в комнату к Руари и соблазнить его, духи пришли в ярость. — Сорча вздохнула и присела на табурет. — Боюсь, невозможно придумать такую ложь, которая могла бы объяснить все, что он недавно увидел.

— Может, ты и права. Но все-таки очень неразумно рассказать ему всю правду. — Роберт подошел к печи и подбросил туда дров.

— Он все равно не поверил мне, — сказала Сорча.

— Ничего удивительного. Я бы на его месте тоже не поверил.

— Но мне очень захотелось, чтобы он поверил. Боюсь, он теперь думает, что все мы тут — сумасшедшие. И еще Юффи сказала ему, что она — девочка-эльф, которую ее сородичи подбросили нам, простым смертным. — Тут Роберт вдруг громко рассмеялся, и Сорча, взглянув на него с удивлением, пробурчала: — Не вижу в этом ничего смешного.

Оружейник взглянул на нее с ласковой улыбкой и проговорил:

— Не видишь ничего смешного, потому что очень уж печалишься по нашему узнику.

— Я вовсе не печалюсь по Руари Керру! — заявила Сорча, вскочив на ноги.

Роберт снова улыбнулся и тихо сказал:

— А я думаю, что печалишься. Потому ты и пряталась от Керра все эти три дня. И ты вбежала сюда, чтобы опять укрыться от него. А выглядела так, как будто тебя только что поцеловали. Но если он ведет себя слишком дерзко, то тебе следовало сказать об этом мне. Вы с ним можете играть в любые игры, которые вам нравятся, но я не потерплю, чтобы какой-нибудь мужчина воспользовался твоей неопытностью или заставил сделать то, чего ты не хочешь.

Сорча выругалась и проворчала: